Необычное утро

Тьма. Хандзо стоял в пустоте, где не было ни земли, ни неба — лишь бескрайнее белёсое пространство, похожее на выцветший лист бумаги. Тишина была настолько густой, что он слышал собственное дыхание и стук сердца.

Вдалеке постепенно проявилась фигура. Женская. Она словно возникала из тумана, шаг за шагом приближаясь к нему. Белое пространство начинало дрожать от каждого её движения, будто подстраивалось под её присутствие.

Хандзо прищурился. Сердце сделало резкий скачок. Эти очертания… стройный силуэт, длинные волосы, мягкий изгиб плеч… Масуда? Он хотел позвать её, но губы словно приросли друг к другу.

Она остановилась в нескольких шагах от него, протянула руку, и пальцы почти коснулись его ладони. Он чувствовал тепло, исходящее от этого движения, но так и не смог дотянуться. Губы девушки зашевелились. Словно она хотела сказать что-то важное, но из её уст не вырвалось ни звука. Только тишина, которая разрывала уши.

Внезапно белое пространство надломилось. Издалека донёсся рокот — тяжёлый, глухой, как будто сама земля вздыхала. За её спиной поднялась тень. Она росла, расползалась по пустоте, заслоняя всё вокруг.

Хандзо поднял голову — и его сердце ухнуло вниз. Над ним завис огромный валун. Такой тяжёлый, что само пространство трещало под его весом. Камень дрожал, будто готов был сорваться. Девушка исчезла, будто растворилась, оставив лишь протянутую в воздухе тень руки.

— Подожди!.. — вырвалось у Хандзо, но голос прозвучал глухо, как в воде.

И в следующую секунду валун рухнул вниз.

Тяжесть, тьма, гул — и…

— А-а! — Хандзо дернулся, сердце бешено заколотилось. В тот же миг что-то мягкое и тяжёлое накрыло его голову.

Он резко распахнул глаза и понял, что задыхается под… подушкой. Подушкой, которую точно метнула в него Юи.

— Подъём, соня! — весело провозгласила сестра.

Хандзо, всё ещё не до конца осознав, где он, стянул подушку с лица и зло посмотрел на Юи.

— Ты ненормальная?! Чуть не угробила меня!

— Ха, не драматизируй, — хмыкнула она. — Умереть от подушки? Это надо постараться.

— Зато сон был… убедительный, — буркнул он, садясь на кровати и проводя рукой по лицу.

— О, расскажешь? — Юи с интересом подалась вперёд, склонив голову, будто ждала какой-то особенно пикантной истории.

— Обычный кошмар, — проворчал Хандзо, потирая виски. — На меня упал огромный камень. Проснувшись, я оказался в другом кошмаре.

— В каком это? — прищурилась сестра.

— В том, где ты будишь меня, кидаясь подушкой.

Юи рассмеялась и подняла руки, будто сдаваясь:

— Ладно, прости, не знала, что у тебя в снах такие спецэффекты. Но согласись, я была меткой.

— Тебя бы в бейсбол, — буркнул Хандзо.

— Или в карате, — подмигнула она. — Представь: бросок подушки, и враг повержен!

Он закатил глаза и махнул рукой.

— Всё, хватит с меня этих глупостей. Умыться нужно.

— Иди, иди, — сказала Юи, направляясь к своей сумке у входа.

Хандзо вышел в ванную. Холодная вода освежила кожу, смыла остатки сна, но не тревогу, которая засела где-то внутри. Он поднял голову и посмотрел на своё отражение. В зеркале смотрел усталый парень с чуть растрёпанными волосами и прищуренными глазами.

— Что за чертовщина приснилась?.. — пробормотал он. — Камни, тени… и почему снова Масуда?..

Он с силой выдохнул и вытер лицо полотенцем.

Когда вышел из ванной, по коридору тянуло ароматом — густым, домашним, тёплым. Хандзо остановился, втянул носом запах и нахмурился.

— Чем это пахнет?

