Глава: R

Глава: R

Ветер развевает мои волосы. Это прекрасное чувство. Люди часто недооценивают то, как хороший ветерок может изменить твой день к лучшему. 

А в такой день, когда небо чистое и голубое, без единого облака, кто не захотел бы оказаться на улице? Воздух прохладен, и ветер лучше любого кондиционера. 

Идеальный день для бега. Я бегала и в плохие дни, когда жара валит с ног, и в грозы, тайфуны, и даже наступала в собачьи кучки. Дважды. И хотя я могу стиснуть зубы и бежать, даже когда весь мир против меня, я живу ради тех дней, когда он на моей стороне. 

Ветер охлаждает и заряжает меня энергией. Я ускоряюсь, пробираясь сквозь траву по колено, и улыбаюсь. При такой температуре я не так сильно потею, а значит, не перегреюсь и смогу бежать быстрее. Именно такие мелочи отличают хорошую пробежку от отличной. 

В траве появляется камень, и я вовремя перепрыгиваю через него. Осторожно. На такой скорости я легко могу сломать ногу, если споткнусь. Не раз разбивала ногти, задевая камни на бегу. Не самое приятное. 

Продолжаю бежать. Хотя, нет. Бегу ещё быстрее. Ветер бьёт мне в лицо, и я снова улыбаюсь. Именно мелочи делают жизнь хорошей. Например, ветер. 

Ветер охлаждает. Дает сопротивление, заставляя чувствовать себя живым. А еще помогает уворачиваться от стрел, когда в тебя стреляют. 

Стрела проносится по воздуху, и я слегка меняю траекторию. Она пролетает мимо моей левой руки. Слишком близко. 

Корректирую путь и прибавляю скорость. Я почти вышла из зоны досягаемости гоблинов, которые охотятся на меня. Еще несколько секунд — и я оторвусь. 

Гоблины. Жуткие маленькие монстры с красными глазами и острыми зубами. Выглядят как демоны, если честно. Но они вполне реальны и любят есть людей. Если смогут поймать, конечно. 

Один выскакивает из травы, когда я бегу к городу вдалеке. Он крупнее обычного, в ржавой кольчуге и с коротким мечом. 

Он замахивается на меня, и я прыгаю. Прямо через клинок. Гоблин застывает с открытым ртом, когда я приземляюсь, а затем бросается за мной. 

Мои ноги мелькают. Гоблин пытается ударить меня по ногам, но я уже вне досягаемости. Он бежит изо всех сил, но я отрываюсь так быстро, будто он стоит на месте. 

— Хорошая попытка. 

Бормочу себе под нос, продолжая бежать. У меня нет ни времени, ни дыхания, чтобы сказать это вслух. К тому же, я не сильна в колкостях или оскорблениях. 

Гоблин останавливается через несколько шагов и визжит мне вслед. Я игнорирую его и бегу дальше. Вскоре их боевые кличи стихают — погоня прекращена. 

Пробежав несколько миль (или, в более привычных единицах, километров), я останавливаюсь. Быстро осматриваю местность. Здесь уже невысокая трава, пологий спуск. Похоже, я оторвалась от племени гоблинов. 

Делаю несколько глубоких вдохов и вытираю лоб. Почти не вспотела. Хорошо. Было бы странно устать так быстро. 

Таково мое утро. Если бы я сказала, что это норма для девушки, рожденной в величайшем городе мира*, это было бы ложью. Но ко всему можно привыкнуть. 

*Очевидно, Нью-Йорк.

(П.Р. Это не я делаю ссылки, а сама героиня… интересный способ повествования…) 

Возвращаюсь к бегу. Сначала иду, затем перехожу на легкую трусцу. Но время — деньги, и вскоре я снова набираю скорость. Не спринтерскую — нужно сохранить силы на случай непредвиденных ситуаций: атак гоблинов, диких волков, бандитов, зомби, скелетов, Креллеров* и прочей нечисти, обитающей в равнинах**. 

*На самом деле я их никогда не видела. Даже не уверена в названии — местные зовут их «Тоннельными ползунами». Говорят, лучше с ними не встречаться. 

**Если это звучит ужасно, то лишь потому, что я осознаю возможные опасности. В любой момент вокруг не так уж много монстров. Просто никогда не знаешь, когда они появятся. 

Так или иначе, я продолжаю бежать. Немного наслаждаюсь ветром в волосах и наконец добираюсь до нужного города. 

Высокие серые стены, на башнях — копейщики и лучники, высматривающие монстров. Это Целум, или что-то в этом роде. Один из городов Конфедерации Северных Равнин, то есть город-государство*. И мой текущий пункт назначения.

(П.Р. Или Церум, или Селум, или Серум… без понятия. Cerum, короче)

*Скорее, просто город. Не такой уж большой, но у каждого города здесь своя система правления. Одними управляют советы, в других есть избранные лидеры, как у нас дома, а в некоторых до сих пор правят лорды и леди, хотя, кажется, таких осталось всего один-два. Суть в том, что они объединяются перед угрозой, но у каждого свои склоки и цели. Прямо как старые добрые США. 

