Князь Чэнь

Решение противостоять десятому принцу было для него продуманным шагом.

Во-первых, после того как слухи о том, что император велел Лоу Байюэ сблизиться с ним, распространились, он стал мишенью. Даже если бы он и дальше скрывал свои способности, некоторые всё равно не оставили бы его в покое. Как, например, сегодня — от давления десятого принца никак нельзя было уклониться. Продолжай он притворяться, его бы наверняка покалечили.

Во-вторых, он приближался к совершеннолетию, ключевому моменту для получения титула. Если он продемонстрирует силу боевых искусств, у него есть шанс получить неплохой титул.

В-третьих, он мог списать рост своих сил на пробуждение крови Великого Божественного Духа. Это давало объяснение и одновременно делало его весьма ценным активом.

Конечно, после демонстрации силы он больше не сможет притворяться, и наверняка навлечёт на себя более изощрённые интриги и месть. Но иного выхода не было — придётся реагировать на каждый вызов, встречать силу силой, а хитрость — хитростью.

В общем, не проявить силу — значит обречь себя на гибель. Проявив же, есть шанс выжить. Так почему бы не рискнуть?

«Чёрт!»

Руки десятого принца Гу Чжэньша заныли, он и во сне не мог представить, что этот обычно притворяющийся дурачком и ни на что не годный брат обладает такой силой и способен парировать его «Великий захват пяти демонов».

«Я носился по полям сражений, убив сотни людей. Как же я не могу справиться с этим ничтожеством? Какой же позор!» — в его сердце вспыхнула ярость, по всему телу прокатился глухой раскат грома — он призвал «Силу Рассекающего Грома».

«Хм?» — увидев эту ауру, Гу Чэньша приготовился к серьёзной схватке.

Противник обладал богатым боевым опытом, что было видно уже по тому, как при использовании «Великого захвата пяти демонов» возникал дух плачущих демонов и стенающих духов. Если бы не дни практики «Искусства Императорской Канона», его разум мог бы быть подавлен, и он позволил бы себя уничтожить.

Они стояли друг против друга, и смертельная схватка могла вспыхнуть в любой миг.

Но в этот момент издалека донёсся голос — евнух громко возгласил:

— Его Величество изволит прибывать!

Тук-тук-тук!

Все поклонились, забыв о зрелище.

Гу Чэньша и Гу Чжэньша тоже поспешно опустились на колени, простёршись на снегу. Никто не желал в такой момент быть обвинённым в непочтительности.

Издали приближался императорский кортеж. Сотня гвардейцев из внутреннего двора ехала верхом с саблями наголо, сорок девять силачей в жёлтых одеяниях медленно везли вперёд ярко-жёлтую повозку.

Эту повозку силачи несли на вытянутых руках, так что она парила над землёй, скользя ровно, словно летела.

Эти силачи были «стражами в жёлтых одеяниях», взращёнными двором по образцу божественных воинов, служивших при дворе древних Сынов Неба.

Согласно преданиям, у древних Сынов Неба были могучие, не знающие устали великаны, покровительствующие Дхарме и усмиряющие демонов, носившие жёлтые повязки. В древних исторических хрониках они записаны как «Стражи в жёлтых одеяниях».

После восшествия на престол Небесный Талисман-император объединил четыре моря, покорил сотни царств, и его дворцовый церемониал стал подражать древним Сынам Неба. Было отобрано множество мастеров уровня Великого Мастера, которых годами тренировали, превращая в стражей.

Это была не роскошь, а взращивание ауры через ритуал.

Рядом с стражами силачами сновали дворцовые служанки, несшие золотые фонари и курильницы — тридцать шесть человек. Кроме того, семьдесят два евнуха несли знамёна.

На ярко-жёлтой повозке в центре восседал величайший человек Поднебесной, владыка империи Великий Юн, Небесный Талисман-император.

— Десять тысяч лет жизни Вашему Величеству, десять тысяч, десять тысяч и ещё десять тысяч лет!

Все князья, знать и солдаты возгласили это хором.

— Поднимитесь, — Небесный Талисман-император сошёл с повозки и вошёл в заранее возведённую большую палатку. Первыми вереницей вошли принцы, затем князья и сановники, а чиновники низшего ранга остались стоять снаружи.

В палатке было тепло, но не от жаровен с углём, а от висевшей там огненно-красной жемчужины — «Огненной жемчужины».

«Огненная жемчужина» была выточена из яшмы десятитысячелетней выдержки, обладающей мощной янской энергией. При постоянном контакте с человеческим телом она могла изгонять холод и сырость, укреплять кости и сухожилия, усиливать душу и закалять волю.

Эта вещь была чрезвычайно редкой, и лишь императорский дом мог позволить себе её использовать.

Гу Чэньша стоял позади других принцев и чувствовал, как тёплые потоки энергии волнами накатывают на него, массируя тело, изгоняя холод из самых костей.

