Осколки тишины

Хандзо вышел из своей комнаты, натянув свободную домашнюю футболку и спортивные штаны. В коридоре пахло чем-то аппетитным и совсем непривычным для его маленькой кухни. Из-за приоткрытой двери доносился звон посуды и лёгкий шум ножа по разделочной доске.

Он прошёл несколько шагов и заглянул на кухню. Юи стояла у плиты, ловко помешивая что-то в глубокой сковороде. На столе рядом лежали аккуратно нарезанные овощи и миска с кусочками мяса. В воздухе витал аромат имбиря и соевого соуса.

— Что ты там вытворяешь? — спросил Хандзо, прислонившись к дверному косяку.

— Не видишь, что ли? — отозвалась Юи, не оборачиваясь. — Готовлю ужин. Гюдон.

Хандзо удивлённо приподнял бровь.

— Ого… И с каких это пор ты умеешь готовить?

Юи, наконец, посмотрела на него через плечо и самодовольно улыбнулась:

— Не недооценивай меня. Я старшая сестра, а значит, должна много чего уметь делать, — она ловко подцепила ложкой кусочек мяса и показала ему, — особенно готовить вкусные блюда.

— Хм, любопытно, — проворчал Хандзо. — Надеюсь, ты и вправду умеешь готовить.

— Только имей в виду, — Юи снова вернулась к плите, — я готовлю это для себя. А ты можешь сидеть и любоваться.

— Так значит, я буду голодать? — Хандзо сделал вид, что обиженно нахмурился.

— Ага, именно так! — она показала ему язык, играючи. — Может, так научишься ценить моё старание.

— Ладно, ладно, сдаюсь, — поднял руки Хандзо.

Хандзо, не обращая больше внимания на сестру, отошёл в сторону и заметил на диване мангу, которую Юи читала раньше. Книга лежала раскрытой на середине, будто её прервали на самом интересном месте. Он поднял её, мельком взглянул на обложку, где двое героев держались за руки под цветущей сакурой.

— Мда уж, — усмехнулся он, перелистывая пару страниц.

— Эй! Не трогай мою мангу! — возмутилась Юи. — Я знаю, что ты хочешь испортить мне сюжет своими саркастичными комментариями!

— Ну… в целом ты права, — спокойно признался Хандзо, листая дальше. — Но, честно говоря, не ожидал, что ты будешь читать такие сопли.

— Это не сопли, а трогательная история про настоящую любовь! — парировала Юи, надув щёки.

— Настоящая любовь, ага… — проворчал Хандзо. — Ты, наверное, ждёшь, что к тебе тоже явится такой же «идеальный парень», как этот на обложке.

Юи хмыкнула и снова помешала гюдон.

— Ну, мечтать же не запрещено.

Хандзо закатил глаза, но краем губ невольно усмехнулся. Черно-белые рисунки мелькали перед глазами: герои то ссорились, то смотрели друг на друга с такой страстью, что, казалось, бумага вот-вот загорится.

Он остановился на развороте, где парень крепко держал девушку за руку, а та отворачивалась, скрывая слёзы. Хандзо вслух прочитал диалог, изображая нарочитый пафос:

— «Я всегда был рядом, даже когда ты не замечала…» — он изобразил низкий, трагический голос, после чего фыркнул. — С ума сойти, признание на уровне школьного двора.

— Эй, не смейся! Это важный момент в сюжете!

— Важный момент? — Хандзо перевернул страницу. — А вот и продолжение: «Если ты уйдёшь, то сердце моё разобьётся на тысячи осколков…» — он покачал головой и тихо усмехнулся. — Ну да, конечно, какая трагедия.

Юи, мешая что-то в кастрюле, резко повысила голос:

— Ты просто не понимаешь романтику! Для девушки это… это как глоток воздуха.

— Для меня это как глоток сиропа, — парировал Хандзо. — Слишком приторно, зубы сводит.

