Скверное первое поручение

Я – Су Бэй. Обычный социофоб.

В прошлой жизни, еще до перемещения, я был тем самым незаметным учеником, который вечно сидел в углу класса. Мои оценки болтались где-то посередине, а после уроков я превращался в истинного затворника: не высовывал носа из дома, играл в игры и наслаждался газировкой перед монитором.

После перемещения я три года прожил в полном одиночестве. Возможно, именно мой характер определил такой жизненный путь, а может, сам образ жизни окончательно превратил меня в социофоба. Как бы то ни было, общаться с людьми мне сейчас крайне тяжело. Если говорить точнее, я совершенно не умею выстраивать отношения – у меня попросту нет такого опыта. Я даже не знаю, как вежливо поддерживать обычный разговор.

Да, признаю, я безнадежен в социальном плане.

Поэтому, когда Моли вдруг повела себя как старая знакомая и в шутливой потасовке допустила физический контакт, Су Бэй ощутил острейший дискомфорт. Даже осознание того, что нынешняя реальность – это всего лишь «Мир Фантазии», не помогало. Он пытался убедить себя, что поручение Моли – это просто игровой квест, который нужно выполнить.

Но когда ее пальцы коснулись его спины, Су Бэй понял, что больше не может обманывать себя фразами вроде «это просто игра». Он шел по заснеженным улицам города в двадцатиградусный мороз, но кожа под одеждой буквально горела. Все тело зудело, словно по нему ползали сотни муравьев, а лицо пылало, будто от жара факела. И этим факелом была Моли.

Хотелось сбежать. Просто сорваться с места и умчаться прочь. Какой же… отвратительный опыт.

Су Бэй уставился в небо, изо всех сил стараясь убедить себя, что в действиях Моли не было ничего необычного. Хотя кого он обманывает? Разве станет нормальный человек тыкать в спину того, кого знает всего один день? В этом нет ничего нормального.

Пока Су Бэй пребывал в своих мыслях, Моли, видимо, почувствовала, что перегнула палку, и притихла. Глядя на его застывшую спину, она тихо позвала:

— Господин Су Бэй?

— Да, я слушаю, — отозвался он мгновенно.

Должно быть, его напугали эти тычки. Пусть даже отвечать было неловко, это казалось куда предпочтительнее прикосновений. «Я определенно рожден для роли одинокого убийцы», – подумал Су Бэй, подбирая слова для ответа, но в итоге решил просто сказать правду:

— Я обознался.

«Вот оно что. Так вот почему в воздухе сначала висела жажда крови, а когда я сняла шляпу, она бесследно исчезла».

— А? — Моли ухватилась за поля своей шляпы-цилиндра и удивленно моргнула. В ее голове завертелись мысли.

«Значит, на том перекрестке должен был пройти кто-то другой?»

Ее глаза внезапно расширились. Нет, это невозможно. Путь, по которому она бежала в подземелье Зимнего Солнцестояния, был предсказан ее учителем – великим архимагом Дорианом, носившим титул «Пророк». Учитель изучал бесчисленные параллельные миры и выяснил, что вероятность встретить кого-то в окрестностях этого подземелья составляла один шанс из десяти тысяч.

Пока Моли не встретила Су Бэя, она была уверена, что сможет выжить, спрятавшись в глубинах подземелья и дождавшись помощи. Сама встреча с ним уже была той самой десятитысячной долей процента. Какова же вероятность, что здесь окажется еще один случайный прохожий? Это исключено.

Моли сглотнула, ее лицо слегка побледнело. Неужели Су Бэй все-таки пришел именно за ней? Может, он не обознался, а просто что-то перепутал? Тело девочки задрожало от страха, походка стала неуверенной, а мысли путались. И вдруг…

— Бум! — Она врезалась головой в его спину. Не удержавшись на ногах, Моли плюхнулась прямо в снег. Она сидела, обхватив голову руками, и продолжала лихорадочно соображать. Наконец, набравшись храбрости, она спросила, стараясь казаться спокойной:

— Скажите, господин Су Бэй…

— Слушаю, — Су Бэй уже обернулся, в нерешительности раздумывая, стоит ли протянуть ей руку.

— …Можно узнать, что за человека вы собирались убить?

