Глава 37.0

Дару — огромный постоялый двор и чайная — находился немного поодаль от главной рыночной улицы. Поскольку это было самое знаменитое и роскошное заведение в Акъяне, оно располагалось в более тихом районе.

Это было сделано для того, чтобы украсить окрестности и привлечь состоятельную публику.

По правде говоря, Тан Со Ми впервые оказалась в этом районе.

Поэтому она шла с замирающим сердцем, с любопытством оглядываясь.

Именно тогда.

— А?

— В чем дело?

Тан Со Ми остановилась неподалеку от Дару и склонила голову набок. Она смотрела на конюшню, построенную для лошадей гостей заведения. Солома, сложенная внутри, подозрительно шевелилась.

— Вон там... — Она указала туда пальчиком.

Это могла быть просто бродячая собака или кошка. В конце концов, такие животные водятся везде. Однако шевеление соломы было каким-то необычным, и оттуда донесся тихий, болезненный стон.

— Чего ты там увидела? — фыркнул Хон Джин Ран. Он ничего не видел и не слышал.

Он был уверен, что Тан Со Ми, не владеющая боевыми искусствами, просто всё выдумывает.

Но Джи Як так не считала.

Хотя она знала Тан Со Ми совсем недолго, она уже успела кое-что понять.

По мнению Джи Як, эта девочка была настоящим ходячим благословением.

Даже играя в школе, она могла случайно найти оброненную монетку, а если какой-нибудь хулиган пытался выстрелить в нее из рогатки, внезапно налетал ветер и камень прилетал задире прямо в лоб.

В тот раз мальчишка, стрелявший из рогатки, получил знатную шишку от Хон Джин Рана.

Даже когда над ними пролетала стая птиц, помет никогда не попадал на Со Ми. Где вы еще видели такого везучего ребенка?

Джи Як неловко улыбнулась:

— Может, просто пойдем дальше?

Тан Со Ми слегка кивнула.

Джи Як посмотрела на Хон Джин Рана, и тот, вздохнув так, словно у него не было выбора, направился к конюшне. Он поднял с земли деревянную палку и потыкал ею в солому.

— О боги?!

— Ой!

Вскоре из уст троих детей вырвались испуганные возгласы. Сквозь солому показался человек.

Он стонал, и всё его тело было покрыто кровью.

Он посмотрел на детей мутными глазами, словно у него не было сил даже открыть их полностью, не говоря уже о том, чтобы пошевелить пальцем.

— Это человек!

— Мастер боевых искусств?

— Какой ужас...

Хон Джин Ран сразу понял, что это мастер боевых искусств. Рядом с ним валялись два коротких меча.

Тан Со Ми была удивлена, что это оказался человек, а не кошка или собака, а лицо Джи Як побледнело — она впервые видела кого-то в таком ужасном, окровавленном состоянии.

— У-у-у...

— Он же умирает! Что нам делать? Позвать стражу?

— Бесполезно звать стражу. Похоже, мастера боевых искусств подрались между собой, а правительство не вмешивается в такие дела.

На слова Хон Джин Рана Джи Як энергично закивала.

После того как императорский двор в прошлом несколько раз пытался подавить Мурим и потерпел неудачу, правительство и мастера боевых искусств не вторгались на территории друг друга.

В это время Тан Со Ми подошла к лежащему человеку.

Она была бесстрашным ребенком.

Она ведь не знала, что может сделать этот истекающий кровью мужчина.

Со Ми тихо заговорила, опередив Джи Як, которая в испуге попыталась ее остановить:

— Дядя, вы в порядке?

— Тебе кажется, что он в порядке? По-моему, он вообще не в порядке, — резко ответил Хон Джин Ран.

Даже с первого взгляда было ясно, что его состояние критическое. Было очевидно, что он умрет, если немедленно не получит помощь. Однако они ничего не могли сделать.

Этим детям было от силы по семь-восемь лет, и они не обладали никакими медицинскими навыками.

— С-Со Ми, пошли отсюда. Мне кажется, это добром не кончится, — заикаясь, проговорила Джи Як с тревогой в голосе. Она впервые видела человека в таком жалком состоянии прямо перед собой и очень боялась, что он умрет у нее на глазах.

Но Со Ми покачала головой.

— Мы можем его спасти?

— Что? Ты с ума сошла? Как мы его спасем?!

— Со Ми! Джин Ран прав. Что мы можем сделать...

Тан Со Ми сжала кулачки.

Глядя на окровавленного мужчину, в ее памяти всплыла картина.