Он задержался на следующей сцене. Герой стоял на фоне заката, а героиня бросала ему в лицо:

«Ты предал меня!»

«Что ты такое говоришь? Я бы никогда в жизни тебя не предал!»

Хандзо прочитал это, сделав голос пискляво-надрывным.

— Вот, вот оно. Классический поворот. Всё было хорошо, а потом внезапно — предательство. Ну куда ж без этого?

Юи с шумом захлопнула крышку кастрюли и воскликнула:

— А ты лучше придумал бы? Вон сидишь, критикуешь!

Хандзо пожал плечами и с иронией ответил:

— Легко. Сказал бы: «Слушай, хватит драматизировать. Давай закажем пиццу и решим всё спокойно». Конфликт исчерпан.

Юи закатила глаза:

— Фу, скукотища! У тебя ноль воображения!

Хандзо снова перевернул несколько страниц, где парень наконец признавался в любви: «Даже если весь мир будет против нас, я всё равно буду рядом с тобой!» Он прочитал эти слова с таким наигранным пафосом, что сам едва не рассмеялся.

— Боже, да у него, наверное, целый склад штампованных фраз. Ты только посмотри!

— Замолчи! — воскликнула Юи. — Это же красиво!

— Красиво? — переспросил Хандзо. — Это так ущербно выглядит.

Юи взялась за половник и пригрозила ему:

— Если не прекратишь издеваться, я тебе ужина не дам!

Хандзо, откинувшись на спинку дивана, закрыл мангу и положил её рядом.

— Ладно, ладно. Пусть твои идеальные герои продолжают страдать на бумаге.

— Вот именно! — довольно сказала Юи, возвращаясь к плите. — Им, в отличие от тебя, хватает смелости говорить о чувствах.

В этот момент по комнате распространился тёплый аромат тушёной говядины и соевого соуса. У Хандзо громко заурчало в животе.

— Ого… — он приподнялся. — Так вкусно пахнет…

Юи поставила на стол две миски с гюдоном, чай и аккуратно сложила палочки.

— Вот смотри. Сначала ты издеваешься над моей способностью готовить, а теперь будешь есть лучшее, что я готовила за всё время.

Хандзо пожелал приятного аппетита, попробовал первую ложку и невольно кивнул:

— Признаю… это чертовски вкусно.

Юи расплылась в самодовольной улыбке.

— Вот видишь, братик, как тебе повезло. Старшая сестра и ужин приготовит, и покой в дом принесёт, и, между прочим, капельку романтики добавит.

Хандзо вздохнул и машинально покрутил палочками в миске.

— Ну да, ну да…

Юи хитро прищурилась, подперев щёку рукой:

— Кстати, раз уж о романтике заговорили… у тебя случаем девушка не появилась?

Хандзо в тот момент как раз сделал глоток чая — и поперхнулся.

— Ч-что? — кашлянув, он резко поднял глаза на сестру.

— Я спрашиваю, — с самым невинным видом протянула Юи, — нет ли у тебя девушки? Вдруг ты тайком уже кого-то околдовал?

— Какая девушка? — он отставил чашку. — Нет у меня никакой девушки и, если честно, искать я её не собираюсь.

Юи театрально всплеснула руками.

— Ну конечно! Кто бы сомневался! Твои мрачные взгляды и вечное ворчание — девушки, наверное, сразу в другую сторону бегут, как только ты появляешься.

— И отлично, — резко отрезал Хандзо. — Мне же легче. Никаких «сюсю-мусю», никаких дурацких признаний под дождём с одним зонтом.

Юи прыснула от смеха.

— Ты прямо цитируешь мангу, которую недавно высмеивал. Но, братик, хочешь ты или нет, однажды найдётся та самая. Даже за своими стенами не спрячешься.

Хандзо нахмурился и ткнул палочками в рис.

— Спасибо, что повторяешь слова моего одноклассника. Одного моралиста мне было мало. А ты? Когда себе парня найдёшь? Или всё ещё ждёшь принца из манги?