Он заглянул на кухню и замер. На столе стояли две аккуратно сервированные тарелки: рис, дымящийся мисо-суп и ломтики жареного сякэ, рядом маленькая тарелочка с маринованными овощами. Пар медленно поднимался вверх, наполняя кухню уютом.

— Что, уже кушать потянуло? — раздался за спиной голос Юи.

Хандзо обернулся.

— Что это?

— Завтрак, конечно. — Она кивнула на стол. — Мисо-суп и рыба. По маминому рецепту. Чтобы были силы сегодня учиться. Помнишь, мама всегда говорила: «Сначала поешь — потом уже подвиги». Это блюдо давало нам особую энергию.

Он замолчал на секунду.

— Да, помню… — тихо ответил он и опустился на табурет.

— Ну что, приятного аппетита, братик, — улыбнулась Юи, складывая руки.

— Приятного аппетита, — повторил Хандзо.

Они начали есть. Звук палочек, лёгкий пар над мисками, запах жареной рыбы и знакомый с детства вкус заставили Хандзо на мгновение почувствовать себя дома. Казалось, стены квартиры отступили, и он снова сидит в старой кухне, где за окном слышно было щебет птиц, а мама поправляла волосы и подливала им суп.

— Очень вкусно, — признался Хандзо после пары ложек. Он даже не пытался скрыть лёгкую улыбку. — Прямо как мама готовила.

— Очень приятно слышать, — довольно ответила Юи, пригубив суп. — Старалась.

Он посмотрел на неё чуть внимательнее.

— А где ты так научилась готовить? Вроде раньше не особо этим занималась.

— Ну, не скажи, — хитро усмехнулась Юи. — В какое-то время я работала в одном маленьком ресторанчике. Там меня и натаскали.

— Хм… — Хандзо наклонил голову. — Никогда бы не подумал. А почему ушла оттуда?

Она отставила миску и вздохнула, словно вспоминая что-то неприятное.

— Не понравился коллектив. — Её лицо слегка потемнело. — Понабрали там всяких… выскочек, душнил. Атмосфера тяжёлая, будто каждый день на иголках. Один раз противный парень пытался подкатить ко мне, я не обращала внимания, он при этом продолжал подкатывать. Не чувствовала себя уютно, поэтому и ушла. Сейчас ищу место, где мой талант пригодится и где можно будет работать с удовольствием.

Хандзо кивнул.

— Надеюсь, найдёшь. Буду приходить к тебе на обеды.

Юи рассмеялась, прикрыв рот рукой.

— Хорошо, для тебя будет специальная скидочка. Но только если будешь хвалить.

— Не переживай, — он снова взял палочки. — Если будет так же вкусно, как сейчас, я даже рекламу сделаю.

— Ага, — поддела его сестра. — Будешь ходить по улице и кричать: «Лучшие блюда в городе готовит моя сестра!»

Хандзо усмехнулся, но отвечать не стал. Они продолжили завтрак в уютной тишине. Только звон палочек и лёгкое сопение чайника наполняли кухню, а в голове Хандзо странным образом поселилось ощущение — будто это утро отличается от всех предыдущих.

Когда тарелки опустели, он благодарно сложил руки:

— Спасибо за завтрак.

— На здоровье, братик, — улыбнулась Юи и принялась убирать со стола.

Хандзо ушёл переодеваться. Открыл шкаф, достал чистую рубашку и аккуратно застегнул пуговицы. С каждой мелкой деталью — ремнём, рюкзаком, сложенными тетрадями — внутри него росло странное чувство. Обычно утро для него было пустым, тяжёлым, но сегодня… было иначе. Будто день обещал что-то новое.

«Странно… откуда это ощущение?» — подумал он, поправляя воротник.

Он взял рюкзак и вышел в коридор. У двери уже стояла Юи, поправлявшая ремешок сумки. Улыбка на её лице была лёгкой, беззаботной, но взгляд внимательным — она явно что-то уловила в его настроении.

— Ну что, готов? — спросила она.

— Готов, — коротко ответил он.