Лица её умирающих родителей, которые закрывали её собой и были пронзены бесчисленными мечами и копьями, умирая ужасной смертью.

Очевидно, что они мало что могут сделать.

Но разве они не должны попытаться?

Более того.

«Я... я тоже была такой...» — Тан Со Ми крепко сжала кулаки.

Воспоминания о дне, когда она впервые встретила Тан У Хёна, вернулись к ней. На самом деле Тан Со Ми не была в таком же плачевном физическом состоянии, как этот мужчина, но тогда она осознала, что такое смерть.

Человеком, который подарил ей луч света в той тьме, был не кто иной, как Тан У Хён, и сейчас казалось, что никто, кроме самой Тан Со Ми, не сможет дать надежду этому человеку.

— Хм! Во-первых..!

— Ты уверена? Давай лучше позовем людей из Дару...

Увидев, что Тан Со Ми раздумывает, что делать, Джин Ран попытался побежать к чайной. Он считал, что это не то дело, с которым могут справиться дети.

Но Тан Со Ми схватила его за запястье.

— Нет! Люди оттуда наверняка просто выбросят его на улицу.

— Что? Бросить умирающего? Разве такое возможно?

Хон Джин Ран и Джи Як выглядели растерянными, но Тан Со Ми знала о таких вещах лучше, чем кто-либо другой. Никто не хотел, чтобы в их доме или заведении оказался труп.

С их точки зрения, было бы лучше, если бы умирающий человек испустил дух где-нибудь в другом месте. Кто-то бросил Тан Со Ми в том переулке после того, как её жестоко избили, прямо перед тем, как она встретила Тан У Хёна.

В этот момент Со Ми издала короткий возглас:

— Ах! Я знаю, что нужно!

— Ч-что такое?

— Кровоостанавливающая трава!

Это то, о чем Тан У Хён однажды рассказал ей, когда они вместе ходили в горы. Если использовать её, можно по крайней мере остановить кровотечение, так что он велел ей обязательно это запомнить.

Со Ми повторяла это про себя много раз и крепко вбила в память.

— Ну... я скоро вернусь, так что никуда не уходите! И главное! Никому не говорите!

— Э... э-э...

— Угх...

Двое детей ошеломленно смотрели, как Тан Со Ми убегает. Хон Джин Ран почесал затылок, совершенно не понимая, что она задумала.

То же самое чувствовала и Джи Як.

Они могли просто уйти, так зачем пытаться спасти умирающего человека? Думая об этом, она быстро вздохнула.

Что ж, такие поступки — это хорошее дело.

---

Тан У Хён, вошедший в Акъян, чтобы забрать Тан Со Ми, был озадачен, не увидев её на той улице, где она должна была находиться.

Обычно в это время она всегда была здесь.

— Куда она ушла?

Он быстро огляделся.

Заметив детей примерно того же возраста, он инстинктивно присматривался к ним. Но они были лишь отдаленно похожи; той, кто крикнула бы «Папа!» и обернулась, среди них не было.

Он нахмурился.

Поскольку он никогда не сталкивался с подобным за время её обучения в академии, у него появилось дурное предчувствие, что что-то могло случиться.

Первым делом он поймал торговца сладостями.

Торговец, которого внезапно схватили за шиворот, вздрогнул и втянул голову в плечи. Он сразу понял, что Тан У Хён — человек непростой.

— Хе-хе... хе-хе, здравствуйте, чем могу помочь?

— Вы не видели Со Ми?

— Видел.

Эта девочка приходила есть сладости каждый день без пропусков. Иногда она приходила с другом, иногда с Тан У Хёном, поэтому он, естественно, запомнил её.

— Они пошли к лавке с маньтоу.

— Понял, спасибо.

Увидев, как торговец кивнул и скрылся, Тан У Хён направился к лавке с маньтоу. Но и там он не услышал ничего особенного.

Хотя дети что-то бормотали, из-за большого скопления людей он не смог разобрать слов. Тан У Хён нахмурился и вздохнул.

— Их было трое, включая мальчика и девочку по имени Джи Як.

Если говорить о мальчике, то, скорее всего, это Хон Джин Ран.

Описание, данное торговцем маньтоу, совпадало с тем, как он выглядел в прошлый раз. Если так, не похоже, чтобы её обижали другие дети.

Но куда же они подевались?

Вздохнув, Тан У Хён окинул улицу внимательным взглядом. Если бы остались следы, он бы пошел по ним, но прошло уже столько людей, что не осталось и намека.

Однако это не означало, что они исчезли бесследно.