— Ха! — усмехнулась Юи и откинулась на спинку стула. — Найдётся нужный парень — вот тогда и посмотрим. Я не спешу. Но, если честно, мне даже больше интересно увидеть, какую девушку ты приведёшь. Вот это будет сенсация!

Хандзо тяжело выдохнул, словно хотел отмахнуться от разговора:

— Зря ты чего-то ждёшь. Ничего не изменится.

Юи чуть наклонилась к нему, заглядывая прямо в глаза, и улыбнулась мягче, чем обычно:

— Упрямый ты, братик. Но упрямство не спасёт от любви.

Хандзо поморщился:

— Любовь, любовь… тебе бы романы писать.

— А тебе бы хоть иногда улыбаться, — парировала Юи. — Вдруг кто-то из твоих одноклассниц уже строит на тебя планы, а ты ходишь с таким видом, будто весь мир тебе задолжал.

— Пусть строят, если им делать нечего, — буркнул он. — Меня это не касается.

— Ох, братик, братик… — Юи вздохнула театрально. — Когда-нибудь я встречу твою девушку и скажу ей: «Спасибо, что спасла моего унылого брата от превращения в старого холостяка».

— А я скажу ей: «Беги, пока можешь».

Юи рассмеялась:

— Вот увидишь, сам первый влюбишься и будешь таскать портфель за ней, бежать в магазин за шоколадом и писать любовные записочки.

— Не дождёшься, — Хандзо отвернулся.

— Запомню этот момент, — хитро прищурилась сестра. — Потом припомню тебе.

— Слушай, ты, похоже, приехала не меня проведать, а издеваться, — пробурчал он.

— А что? Разве старшие сёстры для этого не созданы? — она хихикнула.

Хандзо закатил глаза:

— Иногда мне кажется, что родители отправили тебя сюда в качестве наказания.

— Или награды! — возразила она. — Я же всё-таки твоя единственная сестра. Любимая, между прочим.

— Любимая заноза в боку, — уточнил Хандзо.

— Эй! — Юи изобразила обиженное лицо, но быстро вернулась к своей улыбке. — Ладно, серьёзно. У тебя правда нет никого, кто бы тебе нравился?

— Сколько можно задавать один и тот же вопрос? — устало сказал он.

— Я сестра, мне положено лезть в твои дела, — хитро сказала она. — А ну признавайся: как там в твоём классе? Есть кто-то?

— Нет.

— А Масуда? — прищурилась Юи. — Я вот видела её возле школы, красивая девочка.

— Откуда её знаешь?

— Она же фотомодель, ты что, не знал? Повезло же тебе с ней в одном классе учиться! И что, Масуда никак?

— Никак, — резко ответил Хандзо.

— Угу, конечно, — протянула сестра. — У тебя аж уши покраснели.

— Это от злости, что ты не затыкаешься!

Юи расхохоталась:

— Как же весело тебя дразнить. Ладно, ладно. Но я всё равно узнаю, кто тебе нравится.

— Никто, — буркнул он.

— Ну-ну. Вечно хмурый, но сердце-то у тебя живое. Вот попадётся тебе та самая — и всё, сгоришь дотла.

— Это твои манги на тебя плохо влияют, — Хандзо кивнул в сторону дивана.

— Ага! — она гордо подняла палец. — Манга учит меня лучше понимать чувства. Тебе бы почитать, может, перестал бы быть деревянным.

— Я деревянный? — он приподнял бровь. — А ты тогда кто? Манга-зависимая фантазёрка?

— Лучше быть фантазёркой, чем брюзгой, — тут же ответила Юи.

Хандзо вздохнул и отпил чаю.

— Знаешь, иногда мне кажется, что ты просто скучаешь по дому и решила свалить всё своё внимание на меня.