Они вместе вышли из квартиры. Утро встретило их свежим воздухом и мягким светом солнца. На улице было оживлённо: мимо проезжали велосипеды, кто-то торопился к автобусу, вдалеке слышался лай собаки. Юи шагала бодро, а Хандзо рядом с ней чувствовал, что даже привычная дорога сегодня кажется иной.

— Смотри-ка, — заметила сестра, слегка наклоняясь к нему, — идёшь с таким видом, будто собираешься совершить подвиг.

— Глупости, — буркнул Хандзо.

— Ага, глупости, — хмыкнула Юи. — Но я-то вижу. Сегодня ты будто другой.

Хандзо отвёл взгляд в сторону, глядя на утреннее небо.

— Просто завтрак вкусный был, вот и всё.

— Если б всё так просто решалось едой, — усмехнулась Юи, — я бы давно уже сделала из тебя самого счастливого парня.

Он тихо фыркнул, но ничего не ответил.

Они дошли до перекрёстка. Впереди, на другой стороне дороги, Хандзо заметил знакомые фигуры — Оцука, Такеда, Казама и Фудзивара. Те уже ждали у перехода, нетерпеливо переговариваясь и время от времени посматривая в его сторону.

— Видимо, твои одноклассники? — спросила Юи, остановившись рядом.

— Ага, — кивнул Хандзо. — Мои друзья.

— Смотри-ка, даже не идут дальше, ждут тебя, — заметила она с улыбкой.

— Выходит так. Ладно, я тогда пошёл.

— Давай, удачи тебе, братик, — Юи махнула ему рукой.

— Взаимно, — ответил он, чуть улыбнувшись, и перешёл дорогу.

Юи свернула в противоположную сторону, а Хандзо подошёл к своим друзьям. Те тут же окружили его и бодро двинулись вместе в сторону школы.

— Так, погодите… — вдруг остановился Оцука и подозрительно прищурился. — Что я сейчас видел? Хандзо только что шёл рядом с девушкой?

— Это моя сестра, балда, — спокойно ответил тот.

— А-а-а… так вот оно что, — протянул Оцука, сделав вид, что всё понял. — Ну слушай… она, кстати, ничё такая.

Фудзивара прыснул в кулак:

— Ха! Ты что, уже глаз положил на сестру Хандзо?

— Да не-ет! — возмутился Оцука, замахал руками. — Я такого не говорил. Просто отметил… объективно! Она симпатичная, и всё.

— Ага, «объективно»… — хмыкнул Такеда. — Ты же не можешь просто пройти мимо и не оценить девушку. Это у тебя в крови.

— Вот именно, — поддержал Казама, усмехнувшись. — У него даже на лбу написано: «Профессиональный оценщик».

— Да ладно вам! — Оцука всплеснул руками. — Ну понравилась чуть-чуть, что тут такого? Кстати, выглядит она старше. Хандзо, сколько ей лет, если не секрет?

— Восемнадцать, — спокойно ответил тот.

— О! Ну тогда нормально, разница-то всего два года. — Оцука оживился. — А у неё случаем парня нету? Чисто из любопытства, так сказать.

Хандзо покачал головой:

— Скажу тебе так: ей не по душе такие парни, как ты.

Оцука резко остановился, как будто ему под ноги бросили кирпич.

— Чего?! В смысле?! Ей не нравятся такие красавчики, как я?

— Красавчики? — переспросил Фудзивара, едва удерживаясь от смеха. — Ты это серьёзно? Помнится, как ты вчера полчаса в зеркало пялился, пока мы тебя ждали.

— И что? — вспыхнул Оцука. — Следить за собой — это нормально!

— Одно дело следить, — спокойно вставил Такеда. — А другое — каждый день твердить всем подряд, какой ты «неотразимый».

Хандзо пожал плечами:

— Вот именно. Ей не нравятся такие самодовольные выскочки-нарциссы.

— Всё, добили парня, — с ухмылкой произнёс Казама. — Он сейчас развалится на кусочки прямо на дороге.

Оцука театрально приложил руку к груди.

— Ты меня убил, Хандзо… Просто в сердце!