На этот вопрос было непросто ответить. Су Бэй понимал это лучше всех. Он ведь не мог признаться, что знает сюжет и вычислил место появления начального Владыки демонов, чтобы провести операцию по его ликвидации. Раскрывать статус «попаданца» – верный способ навлечь беду.

Поэтому он выбрал туманную формулировку:

— Это вопрос политики. Что-то вроде противостояния Фран и Дузе.

— Вопрос убеждений?! — Подхватила Моли.

Будучи в самом центре политического шторма, она мгновенно поняла этот уклончивый ответ. «Значит, господин Су Бэй на стороне империи Дузе? Но если так, у него нет причин оставлять меня в живых».

Моли запуталась еще сильнее. Ее взгляд потерял фокус, она задумчиво прикусила палец. Не стоило любопытствовать, теперь загадок стало только больше.

— Но ведь захватчики – это всегда зло. Выходит, господин Су Бэй творит плохие дела? — Моли поднялась, даже не отряхнув снег с одежды, и робко заглянула ему в глаза.

— Лишать жизни – это всегда грех, — Су Бэй не стал спорить.

Но это не было его истинным убеждением. Он просто не хотел отвечать искренне и пафосно, ведь это заставило бы его чувствовать себя неловко. Проще говоря, он стеснялся. Убийство – неправильное средство, но не всегда неправильная цель. Разве ошибка – совершить малое зло ради великого мира? Су Бэй и сам не знал ответа. Ведь нынешний Владыка демонов еще не стал собой и не совершил ни одного нападения на людей.

— Как глубоко, господин Су Бэй, — Моли почувствовала, что голова идет кругом.

Неужели он осознал свою ошибку и решил свернуть с неверного пути? Но он ведь с самого начала знал, что это грех, а значит, шел на это осознанно. Тогда он не должен считать свой поступок неправильным. «Обманывает. Как маленькую обманывает».

Хотя… неважно. Моли прикусила губу, решив не допытываться. Она боялась, что если продолжит расспросы, то узнает что-то по-настоящему пугающее. Легко отмахнувшись от серьезной темы, она тут же сменила русло беседы:

— Ладно, оставим эти мрачные разговоры. Давайте лучше обсудим то, как лихо вы сбили с меня шляпу.

Су Бэй с облегчением выдохнул. Он боялся, что Моли продолжит копать и случайно раскроет его тайну. Но ответ на ее новый вопрос казался очевидным:

— Мне нужно было подтвердить твою личность.

— Ну-у-у…

Моли подбирала слова, стараясь говорить непринужденно:

— Конечно, остаться в живых куда важнее, чем сохранить шляпу. Но все же… это ведь подарок моего учителя.

Она намеренно добавила в голос нотки кокетства, намекая на важность утраченной вещи. Разумеется, она не ждала возмещения, ей просто хотелось посмотреть, изменится ли лицо Су Бэя от осознания того, что он не сможет расплатиться. Увидеть бы на этом застывшем лице хоть каплю смущения или паники. Что угодно, только не эту вечную маску безразличия.

— Нужно возместить ущерб? — Спросил Су Бэй. Его лицо осталось неподвижным.

— А вы сможете? — Моли надула губы от разочарования.

Судя по его виду, у него и десяти золотых монет в кармане не найдется. А ведь десять золотых – это месячный доход крепкого отряда искателей приключений. Или пожизненные расходы бедной семьи. Даже обедневший аристократ не всегда может выложить такую сумму разом.

— Пожалуй, прямо сейчас – нет, — серьезно ответил он.

Вообще-то у него был мешочек с золотом, но светить им перед кем попало не стоило. Если же считать его честный заработок за три года на вполне приличной работе, то накопил он всего две серебряные монеты и сорок три медные. До десяти золотых было как до луны.

— Ну, тогда ничего не поделаешь, — вздохнула Моли. Шляпа-цилиндр чуть сползла ей на глаза, и она исподлобья наблюдала за спутником.

— Я верну долг. Позже.

Никаких эмоций. Неужели он правда не умеет чувствовать? Или у него паралич лицевых мышц? Моли разочарованно вздохнула и скрестила руки на груди:

— Ой, да ладно, не нужно. Просто в будущем относись ко мне хорошо, этим и расплатишься.