Глава 36.0
— А-а-а-ах!
— Кха!
Квон Му Джин открыл глаза от внезапного ощущения обжигающего холода. Его затуманенное зрение уловило несколько силуэтов, а в центре находились до боли знакомые лица.
Где это он?
Что произошло, пока он был без сознания?
Ошеломленный непонятной ситуацией, он попытался оценить обстановку и вскоре осознал, что крепко связан веревками. В этот момент ветер донес до него чей-то голос.
— Ну надо же, ты очнулся.
— А?!
Это был Ма Док Чжин.
Он стоял прямо перед ним. Его одежда превратилась в лохмотья и была сплошь покрыта пятнами крови.
Выглядел он скверно, что ясно свидетельствовало о получении им тяжелых внутренних травм.
Даже его лицо посинело — признак того, что значительная часть его энергетических каналов была заблокирована. Казалось, в ближайшее время он вряд ли сможет использовать свою силу для полноценной атаки.
Но вот его взгляд был необычным.
— Как тебе такое...
— Ах ты сукин сын!
В этот момент Ма Док Чжин с ругательствами приблизился к нему. Растолкав стоявших вокруг подчиненных, он яростно обрушил на Квон Му Джина град ударов.
Бах!
— Кха-а-ах!
Это было больно.
Кулак, ударивший его по лицу, был настолько мощным, что трудно было поверить, будто этот человек страдает от тяжелых внутренних травм. Получение внутренних повреждений не означало, что мастер полностью лишался способности использовать внутреннюю энергию.
Однако было очевидно, что его удары стали слабее, чем обычно.
— Как ты смел предать меня?! Как ты посмел!
Квон Му Джин прекрасно понимал всю ситуацию.
Он знал, к чему привела его попытка предать Ма Док Чжина.
На самом деле, хотя он только что пришел в себя после обморока, ему нечего было сказать в свое оправдание.
Судя по этим налитым кровью глазам, Ма Док Чжин, должно быть, всё слышал.
— Кто кого предал? Это ты выбросил меня, как собачий корм, и оставил подыхать в одиночестве.
— Ах ты ублюдок!..
Раз уж он попался, терять было нечего. Квон Му Джин не собирался склонять голову в попытке вымолить себе жизнь в рабстве.
Поэтому он планировал ругаться столько, сколько сможет, даже в момент своей смерти.
Пак!
— Угх!
Внезапно откуда-то сбоку прилетел кулак.
На мгновение ему показалось, что от удара в живот у него перехватило дыхание. Однако он стиснул зубы и посмотрел прямо на того, кто его ударил.
Это был Ак Гюн.
Когда-то он был правой рукой Квон Му Джина, но, судя по его налитым кровью глазам, теперь всё изменилось.
По правде говоря, чтобы выжить в Сапа, нужно было всегда стремиться к вершине.
Хотя это считалось табу, Сапа была местом, где у тебя не оставалось выбора, кроме как умереть, если ты не поднимался выше.
Это был нелепый закон.
«Ах ты тварь!..» — Квон Му Джин заскрежетал зубами.
Он мог понять действия Ак Гюна. Иерархия Сапа устроена так, что ты не можешь получить власть, не сбросив кого-то вниз.
Квон Му Джин сглотнул слюну и огляделся. Со всех сторон он чувствовал убийственные взгляды.
Квон Му Джин предал своего господина.
Одного этого факта было достаточно, чтобы посеять смуту в умах подчиненных.
«Нужно выбираться».
Квон Му Джин снова огляделся.
Два его меча, которыми он обычно пользовался, лежали прямо перед Ма Док Чжином. Расстояние было приличным, к тому же Ма Док Чжин был не тем противником, которого можно было легко проигнорировать, чтобы просто так забрать свое оружие.
Времени на глубокие раздумья не было, поэтому он просто усмехнулся и начал насмехаться над бывшим хозяином:
— Я посвятил тебе всю свою жизнь, но всегда знал, что не будет ничего удивительного, если я умру в любой момент. Честно говоря, разве ты не испытываешь комплекс неполноценности по отношению ко мне?
— Ах ты... проклятый ублюдок!
Ма Док Чжин заскрежетал зубами.
Его гнев от поражения Тан У Хёну еще не утих, и когда Квон Му Джин, который всю жизнь вел себя раболепно, заговорил в таком тоне, его ярость вспыхнула с новой силой.