Юи на миг замолчала, но потом улыбнулась чуть мягче:

— Может, и так. Ты ведь тоже иногда скучаешь, братик, просто не признаёшься.

Он отвёл взгляд к окну.

— У каждого своя правда, — пробормотал он.

— Ладно, — сестра хлопнула его по плечу. — Но всё равно я дождусь того дня, когда ты придёшь и скажешь: «Юи, я влюбился». И вот тогда… я буду смеяться, пока не упаду.

— В тебе сам дьявол живёт.

— Нет, ангел, — поправила Юи, хитро подмигнув. — Ангел-хранитель твоей личной жизни.

— Вот уж спасибо, — саркастично отозвался он.

— Обращайся, братик, — она ухмыльнулась. — Бесплатно, но с побочными эффектами.

— Ты сколько планируешь тут оставаться? — спросил Хандзо, поглядывая на сестру с лёгким подозрением.

— Всего на одну ночь, — ответила Юи, откинувшись на спинку дивана. — Утром у меня дела, а ты как раз отправишься в школу.

— Что ж, хорошо, — пробормотал он. — Тогда я, пожалуй, спать пойду. Что-то устал… наверное, из-за тебя.

— Ну-ну, — с улыбкой протянула Юи, подперев щёку ладонью. — Сваливаешь всё на сестру, как всегда.

Хандзо поднялся с места и направился в свою комнату. Юи проводила его задумчивым взглядом, и её мысли, обычно лёгкие и колкие, неожиданно приняли тихий оттенок:
«Вот бы хоть когда-нибудь зажглась звезда в этой мрачной пустоте».

Хандзо же, войдя в комнату, сразу тяжело вздохнул и плюхнулся на стул у стола.

— Вот же придирчивая, — буркнул он себе под нос.

Он достал телефон, привычным движением открыл мессенджер — тишина. Ни одного сообщения, даже системного. Переключился на социальную сеть, лениво листая ленту. И тут палец остановился на знакомом имени: Масуда Мари.

Он зашёл на её страницу и начал рассматривать фотографии. На одних она стояла в студийных залах в лёгком платье, на других — в стильных деловых костюмах. Снимки явно были сделаны профессиональным фотографом: правильный свет, интересные ракурсы, постановка.

— Хм, — тихо произнёс он. — Фотограф прям мастер… да и она сама неплохо выглядит в этих нарядах.

Он задержался на одном кадре дольше, чем собирался: Масуда сидела на подоконнике, волосы мягко спадали на плечи, а взгляд был направлен в сторону, будто она о чём-то задумалась. В этом снимке было что-то живое, тёплое.

И тут вдруг — щелчок дверной ручки. Дверь слегка приоткрылась.

— Кстати, братик… — В щель просунулась голова Юи.

Хандзо дёрнулся так резко, что чуть не выронил телефон. Экран мигнул и сразу погас — он судорожно нажал кнопку блокировки.

— Тебя стучаться не учили?! — почти выкрикнул он, резко повернувшись.

Юи приподняла бровь и с притворным недоумением сказала:

— А чего ты так вздрогнул? Что там у тебя? Порнуху, что ли, смотришь?

— Да что ты вообще такое говоришь?! — вспыхнул Хандзо. — Ничего подобного!

Юи прыснула от смеха и отмахнулась:

— Ну ладно, ладно, не кипятись. Я просто спросить хотела: во сколько тебе завтра вставать?

— В семь, — буркнул он, до сих пор злясь на её внезапное вторжение.

— Всё, спасибо, — легко ответила сестра, прикрыла дверь и скрылась в коридоре.

Хандзо со злостью бросил взгляд на дверь:

— Да чтоб тебя, Юи…

Он тяжело перевёл дыхание, сунул телефон под подушку, переоделся в пижаму и наконец рухнул на кровать. Комната погрузилась в полумрак, и только в голове ещё мелькали образы — игривый взгляд сестры, её насмешливый смех и фотографии в профиле Масуды.