Подхожу к открытым воротам. Дежурный стражник может захлопнуть их, если появится опасный (или очень уродливый) тип, но при моем приближении он даже не шелохнулся. 

— Эй, — бросает он. 

Кажется, это приветствие. Я машу ему. 

— Гоблины. В паре миль от города. 

Он кивает и говорит что-то, чего я не разбираю. Вроде «Жаль, что они сбежали». Делаю вид, что расслышала, и вбегаю в город, где трава сменяется брусчаткой. Неудобно и тяжелее бежать — придется сбавить темп. 

Перехожу с быстрого бега на легкую трусцу, но не такую, как показывают в сериалах. Ненавижу эту дурацкую подпрыгивающую походку, которую изображают актеры — она полностью искажает суть бега. Бег, как и ходьба, должен быть плавным и точным. Нельзя тратить энергию на то, чтобы выглядеть, будто скачешь на пого-стике.

(П.Р. Пого-стик — устройство для совершения прыжков, состоящее из пружины, ручки, педалей и основной платформы. — Это гугл. У нас эти штуки кузнечиками кличут)

Окей. Несмотря на ранний час, на улицах уже полно пешеходов. Хорошо. Ненавижу ждать. Прокладываю маршрут по улицам, ориентируясь на деревянные вывески. 

Отлично, что все здесь говорят и пишут по-английски. Как же раздражало бы*, если бы они использовали другой язык? Но по какой-то прихоти судьбы английский — основной язык в этом мире. Конечно, есть и другие, но, похоже, большинство рас знает английский. 

*И было бы реалистично. 

Так или иначе, замедляюсь, пропуская телегу, и думаю о словах стражника. Это было предупреждение? Или он сказал, что жаль, что я убежала, а не дала отпор? Это будет мучить меня на обратном пути. Почему люди не понимают, что бесполезно что-то говорить бегущему человеку? Мы и так еле слышим, даже без музыки*, оглушающей из наушников. Плюс, я очень плохо слушаю. 

*Поп и рок. И электронику, но это как повезет. Слушаю все, под что можно бежать. Хотя к кантри у меня слабость, но под него сложно держать темп. Кантри — для грусти или ностальгии. По крайней мере, только такие песни я и скачиваю.

Наконец я на месте. Высокий мраморный фасад, роскошная расписная дверь — куда богаче, чем все, что я видела раньше. Городское жилье для богачей. 

Глубоко вдыхаю. Это та часть, которую я ненавижу больше всего. Но дело нужно сделать, так что собираюсь с духом. И медлю. Еще один вдох — вдруг это гипервентиляция? — и стучу. 

Я правда ненавижу это больше всего. 

---

*Целум, сразу после рассвета.*

Едва леди Магнолия, представительница городской знати, открыла дверь, она прижала руку к груди. 

— Боже мой! Вы уже с доставкой? 

Девушка (молодая женщина, которая временами все еще считала себя просто девчонкой) молча кивнула. Магнолии больше ничего не нужно было. 

— Я не ожидала вас так скоро! Но где же мои манеры? Магнолия Реинхарт к вашим услугам. Вы тот самый Гонец, которого я ждала, верно?

(П.Р. Для тех кто знает английский — любопытный бред от меня: Это не “Дождь-сердце(Rainheart)”, а именно Реинхарт(Reinhart)

— Мм. Ваша печать? 

Молодая женщина кивнула. Леди Магнолия замешкалась, затем провела пальцами по виску. 

— Ох, конечно. Прошло так много времени, что я совсем забыла. Пожалуйста, заходите, пока я ее достану. 

Девушка заколебалась, окинув взглядом безупречный особняк за спиной Магнолии. Та заметила ее сомнения и взглянула вниз. Ее глаза слегка расширились, но она тут же взяла себя в руки. 

— О, не беспокойтесь об этом! У меня полно слуг, которые разберутся с небольшими загрязнениями. Пожалуйста, проходите! 

Девушка нерешительно переступила порог. Она оглядела мраморный пол, который сейчас пачкала, дорогие ковры, гобелены на стенах — и явно хотела оказаться где угодно, только не здесь. Но Магнолия уже копошилась у небольшой подставки у стены. 

— Ну и где же они положили печать? Обычно я доверяю это главной горничной Рэссе, но я так ждала эту посылку... Хм-хм... Вот! 

Ее пальцы вытащили серебряно-сапфировый жетон из лотка. Красивая печать наполовину была из сверкающего серебра, наполовину — из полупрозрачного лазурного камня. 

Она протянула жетон девушке, та приняла его с крайней осторожностью. Магнолия терпеливо ждала, пока та аккуратно уберет его в поясную сумку и затем снимет рюкзак. 

Это был рюкзак, но не такой, какой можно найти в магазинах мира, откуда она родом. Вместо липучек, машинных швов и множества отделений он был сшит из кожи и ткани и напоминал черного жука, прицепившегося к ее спине. Но его можно было плотно затянуть и открыть, не снимая. 

