Семья

Лицзин, жилой комплекс «Гу Имай». Перед трёхэтажным жилым домом.

Половина диска заходящего солнца уже скрылась за горизонтом, и последний багряно-золотой отблеск на небе медленно угасал.

Близился вечер, но летние цикады неутомимо пели на деревьях. Цзи Минхуань стоял неподвижно в тени деревьев, и по его лицу нельзя было прочесть никаких эмоций.

Его обдавало летним зноем, и он рассеянно смотрел на дверь дома перед собой. Капля пота со лба скатилась по бледной щеке и, проследовав по линии подбородка, упала на воротник школьной формы.

Было слишком жарко, и он ещё по дороге домой снял школьный пиджак, который теперь держал на руке.

Потянув за влажный воротник, он выдохнул.

Сначала он не понимал, зачем Гу Вэньюй в такую жуткую погоду надевал в школу пиджак, будто боясь, что на него не обратят внимания. Можно было подумать, что он простудился.

Теперь он понял: Гу Вэньюй носил пиджак только для того, чтобы удобнее было использовать свою способность, пряча сдерживающие ленты в длинных рукавах. Например, если на уроке физкультуры, увлёкшись, он случайно выпустит ленты, пиджак даст возможность это скрыть и исправить ситуацию. В рубашке с коротким рукавом всё бы мгновенно раскрылось.

Остановившись у двери, он опустил голову и посмотрел на телефон.

Сейчас было 9 июля 2020 года, 17:30. Погасив экран, он поднял глаза от дисплея и снова посмотрел на коричнево-красную дверь перед собой.

Вечерний ветерок, дувший с города, слегка приподнял его чёлку, принеся с собой прохладу наступающей ночи.

‘Семья… какое же это незнакомое слово,’ — подумал Цзи Минхуань.

Причина, по которой он сейчас стоял столбом у порога дома, а не охлаждался под вентилятором внутри, заключалась в том, что ему нужно было хорошенько обдумать, как сыграть свою роль перед семьёй Гу Вэньюя.

Будучи сиротой, брошенным родителями с самого детства, у Цзи Минхуаня не было никакого опыта общения с семьёй.

В приюте его окружали такие же дети без отцов и матерей, халатные учителя, которые каждый день сидели с кислой миной в ожидании конца урока, неприятные медсёстры и старый директор с его переменчивым настроением.

Поэтому ему оставалось лишь опираться на воспоминания Гу Вэньюя, изучая характер и модель поведения каждого члена семьи, запоминая, как Гу Вэньюй относился к каждому из них. Так он мог постепенно нащупать, как естественно общаться с этой, по сути, несуществующей «семьёй», не вызывая подозрений.

Цзи Минхуань похлопал себя по штанам и только тогда вспомнил, что ключи лежат в кармане пиджака.

Пока он шарил в пиджаке, который держал в руке, он ещё раз прокрутил в голове «фоновые воспоминания» Гу Вэньюя.

Семейные отношения Гу Вэньюя можно было назвать сложными.

Изначально семья состояла из пяти человек: отца Гу Чжоаня, матери Су Ин, старшего брата Гу Цие, младшей сестры Су Цзымай и самого Гу Вэньюя, зажатого между ними.

Сначала это была вполне стандартная счастливая семья: любящий отец, послушные дети. Мать была не только нежной, но и очень умной, всегда умела найти подход к каждому ребёнку и позаботиться о его чувствах. Гу Вэньюй, его брат и сестра очень на неё полагались.

Всё изменилось пять лет назад.

15 июня 2015 года его мать попала в несчастный случай. Официальная версия гласила, что элитная организация эсперов, подчинённая ООН, — «Радужное крыло» — проводила операцию. Один из её членов, сражаясь с сильным противником и не имея возможности следить за окружением, случайно ранил жителей жилого комплекса «Гу Имай».

И их мать, Су Ин, была одной из тех обычных людей, кто пострадал от действий члена «Радужного крыла». Точнее говоря, её не ранили…

Её убили. Не осталось даже праха.

На самом деле, такие случаи не были редкостью. В современном мире подобное происходило часто. Эсперы, сражаясь, случайно ранили обычных людей — всё равно что люди, толкаясь и дерясь, случайно наступали на муравья.

Кто, полностью сосредоточившись на драке, мог заметить муравья под ногами?

После этого отец много раз обращался к правительству, но статус «Радужного крыла» был очень высок. Это была общепризнанно сильнейшая организация эсперов в мире, состоящая из лучших эсперов, строго отобранных из разных «стран-участниц», и напрямую подчинявшаяся верхушке ООН.

По слухам, в каждом поколении «Радужного крыла» было всего двенадцать членов, и вся информация о них строго засекречена. Её не разрешалось разглашать, за исключением крайних случаев, когда скрыть что-либо было невозможно. Особенно это касалось их способностей — раскрытие подробностей действия эсперских сил дало бы врагу шанс на контрмеры.