Он схватился за меч.
Он планировал убить его одним ударом.
— Как ты смеешь бросать вызов господину, которому служишь!
— Что это за хозяин, который хочет убить своего подчиненного? Ты просто мусор, который даже выбросить противно!
— Заткнись, мразь!
Хватка Ма Док Чжина была настолько сильной, что казалось, рукоять меча вот-вот треснет.
Его жажда убийства, достигшая своего пика, заполнила пространство.
— Сдохни!
С этим криком он взмахнул своим тяжелым мечом.
Даже если он получил внутренние травмы, это не означало, что титул «Бедствие Меча» исчез. Огромный клинок был наполнен такой силой, что, казалось, мог в мгновение ока разорвать тело Квон Му Джина на куски.
Вшух!
Квон Му Джин резко развернулся, не сводя глаз с огромного клинка. Если бы его движение задержалось хоть на долю секунды, ему бы непременно отрубили голову.
Свист!
— Угх?!
К счастью, лезвие Ма Док Чжина, страдавшего от внутренних травм, двигалось не так быстро, как обычно. Квон Му Джин воспользовался этой заминкой, чтобы перерезать веревки о край лезвия, и перекатился по земле.
Он мгновенно сократил дистанцию, схватил два своих меча, валявшихся на земле, и вонзил один из них в живот Ак Гюна.
Вжик!
— Ух!
Даже почувствовав, как лезвие глубоко вонзается в тело бывшего соратника, он не ослабил бдительности.
Он резко выдернул меч и снова перекатился в сторону.
Хрясь!
Сила Ма Док Чжина пронеслась совсем рядом.
Его бок обдало брызгами крови — похоже, он не смог уклониться идеально. Но сейчас было не время обращать внимание на боль. Он изогнул тело и взмахнул своими двумя мечами.
Лязг!
— Ах ты щенок!
Квон Му Джин заблокировал выпад Ма Док Чжина.
Будучи его подчиненным долгое время и зная его стиль боя, он смог грамотно противостоять ему, даже находясь в далеко не идеальном состоянии.
Квон Му Джин начал молниеносно двигать парными мечами.
Хотя радиус его атак был невелик, их траектория постоянно менялась.
На первый взгляд, боевые искусства Ма Док Чжина, включавшие огромный меч, невероятную силу и стремление к подавлению, были потрясающими, но если ему не давали времени на их применение, бой складывался не в его пользу.
Клац-клац-клац!
Вжик!
— А-а-а-ак!
Два клинка, атакующие с непредсказуемых направлений, полоснули Ма Док Чжина по глазам.
Как только брызнула кровь, Квон Му Джин бросился бежать в противоположном направлении.
Всё это произошло буквально в мгновение ока. Остальные подчиненные даже не успели должным образом среагировать.
— Угх! В погоню! Чего вы встали! Убейте этого ублюдка! — Ма Док Чжин закрыл глаза рукой и истошно завопил.
Он был в ярости от того, что не мог преследовать его лично — кровь лилась ручьем, не желая останавливаться.
— А-а-а-ах! Этот ублюдок!
Большинство детей, посещающих Академию Чхонсон, были выходцами из обеспеченных семей. Это были дети из родов, которые могли создать большие проблемы, если бы кто-то посмел тронуть их без причины.
— Куда пойдем сегодня? — девочка со звонким голосом посмотрела на Со Ми с милой улыбкой.
Когда занятия закончились, Тан Со Ми покинула академию вместе с этой девочкой.
До прихода Тан У Хёна оставалось еще около часа, так что игры с подругой в это время уже стали их повседневной рутиной.
Девочку, шедшую рядом с Тан Со Ми, звали Джи Як. Она казалась на год или два младше Тан Со Ми, но на самом деле оказалась на год старше.
Джи Як стала первой подругой, которую Со Ми завела в академии.
По правде говоря, как и Тан Со Ми, она была ребенком, у которого не было других друзей. Со Ми не знала, как та попала в эту школу, но они как-то сразу приглянулись друг другу, часто гуляли вместе и проводили время вдвоем.
Для Тан Со Ми это было невероятно радостным открытием.
— Ум-м... на ту улицу?
— Хочешь поесть сладостей?
— Хи-хи-хи.
Тан Со Ми слегка кивнула на вопрос Джи Як.
