Герой Луминара
После коротких утешений Су Бэй перестал слушать разговор Моли и Элины. Мысли унесли его к двум словам, мелькнувшим раньше – имени и месту.
Луминара Дузе.
Драгоценная дочь императора Дузе, шестнадцатилетняя рыцарь‑гений, отмеченная милостью богов, избранница и…
Будущая Герой.
Имя, стоящее первым в его дневнике – вершина списка целей, величайшая из будущих союзниц.
И, что важнее, спасительный билет до конца времён.
Но путь к ней не так прост, как хотелось бы.
Из‑за происхождения Моли сблизиться с Люминарой будет нелегко.
Сначала нужно уладить конфликт между ними – а это почти невозможно.
Не из‑за характера, а из‑за политики.
И ещё… из‑за Магической башни.
Той самой Башни Героя?
Легендарная локация, с которой начинались все великие истории.
Су Бэй пролистывал свой дневник, восстанавливая память.
Про башню в сюжете мало сведений, но все фракции называли её по‑разному: Башней Героя, Магической башней, Вратами богов, Гробницей новичков, Местом, близким к божествам…
Она прославилась тем, что породила двух ключевых фигур.
Героя и Магистра демонов.
Луминара и предшественник Магистра – оба открыли в башне свои силы и вышли оттуда изменёнными навсегда.
Может, дело не в самой башне, а в том, кто входил внутрь.
Только избранные могли её пройти.
Так или иначе – талант у них был чудовищный.
Оба заслужили признание богов. В «Мире Фантазии» эти двое – абсолютные главные герои, которых Су Бэй когда‑то в игре побеждал лишь после десятков попыток.
Согласно дневнику, Луминара отправится в Магическую башню в конце января.
Для него это – отметка в календаре, срок выхода в путь.
Придётся идти туда. Хотя бы просто познакомиться с будущим Героем.
Он обдумывал план, как внезапно нахмурился.
Разве завхоз Стивен не обещал ещё одно поручение?
Су Бэй почесал подбородок.
Одни дела тянут за собой другие. Придётся, возможно, отпрашиваться.
Зарабатывать деньги важно, но ещё важнее – остаться в живых.
На том и решил.
…
Без особых событий время прокатилось к середине января.
В Городе Зимнего Солнцестояния творился настоящий кошмар – вьюга, мороз, лёд, снег до колен.
Например, стоило Моли выйти утром за табелем об успеваемости, как порыв ветра подхватил её прямо с порога.
Мгновение – и кругом только белая пелена.
Семьдесят килограммов живого веса, а ветер унёс – Су Бэй только хлопал глазами.
Но за жизнь он не волновался.
В конце концов, Моли уже маг второго ранга – с собой справится.
В доме остались только Су Бэй и Элина – оба укрылись под одеялом, спасаясь от холода.
Да, прямо вдвоём в одном тёплом коконе.
Элина окончательно сдалась перед здешней стужей и приостановила свои «служебные» обязанности горничной.
Поклялась: восстановит Божественность – и ни шагу больше в этот злосчастный город.
Су Бэй не возражал.
Уговаривать человека выйти из‑под одеяла зимой – всё равно что звать врача учиться медицине.
Перед этим Элина как раз закончила полумесячный отчёт перед церковью Святого Света через свой кристалл связи. Даже при таком морозе её бросило в пот.
Причём лицо оставалось совершенно спокойным – лишь бы не выдать тревоги.
— Фух… — Выдохнула она, садясь на кровать. Тепло разлилось по телу.
— Последователи Святого Света умеют лгать? — Скабрезно поинтересовался Су Бэй.
Он насчитал, что из десяти сказанных ею фраз как минимум три были неправдой.
Обычный человек – и то честнее.
Элина криво усмехнулась:
— После восстановления Божественности – нет. А пока я человек. И очень не хочу умереть.
Для верной церкви это звучало почти кощунственно.
Последователи Света славились фанатичной честностью и чистотой веры. Такую Элину любая инквизиция посчитала бы еретичкой.
— Это не помешает восстановлению? — Спросил он, будто невзначай.
— Тебе‑то какое дело? — Элина прожгла его взглядом. Замолчи уже.
Но быстро смягчилась и вздохнула:
— Конечно, помешает. Но при такой погоде день туда – день сюда роли не играет. Или, ты хочешь взять с меня доплату за проживание?
— Спокойно выгоню на мороз. — Он ответил с самым честным лицом.
— Искренний до боли, — буркнула Элина.
Полторы недели под одной крышей сделали своё: неловкость растаяла, разговоры стали проще. Пожалуй, говорить помогало даже согреваться.
Когда Моли не было дома, Элина позволяла себе слабость – немного ослабляла контроль над Божественностью, расслабляясь и болтая без оглядки.
Так полдня и пролетело.
К полудню Моли ворвалась в дом вихрем – вся в клубах инея и магических огней.
На ней пестрели десятки чар: защита от холода, ускорение, устойчивость к ветру, снижение трения; многие из них Су Бэй ни в учебниках, ни в игре не встречал.
Наверное, редкие заклинания империи Фран.
— Я вернулась! — Объявила она, удерживая перед собой лист с жирной отметкой «Отлично» – будто школьница, надеющаяся на похвалу.
В её взгляде читалось: «Вот, господин Су Бэй, я и сама умею справляться!»
— Недурно. — Голоc Элины был холоден, как лёд за окном. Роль «Божества» она вернула мгновенно.
— Замечательно. — Су Бэй улыбнулся – неловко и криво, будто боится, что от его улыбки станет страшно.
— Кх‑кх… — Моли скрыла пылающее лицо за нарочивым кашлем, теребя подол и зажимая улыбку. — Хе‑хе…
Затем с жаром принялась рассказывать про экзамен.
— Вот здесь – разведка противника. — Она ткнула в лист и сурово продолжила:
— А знаете, сколько людоедов оказалось в деревне Тишины?
— Что? Где‑где? — Элина остановила её. Брови приподнялись.
— В деревне Тишины. Горы, речка… Вы бывали там? — Искренне спросила Моли.
Это имя пронзило память Элины, словно нож. В один миг в груди вспыхнули все тени прошлого.
Лицо её потемнело; рот приоткрыт – и сразу же плотно сжат.
Она перевела взгляд на Су Бэя и вдруг поняла, почему он туда ходил.
Но как он заранее узнал, что там беда?
Элина, всматриваясь в него, подумала: быть может, он способен на куда большее, чем кажется.
Может, из него выйдет надёжный союзник?
Мысли заработали – путаясь в домыслах и догадках.