Взгляды некоторых принцев скользили по нему — одни выражали изумление, другие — серьёзность, в третьих читалась убийственная злоба, а четвёртые погрузились в раздумья.

Лоу Байюэ стояла в другой стороне, словно обнаружив нечто новое и интересное, и её взгляд был полон скрытого смысла.

«Нужно быть настороже — кто-нибудь наверняка попытается создать мне проблемы», — думал Гу Чэньша.

В этот момент заговорил Небесный Талисман-император:

— Думаю, вы все уже поняли смысл сегодняшней охоты. Следующей весной двор предпримет карательный поход против варварских племён, на этот раз — чтобы выкорчевать их с корнем.

— Ваше Величество дальновидно, — первым отозвался Лоу Чунсяо. — Войска двора сейчас сильны, а мощь государства достигла невиданного расцвета, это прекрасная возможность для похода.

— На этот раз всё будет иначе, — Небесный Талисман-император сделал успокаивающий жест рукой. — Раньше многие генералы вели войска, наступая с разных сторон. На этот раз же я намерен поручить каждому из принцев возглавить собственный отряд для зачистки варваров, дабы посмотреть, кто из принцев проявит себя лучше всего. Что вы на это скажете?

— Мы, ваши слуги, последуем воле Вашего Величества, — поклонились многие сановники.

— Отлично, — Небесный Талисман-император обвёл взглядом присутствующих, оставаясь довольным. Его взгляд внезапно упал на Гу Чжэньша. — Малый десятый, ты только что призывал «Силу Рассекающего Грома»? Кровь и ци ещё не успокоились, убийственный дух силён. Что это значит? Кто тебя разозлил?

— Отец-император.

Десятый принц Гу Чжэньша вышел из ряда и преклонил колено:

— Ваш слуга-сын просто обменивался ударами с братом девятнадцатым. Не думал, что искусство брата девятнадцатого продвинулось до уровня Великого Мастера, так что даже я не смог с ним справиться. На мой взгляд, если дать брату девятнадцатому время, он, пожалуй, сможет прорваться на уровень Дао и стать первым среди всех принцев. Брат девятнадцатый практикует «Великое искусство духа» династии Сянь и, кажется, пробудил кровь Великого Духа, обретя неисчерпаемую силу. Говорят, стоит в императорском клане Сянь кому-либо пробудить кровь Великого Духа, как Сянь вновь расцветает. Неизвестно, правда ли это.

«Коварный!»

Услышав это, Гу Чэньша понял, что десятый принц, внешне грубый и драчливый, на самом деле глубоко расчётлив. Этими словами он сразу же выставил его на всеобщее обозрение.

Что значит «станет первым среди принцев»? Что значит «кровь Великого Духа — к расцвету Сянь»? Всё это слова, бьющие прямо в сердцевину обвинения.

— Отец-император! — он поспешно вышел из ряда и также преклонил колено. — Только что братец десятый внезапно атаковал. Я увидел, что натиск свиреп, и был вынужден защищаться. У вашего слуги-сына и в мыслях не было состязаться и сражаться с братьями.

— Чего ты трепещешь? — в голосе Небесного Талисмана-императора не было гнева. — Ты практикуешь «Великое искусство духа» по моему указанию. У Гу Тасяня не может быть слабых сыновей. Кроме того, все говорят, что в тебе течёт кровь Сянь, что уцелевшие мятежники Сянь свяжутся с тобой. Всё это пустые речи. Я верю, что ты отличаешь правду от кривды в важных вопросах.

— Отец-император мудр, — Гу Чэньша с облегчением выдохнул. — Ваш слуга-сын знает, что сейчас в мире царит мир, народ живёт в покое, сердца жаждут спокойствия — это незыблемая основа на десять тысяч поколений, и всё это — заслуга Вашего Величества. Даже если остались уцелевшие мятежники Сянь, они не смогут поднять большую волну. Если эти мятежники свяжутся с вашим слугой-сыном, он непременно захватит их всех и передаст двору. Ваш слуга-сын просит у Вашего Величества поручение — позвольте мне подавлять этих уцелевших мятежников Сянь. Все эти годы я получал от Вашего Величества великие милости, но не совершил ни малейшей заслуги, и моё сердце не знает покоя.

Услышав эти слова Гу Чэньша, окружающие принцы, князья и знать не могли скрыть изумления.

«Хитёр, действительно скрывал свои способности. Сразу же заявил о своей полезности двору. И правда, уцелевшие мятежники Сянь всегда были скрытой болезнью двора. Теперь, когда этот юнец пробудил силу Великого Духа, он наверняка привлечёт к себе многих мятежников. Вытащить этих мятежников на свет, а самому тем временем заполучить поручение — да это же легко, как дунуть».

Лоу Чунсяо вдруг осознал, что недооценивал Гу Чэньша.