Аккуратно курьер (ведь именно им она сейчас и была) достала тщательно упакованный предмет и протянула его. 

— Вот. 

Леди Магнолия почти выхватила сверток из ее рук и беззаботно разорвала плотные слои шерсти и веревок, защищавших содержимое. Девушка моргнула, глядя на обрывки, усеявшие пол, затем на посылку, которую так бережно доставила. 

В руках Магнолии заиграл светом красный хрустальный флакон с эмалевым узором, озаряя прихожую. 

— Прекрасно, не правда ли? 

Она взболтала голубую жидкость внутри и мягко улыбнулась. Затем повернулась к девушке и слегка склонила голову. 

— Не могу выразить, как я благодарна вам за то, что вы доставили это как раз к бранчу. Я принимаю друзей и обещала угостить их этим восхитительным напитком. Он очень дорогой, но такой вкусный! Его дистиллируют из крайне ядовитого фрукта — кажется, его называют Аментус. Так сложно достать, но я же обещала! И представьте, вчера я допила последний бокал. Так что я оставила запрос — и вот вы здесь! 

Она сияла. Девушка молчала. Ее левый глаз дёрнулся. 

— Пожалуйста, передайте Гильдии, что я очень довольна их оперативностью. 

Кивок, кивок. Девушка переминалась с ноги на ногу и поглядывала на дверь. 

— У вас есть еще заказ? 

Традиционный вопрос. Магнолия задумалась. 

— Ну, пожалуй... но нет, кажется, сейчас мне ничего не нужно... хотя жаль упускать возможность... нет, пожалуй, ничего. 

Девушка кивнула и стала отступать к выходу. Магнолия позвонила в серебряный колокольчик, и слуги в фартуках, а также пожилой мужчина уже спускались по лестнице, но, заметив уход курьера, она окликнула ее: 

— Не хотите ли остаться и выпить бокал? Не хочу отпускать вас без награды. 

— Извините. У меня еще доставки. 

Лицо Магнолии упало, но она тут же воспряла. 

— Тогда хотя бы примите это за ваши труды. Нет-нет, я настаиваю! 

Она вложила монету в руку девушки. Та попыталась вернуть, но Магнолия и слышать не хотела, так что пришлось сдаться. 

— Пока. 

--- 

Девушка вышла из особняка и зашагала по улице. Как только позволило пространство, шаг перешел в бег. Она покинула богатый квартал и направилась в обычные районы, где постучала еще в две двери. С куда меньшими разговорами и большей эффективностью она вручила письмо и мешок, получив взамен два красных жетона. 

Закончив с доставками, она тщательно убрала оба жетона в ту же сумку, куда положила серебряно-сапфировый. Убедилась, что сумка застегнута. Было крайне важно не потерять ни одного жетона — или «печатей», как их называли. 

*Печати курьеров*. Доказательство доставки. Без одного из этих ярких камушков любая посылка считалась подозрительной. Курьер должен был сдать печати, чтобы получить награду, так что они были ценны. 

До определенной степени. 

Среди богатых клиентов Печати были символом статуса и влияния. Купцы и банкиры использовали полудрагоценные камни вместо обычных, а самые элитные заказчики имели уникальные печати, чтобы подтвердить доставку без сомнений. 

Однако те, у кого не было таких средств, использовали простые каменные жетоны, которые можно было купить в городе за символическую плату. Они были дешевы, но и ненадежны — ими можно было подделать доставку. 

Случаи, когда курьеры забирали товар и предоставляли фальшивые печати, происходили каждый год. Поэтому доверие было не менее важно, чем скорость. Репутация честного курьера играла ключевую роль в получении заказов. 

Девушка направилась к воротам. Она устала. Не физически — просто вымотана от общения. Но по мере удаления от города ее шаги становились быстрее, и вскоре она уже бежала по знакомой дороге, ведущей обратно в ее город. Она хотела успеть на еще несколько доставок сегодня, а для этого нужно было опередить полуденный наплыв заказов. 

Она была курьером. Или *Бегуном*, как их здесь называли. Были и другие имена: Путешественники, Печатники (из-за печатей), Носильщики и целый набор грубостей, когда они врезались в кого-нибудь. 

Она предпочитала называть себя Бегуном. Потому что она бежала, и бег был тем, что она любила. Доставки можно было терпеть, если только адрес был правильный. Или получатель не оказался мертв. Такое случалось дважды. 

Суть в том, что она бежала, и ветер бил ей в лицо. В такие моменты она могла забыть, что находится в другом мире, что не может вернуться, и даже то, что гоблины снова гонятся за ней. Она бежала — и была свободна. 

А еще она была босиком. 

Ее зовут Риока Гриффин — имя, которое она ненавидит. Она любит бег и не любит разговаривать с людьми. Ее увлечения включают неупоминание своего имени, бег, охоту и кофе. В настоящее время...

Бежит.

======================================

Слабый и немощный я, наконец-то нашёл время, чтобы сесть и заняться хоть каким-то делом, а не тупо валятся днями напролёт...