Сладости были восхитительны. В частности, конфеты, которые продавались в Акъяне, были такими сладкими, словно их приготовил настоящий мастер, и буквально таяли во рту. Ей казалось, что если она не съест хотя бы одну в день, у нее во рту вырастут колючки.
— А я хочу маньтоу! Я хочу съесть маньтоу!
Две девочки рассмеялись и побежали вперед. Их глаза сияли, они выглядели очень взволнованными.
Улица, на которую они прибыли, была шумной и многолюдной. Там было так много торговцев и покупателей, что риск потеряться был очень высок.
Девочки крепко держались за руки.
Со Ми сжимала руку подруги изо всех сил, чтобы не упасть, пробираясь сквозь толпу. Наконец они остановились перед лавкой со сладостями.
— Джин Ран?
Она увидела знакомое лицо.
Крупный, пугающий вид.
Когда Хон Джин Ран услышал, что его зовут, он повернул голову с куском сахарной карамели во рту и широко открыл глаза от неожиданности.
Он жадно проглотил сладость.
— Ч-что?
— Хи-хи, ты тоже здесь сладости ешь?
— Не ваше дело. Ем я или не ем.
Хон Джин Ран ответил грубо. Он по-прежнему ненавидел тот факт, что Со Ми, которая ему совсем не нравилась, училась в той же школе. Честно говоря, ему вообще не доставляло удовольствия сталкиваться с ней вот так.
В этот момент раздался голос Джи Як:
— Эй! Не смей так разговаривать!
— Угх...
Хон Джин Ран вздрогнул, когда она на него прикрикнула. Он чувствовал себя кроликом, стоящим перед тигром, и тайно пытался угадать, о чем думает Джи Як.
Тан Со Ми смотрела на Джи Як и Хон Джин Рана с озадаченным видом.
Если подумать, Хон Джин Ран всегда терял всю свою силу и наглость в присутствии Джи Як.
Может, это потому, что они близки?
— Прости.
— Вот и молодец! Так и должен вести себя настоящий мужчина!
Лицо Хон Джин Рана покраснело, когда он услышал её смех. Он бросал странные взгляды, избегая смотреть ей прямо в глаза, и отворачивался в другую сторону.
Тан Со Ми наблюдала за этим, но сейчас сладости перед ней были гораздо важнее.
Она купила три порции, чтобы они могли поесть втроем. Когда она протянула одну из них Хон Джин Рану, тот тупо уставился на конфету с пустым выражением лица.
Однако Тан Со Ми и Джи Як уже весело рассмеялись со сладостями во рту и начали болтать между собой, а Хон Джин Ран стоял, словно лунатик.
Наконец он со вздохом откусил кусочек.
— Джин Ран, следующая лавка вон там! Купишь нам маньтоу!
— Что? С чего это я должен вам их покупать? — возмутился Хон Джин Ран на слова Тан Со Ми.
Однако, когда Джи Як схватила его за запястье и потянула за собой, Хон Джин Ран, который был смущен, но не мог вырвать свою руку, побежал за ней, словно у него не было другого выбора.
— Маньтоу дорогие.
Конечно, для взрослых это были копейки. Около двух-трех медных монет за порцию. Но поскольку это была всё же ощутимая сумма, для маленьких детей это было довольно накладно.
Однако, увидев ярко улыбающуюся Джи Як, Хон Джин Ран в конце концов почесал затылок, будто ничего не мог поделать.
— Ладно, так и быть. Куплю вам маньтоу.
— Ура! Джи Як тоже сказала, что хочет есть!
— Хорошо, ешьте, пока животы не лопнут.
После слов Хон Джин Рана на лицах двух девочек расцвели улыбки.
Когда он достал из кармана половину серебряного ляна, который можно было считать его заначкой, торговец быстро выдал им горячие маньтоу.
— И почему я вообще...
— Раз мы купили еду, давайте пойдем к Дару! — радостно предложила Джи Як.
Хон Джин Ран мысленно застонал. Он думал купить сладостей и пойти домой тренироваться, но теперь понимал, что так просто вырваться из лап этих девчонок ему не удастся.
Если бы это была только Со Ми, он бы даже не обратил внимания, но он не мог отказаться, потому что рядом была Джи Як.
К тому же, отпускать их гулять одних было небезопасно...
Хон Джин Ран тихонько вздохнул и кивнул.
Что поделаешь?
Так трое детей шли по улице и болтали о том о сем.