Уборка снега

— Маленький Су Бэй~

— Су Бэй, ну пожалуйста~

— Я тебя очень прошу~

— …

Су Бэй в конце концов сдался: не прошло и трёх минут. Он тяжело вздохнул и отпер ворота – слишком уж неловко было, если бы это кто-то увидел.

— Су Бэй~

Аманьла бросилась к нему, намереваясь обнять и поцеловать, но он уже отступил на пять шагов и холодно смотрел.

— А?

Она наклонила голову, пьяно прищурившись.

— Маленький Су Бэй не хочет, чтобы я поблагодарила его как следует?

— Нет, — быстро ответил он.

Пауза – взгляд опасно ожил – Су Бэй подчеркнул:

— Не-ет!

За три года из всех, с кем ему приходилось общаться, именно эту баронетку он понимал меньше всего.

Социофоб и душа компании – природные враги.

— Уу‑уу, обидно… Су Бэй ненавидит учительницу, да? Я ведь знаю, я дрянь – пью, играю, готовлю плохо, да и добра во мне немного…

Похоже, перед самым обмороком у неё вспыхнул краткий миг просветления: глаза увлажнённые, голос дрожит, а упрёки сыплются потоком.

И вдруг…

— Шлёп!

Аманьла рухнула без чувств.

Вот ведь допилась. До отметки не доберётся точно.

Су Бэй тяжело вздохнул.

Настоящий пьяный болван.

Оставить её тут нельзя – не по-человечески и с репутацией проблемно.

А раз так – надо действовать заранее.

Он огляделся: никого.

Снял куртку, укутал обнажённые бёдра Аманьлы, подхватил её на руки и отнёс в сторожку.

После утреннего выговора завхоз ушёл, и комната пустовала.

Уложив Аманьлу на узкую кровать, он нахмурился: платье сбилось, юбка задралась. Су Бэй поколебался, стоит ли поправить, но в итоге просто накрыл её своей курткой.

Взяв метлу, вышел на улицу, продолжать уборку.

Из‑за двери послышалось сонное бормотание:

— Проклятый Кашу… ты тридцать седьмой, кто меня отверг…

…

Академия Линдун раскинулась широко – здесь учились почти все дети Города Зимнего Солнцестояния от тринадцати до восемнадцати лет.

За воротами шёл корпус младших классов.

Снега много, но дети лепили из него снеговиков и фигурки – чистить легко.

Су Бэй подметал и мимоходом слушал голоса учителей: кто-то объяснял буквы, кто-то диктовал правила. Иногда он невольно заглядывал в окно и запоминал новые символы.

Да, символы – ведь читать он толком не умел.

Речь этого мира совпадала с прежней, а письмо – нет: в «Мире Фантазии» алфавит состоял из кружков и линий, замысловатых узоров собственной логики.

В первый раз, увидев такие знаки, он только пробормотал: «Да уж, что за каракули и крестики».

За три года редких подглядываний он освоил лишь самые простые фигуры.

Имя своё записать до сих пор не мог.

Продолжая уборку, он прошёл мимо классов, где учили распознавать монстров и травы. Всё это ему давно было не в новинку.

Как ветеран, прошедший «Мир Фантазии» сотню раз, он знал все сюжетные ветви, кроме единственной концовки, которую пока никто не достиг.

Между учебными зданиями были широкие дворы. Два корпуса он привёл в порядок – прошло уже несколько часов. Впереди осталась самая большая постройка.

Здание старших средних классов.

Там учились лучшие дети города – те, кому предстояло стать авантюристами, исследовать подземелья, штурмовать Небесные города… жить на грани смерти.

Будущее континента покоилось на таких, как они.

И всё же это было началом трагедии.

Юные герои погибали чаще всех.

Су Бэй отвёл взгляд и продолжил сметать снег. Издалека доносился детский смех с тренировочного поля.

Вокруг площадки собрались в основном девушки – выделялась беловолосая Моли.

На середине пока что неопасное сражение: ученики по очереди вступали против пойманного зелёнокожего гоблина.

Учитель стоял рядом, комментируя и наставляя.

Су Бэй краем глаза отметил, как многие мальчишки исподтишка посматривали на Моли, и, пойманные её взглядом, спешно отворачивались, делая вид, что рассказывают друзьям о своих «подвигах».

Она, конечно, была любимицей класса.

Нежная, кроткая, словно цветок среди камня, по контрасту с грубым нравом северян казалась чудом.

Попав сюда, Моли сделала из волчьей стаи клуб преданных псов – закономерно стала всеобщей любимицей.

Су Бэй радовался, что у неё всё хорошо.

Лишь бы её не обидели.

Среди парней, кто особенно часто на неё посматривал, выделялся один: стоял ближе остальных, держался уверенно и выглядел безупречно.

Золотые короткие волосы, прямой нос, взгляд полный силы – лучший ученик школы, Ланселот Уильям, наследник баронского титула.

Рыцарь-подмастерье первого ранга, фронтовой боец первой линии, прошедший вместе с отрядом три вылазки в подземелье Зимнего Солнцестояния и однажды покоривший десятый уровень – редчайший успех.

Его имя звучало по всей школе чаще, чем дурацкие байки о привратнике – он был живой легендой.

Су Бэй посмотрел на него один раз и вновь отвёл взгляд, продолжив мести.

Ничего примечательного.

Боевая сила гоблина меньше взрослого человека – да ещё и прирученного, к тому же без оружия.

Хотя и такая цель для учеников далека от лёгкой.

Причин этому было множество.

Но, по мнению Су Бэя, главная одна: они слишком в безопасности.

Без настоящего страха нельзя переступить предел.

Это он узнал ещё во время своего первого похода в подземелье.