Именно поэтому, сколько бы отец ни обращался к правительству, он так и не смог узнать, кто из эсперов в том инциденте убил его мать… Сколько бы он ни выплёскивал свою ярость в истерике, даже организовывая совместные протесты с семьями других пострадавших…

В конце концов, он получил лишь холодное письмо от адвоката и ряд официальных ответов, безупречных до последней буквы.

Вскоре дело замяли, и люди вокруг один за другим смирились и вышли из рядов протестующих. Остался лишь отец, одиноко стоявший на улице.

Единственным утешением было то, что в итоге отец хотя бы получил несколько сотен тысяч компенсации.

А после похорон матери отец совсем сдал и даже не находил в себе сил заниматься тремя детьми.

Позже, из-за того что сестра Су Цзымай ушла из дома, старший брат Гу Цие сильно поссорился с отцом. Их отношения окончательно испортились, они не желали видеть друг друга и вели себя дома как двое незнакомцев, вынужденных жить под одной крышей.

Теперь отец постоянно работал в другом городе, и единственной связью с семьёй, казалось, остались лишь ежемесячные денежные переводы и несколько формальных сообщений в телефоне.

Для Гу Вэньюя и его сестры Су Цзымай старший брат, который всегда о них заботился, был больше похож на «отца».

А их настоящий отец уже давно существовал лишь на бумаге, превратившись в невидимую машину для зарабатывания денег, которая исправно переводила средства каждый месяц.

Отец не был дома уже два года.

Старший брат Гу Цие поступил в университет — один из лучших в Лицзине.

Этот университет находился недалеко от жилого комплекса «Гу Имай», и от станции рядом с ним можно было доехать до дома на метро за полчаса. Таким образом, он мог, не отрываясь от учёбы, заботиться о своих младших брате и сестре, которые ещё учились в старшей школе.

Цзи Минхуань зевнул и, задрав голову, рассеянно посмотрел на небо.

— Если так подумать, то всё не так уж и плохо: раз отца Гу Вэньюя обычно нет дома, то иметь дело придётся только с его братом и сестрой. Если свести общение с ними к минимуму, то вряд ли они заметят что-то неладное.

‘Кстати,’ — он словно что-то вспомнил. — ‘Я помню, в предыстории персонажа при создании файла было написано: «У каждого члена семьи Гу Вэньюя есть свои тайны».’

‘Но, насколько я знаю, за все пятнадцать лет воспоминаний Гу Вэньюя, если не считать умершей матери, которую уже не проверить, остальные трое членов семьи — его отец, брат и сестра — всегда вели себя как обычные люди и никогда не выдавали себя. Неужели вся эта семья на самом деле — какие-то секретные агенты?’

Подумав немного, он наконец нащупал в кармане пиджака твёрдый продолговатый предмет. Он вытащил посеребрённый ключ и вставил его в замочную скважину.

В следующую секунду, как только он собирался повернуть ключ, раздался щелчок, и дверь открылась изнутри.

Цзи Минхуань вскинул бровь и, вынув ключ из скважины, увидел в приоткрытой двери ясное лицо.

Дверь ему открыл Гу Цие, брат Гу Вэньюя.

Он был высоким, с чёрными волосами до плеч, правильными чертами лица, высоким носом и улыбкой, застывшей где-то между уверенностью и легкомыслием. С самого детства у него не было отбоя от поклонниц, но, по мнению Цзи Минхуаня, он выглядел так, будто напрашивается на драку.

Сейчас на шее Гу Цие висел серебряный крестик, а одет он был в простую чёрную футболку и джинсы. На ногах у него были обычные домашние тапочки.

— Давно тебя жду, — с улыбкой сказал Гу Цие.

Он опёрся о дверной косяк и бросил брату бутылку ледяной колы.

— Спасибо, брат, — Цзи Минхуань, даже не моргнув, молниеносно поймал колу, поблагодарил и открутил крышку.

С шипением из банки вырвался холодный пар, и он поднёс её к лицу, чтобы охладиться.

Гу Цие, скрестив руки на груди, что-то делал в телефоне. Он опустил взгляд на пришедшее сообщение и небрежно спросил:

— Почему так поздно вернулся? Ты же говорил, что завтра начинаются летние каникулы, поэтому в школе отпустили пораньше?

Цзи Минхуань отпил колы, вытер тыльной стороной ладони пот со подбородка и с досадой объяснил:

— Ничего не поделаешь, наш классный руководитель слишком болтлив. Ученики из других классов давно ушли, а он всё тарахтел у доски без умолку.

Сказав это, он снова поднял глаза на Гу Цие, и в этот момент прямо перед ним появилась длинная текстовая панель.

【Основное задание 1: Выяснить, что скрывает твой «брат» — Гу Цие.】

【Награда за задание: 1 очко деления (собрав определённое количество очков деления, вы сможете создать нового игрового персонажа в реальном мире), 1 очко навыков (можно использовать для развития «древа навыков персонажа»), 1 очко характеристик (можно использовать для повышения одной из характеристик в «панели персонажа»).】