— На старших тебя потянуло, да? — с усмешкой продолжил Казама.

— Подумаешь, разница всего два года, — буркнул Оцука. — Ну и ладно! Я и так не собирался с ней знакомиться.

— Ага, конечно, — протянул Фудзивара. — Ладно, оставим сестру Хандзо в покое. Кстати, Хандзо… ты помнишь, что сегодня проверочная по математике?

Хандзо замер на секунду. В памяти всплыло, как вчера Фудзивара действительно упоминал об этом, но в суматохе вечера он напрочь забыл.

— Чёрт… точно, — пробормотал он себе под нос, а потом выдохнул спокойно, почти равнодушно. — Не особо готовился, если честно, но думаю сдам без проблем.

— Ты так говоришь, будто это прогулка по парку, — удивился Фудзивара. — Прямо уверен?

— Да, уверен, — твёрдо повторил Хандзо.

Такеда прищурился и покачал головой:

— Да ты прям не свой сегодня.

— В смысле?

— Ты обычно отвечаешь ворчливо, с недовольной миной, раздражаешься из-за упущенных моментов, — пояснил Такеда. — А сегодня спокоен, как буддист. Даже взгляд другой, не угрюмый.

— Кстати да! — поддержал Оцука, обернувшись к остальным. — Смотрите на него: идёт такой весь расслабленный. Что же такого случилось с нашим Хандзо, что он сегодня прям сияет?

— Не понимаю, о чём вы, — сдержанно ответил Хандзо.

— Или нам это просто кажется, — хмыкнул Оцука.

Казама задумчиво почесал подбородок и сказал:

— Возможно, на него повлияла его же сестра.

— Тоже так думаю, — подхватил Такеда. — Она явно умеет находить к тебе подход. Сразу видно: рядом с ней ты мягче становишься.

— Мягче? — переспросил Хандзо, прищурившись.

— Ага, — кивнул Такеда. — Обычно ты ходишь мрачный, как грозовая туча. А тут… глянь на себя. Даже в голосе другое настроение.

— Да, прикольно, когда симпатичная сестра положительно влияет на тебя, — мечтательно протянул Оцука. — Вот бы и у меня была такая старшая сестра.

Фудзивара закатил глаза:

— Да ты бы её уже достал через неделю своими тупыми шуточками и понтами.

— Сам ты понт! — возмутился Оцука.

— Забудьте про неё и перестаньте нести чушь, — твёрдо сказал Хандзо.

— О-о, — протянул Казама с усмешкой. — Вот и наш настоящий Хандзо вернулся. Суровый и отрезающий все разговоры под корень.

— Даже голосом сразу потемнел, — добавил Фудзивара. — Опасно!

— Ха! А я-то думал, что твоя сестра сделала из тебя нормального человека, — заметил Такеда. — Видимо, чудеса не вечны.

— Ой, да пошли вы… — пробормотал Хандзо, но в голосе не было злости.

— Так, ладно, — резко сменил тему Фудзивара. — Вернёмся к реальности. Проверочная. Кто что понял из последней темы?

— Я понял, что я ничего не понял, — мрачно сказал Оцука. — Надеюсь, мои ответы наугад совпадут с правильными.

— Я понял, что буду списывать у Такеды, — ухмыльнулся Казама.

— А я понял, что вы все безнадёжны, — вздохнул Такеда. — Ладно, я попробую вам объяснить на перемене, но не обещаю, что вы сообразите.

— Всё, короче! — развёл руками Оцука. — Если Хандзо вдруг сегодня получит высший балл, это точно влияние его сестры.

— Прекрати, — устало сказал Хандзо. — Уже тошнит от ваших выводов.

Друзья дружно рассмеялись, перескакивая с шутки на шутку, но Хандзо лишь покачал головой, словно признавая их правоту без слов. Внутри же он ощущал странное, тихое тепло — такое, будто после долгого дождя сквозь тучи впервые пробилось солнце. День действительно обещал быть другим, и в нём, вопреки привычной серости, проскользнула лёгкая нотка чего-то нового, живого и необычного.