— Отлично! — Небесный Талисман-император одобрительно кивнул. — Раз у тебя есть желание послужить двору, я, естественно, должен тебя поддержать. И ещё: хотя уцелевшие мятежники Сянь сейчас не подчиняются Нам, Мы не желаем проливать их кровь. Когда брали Сянь, было пролито слишком много крови, но иначе было нельзя. Например, Великий Наставник Вэнь Хун — редкий талант. Если бы он послужил Нам, сколько бы дел упростилось. Девятнадцатый, слушай, и вы, сановники двора, тоже слушайте: Мы можем проявлять снисхождение, Мы можем вместить в себя всю Поднебесную. Если это полезно для государства — действуйте смело.

— Отец-император — истинный Сын Неба, — Гу Чэньша несколько раз ударил головой о землю. — Древние Сыны Неба, управляя Небесным Путем, были ближе всех к Вышнему Небу. Ваш слуга-сын в последнее время усердно изучал древние книги и уже кое-что постиг. Если Великий Наставник Вэнь Хун действительно выйдет на связь со мной, я обязательно уговорю его послужить двору.

— Видите, девятнадцатый совсем не глуп, — Небесный Талисман-император обратился к Лоу Байюэ. — Огласи мой указ. Девятнадцатый принц, достигший успехов в учении и боевых искусствах и уже достигший совершеннолетия, жалуется титулом князя Чэнь-го, наградным поместьем, разрешением содержать пятьдесят латников, тридцатью тысячами связок монет и специальными полномочиями по делам умиротворения, принятия и проверки уцелевших мятежников Сянь.

— Ваш слуга-сын благодарит отца-императора! — в сердце Гу Чэньша восторженно забилось. Он понял, что поставил на правильную карту.

Он использовал «Искусство Императорской Канона», чтобы сымитировать кровь Великого Божественного Духа, и в глазах отца-императора приобрёл огромную ценность.

— Гао Лин, здесь.

Великий управляющий Шести дворцов беззвучно преклонил колено.

— В эти годы Управление императорским хозяйством урезывало содержание девятнадцатого. Мы кое-что об этом знали. Рабы, осмеливающиеся обижать хозяина — вот это наглость. Девятнадцатый всё же Наш сын. Как бы он ни был непопулярен, Нам решать, как с ним поступить, а не вам? — голос Небесного Талисмана-императора стал несколько суровее.

— Ваше Величество правы, это упущение вашего слуги, — сказал великий управляющий Гао Лин. — Тех евнухов, что урезывали содержание девятнадцатого принца, я завтра же накажу. Все дела, связанные с наградным поместьем для девятнадцатого принца, ваш слуга уладит самым тщательным образом.

Услышав этот диалог, многие князья и сановники переглянулись.

Раньше девятнадцатый принц был совсем не в фаворе, а сегодня, похоже, внезапно снискал благосклонность. Это был сигнал.

Ключевым же было то, что Гу Чэньша получил поручение — умиротворять уцелевших мятежников Сянь. Это означало, что он получал право создавать свою фракцию, набирать сторонников и в будущем совершать великие дела.

Многие принцы также насторожились — похоже, в будущем у них прибавится ещё один соперник.

— Отец-император, ваш слуга-сын имеет сказать.

Десятый принц Гу Чжэньша вышел вперёд и дважды преклонил колено.

— Говори, — сегодня Небесный Талисман-император, похоже, был в хорошем настроении и говорил мягко.

— Ваш слуга-сын только что не закончил поединок с братом девятнадцатым. Почему бы нам не провести ещё один поединок прямо перед Вашим Величеством? — лицо десятого принца Гу Чжэньша было мрачным, в глазах читалась убийственная решимость. — Сегодня Ваше Величество проводит охоту, так пусть мы с братом девятнадцатым добавим зрелища своим поединком.

Он знал, что Небесный Талисман-император почитает воинские искусства и особенно любит, когда принцы сражаются друг с другом.

— В поединке нет нужды. Сегодня я жалую девятнадцатого, и вы, наверное, в душе не согласны. Малый десятый, среди принцев, не считая нескольких старших, ты обладаешь высшим мастерством, водил войска против варваров и убил нескольких варварских военачальников. — Небесный Талисман-император поднялся. — Маркиз Гигантского Камня захватил множество варварских мастеров, и сегодня они все здесь, заперты в горах. Сегодняшний день — проверка ваших способностей в реальном бою. В поединках между принцами нельзя убивать, а убивая этих варварских мастеров, вы можете отдаться этому полностью, поняли? Нужно закаляться, нужно видеть кровь. Милосердие и гуманность — для людей. Эти же варвары верят зверям, верят демонам, едят живую плоть — таких зло нужно искоренять под корень!

— Ваш слуга-сын повинуется воле отца-императора!

Все принцы преклонили колени.