Он присел на корточки и стал изучать отпечатки на земле один за другим. Сказали, что это было около часа назад, поэтому следы должны быть немного затертыми; нужно было лишь найти несколько маленьких отпечатков.

— Вот оно.

Нашел.

Следов почти не осталось, они были едва различимы. Но несколько отпечатков ног явно вели на восток.

— На восток?

Если пойти в самый конец восточной улицы, там находится квартал красных фонарей. Однако у троих детей не было причин туда идти, так что, вероятно, они направлялись куда-то еще.

Что там еще было?

— Дару...

Ха-ха, он издал короткий смешок.

Похоже, дети отправились в чайную. Эта мысль его позабавила. Вероятно, инициатором была девочка по имени Джи Як.

Даже если бы она пыталась притвориться, её нельзя было назвать обычным ребенком.

Он медленно зашагал в ту сторону.

Размышляя о том, что будут делать трое детей в Дару, он дал волю воображению.

Будут подражать взрослым и пить чай?

Или просто болтать за чашкой дешевого напитка? Место недешевое, так что это обойдется им в копеечку.

Тан У Хён неспешно направлялся к Дару.

Наконец, когда он прибыл на место...

Он нахмурился и повернул голову.

— Ах... Папа? — раздался удивленный голос Тан Со Ми.

Её руки были перепачканы красной кровью, а лица двоих детей рядом с ней побледнели, вероятно, от страха.

— Что здесь происходит?

Тан У Хён поспешно подошел к Тан Со Ми. Он быстро протянул руку и схватил её за маленькие ладошки. К счастью, видимых ран не было; кровь, похоже, не принадлежала Со Ми.

Его взгляд естественно скользнул в сторону.

— ...Что это с ним?

Мужчина, видневшийся сквозь солому. Верхняя одежда на нем была разорвана детьми, очевидно, в попытке перевязать раны.

Он не знал, где они её взяли, но видел следы неумелых попыток остановить кровотечение какими-то травами. Похоже, им не удалось убрать всё, так как в спине мужчины торчали глубокие раны.

Теперь он понимал, почему лица детей выглядели такими измученными.

— Вы пытались его спасти?

Со Ми кивнула и заплакала. Что бы она ни делала, она не могла спасти этого умирающего человека. Она поспешно приложила к его ранам всю кровоостанавливающую траву, которую собрала на горе, но кровотечение остановилось лишь немного.

Цвет лица мужчины не вернулся, и он по-прежнему не мог говорить.

— Почему?

— Да?

— Я спросил, почему ты попыталась спасти этого человека.

Джи Як и Хон Джин Ран задавались тем же вопросом. Тан Со Ми действовала с таким отчаянием.

Она закрывала руками кровоточащие раны по всему его телу и кричала ему, чтобы он не сдавался, но кровь не останавливалась.

Почему?

Тан Со Ми вцепилась в одежду Тан У Хёна.

— Но... мне его так жалко. Со Ми тоже... Со Ми спасли, но я не хочу, чтобы люди умирали так же, как мои папа и мама. Уа-а-а-ах!

Тан У Хён вздохнул, обнимая Тан Со Ми, которая наконец разрыдалась. Причина, по которой этот ребенок так отчаянно цеплялся за жизнь, заключалась в шоке от того, что её родители были убиты прямо у нее на глазах.

Наверное, поэтому она хотела спасти мужчину, умирающего перед ней.

Тан У Хён погладил плачущую Тан Со Ми по спине.

— Вы, ребята, хорошо потрудились.

— Ох, нет. Мы просто смотрели... — пробормотала Джи Як, всё еще с бледным лицом. Её руки тоже были в крови. Это потому, что она помогала снимать с него одежду.

Конечно, после того как она её сняла, она даже не смела к нему притронуться.

С другой стороны, Хон Джин Ран...

Его состояние было лучше, чем у Тан Со Ми, но далеко не идеальным. Вся его одежда была в крови. Должно быть, он испытал сильный шок, так как цвет его лица оставлял желать лучшего.

Поскольку он был единственным мальчиком среди девочек, кажется, он взял инициативу на себя.

Тан У Хён усмехнулся.

— Спасибо вам. Идите в Дару и умойтесь. Я позабочусь об этом парне.

— Правда?!

— Да.

Джи Як кивнула и поспешно увела Тан Со Ми. Даже если они не были гостями Дару, им разрешили бы воспользоваться водой за пару медяков.

Когда трое детей скрылись из виду, Тан У Хён перевел взгляд на мужчину.

— Ты говорил, что тебя зовут Квон Му Джин? Несомненно, тебя благословили сами небеса.