«Связаны судьбой»

Глава 39: «Связаны судьбой.»

После того как звездная трещина полностью раскрылась, естественная псионика вокруг Кардмана начала стремительно рассеиваться – вернее сказать, ее перемалывала более яростная энергия Астрала. Весь город неумолимо затягивало из материального мира в иное измерение.

Процесс шел неспешно, но верно. Столкновения энергий и удары межпространственных метеоритов вызывали постоянные землетрясения и оползни. Старый конь Мерфи, почуяв неладное на подступах к городу, наотрез отказался идти дальше. Звериное чутье заставляло его бояться творящегося впереди хаоса куда сильнее, чем хозяйского хлыста.

Мерфи не стал тратить время, бросил поводья и пошел пешком. Огромные ворота Кардмана уже были расколоты трещиной, а черные нити астральной энергии, похожие на паутину, опутали руины улиц. Город погрузился в глубокий сумрак, словно солнце закрыла гигантская пыльная буря.

Астральная псионика оставалась псионикой, так что она не мешала навыкам, а из-за своей хаотичности даже усиливала их разрушительность. Правда, только при условии, что «избалованный» материальным миром маг сможет выдержать ментальную скверну, которую несла эта энергия.

Мерфи, сжимая Клинок Порождения Желания, быстро продвигался вперед. Любое препятствие он сметал усиленным «Темным взрывом». Но чем глубже он заходил, тем отчетливее слышал в ушах странное шипение.

Подобные галлюцинации преследовали его и раньше при колдовстве, но теперь они стали громче. В глубоких тенях мелькали искаженные существа, не принадлежащие этому миру, – они пристально следили за молодым вампиром. Эти твари были «выброшены» из Астрала, и хотя в итоге их затянет обратно, они были не прочь перекусить в этой неожиданной поездке чем-нибудь с «иномирным вкусом».

Впрочем, в охваченном паникой городе хватало легкой добычи. По сравнению с душами, объятыми вкусным ужасом, этот вампир с горящим в сердце огнем выглядел опасным противником. Взвесив риски, большинство теней переключило внимание на других.

Но радоваться было рано. Уход клоунов обычно означает появление настоящей угрозы. Судя по масштабам трещины, в материальный мир должно было выплеснуться нечто посерьезнее этой мелкой рыбешки.

Единственной хорошей новостью было то, что поместье Трейси находилось недалеко от ворот. То, что из-за своей бедности она не могла жить во Внутреннем городе среди элиты, теперь стало преимуществом. Мерфи мог рассчитывать на молниеносную войну: забрать Трейси и уйти до того, как ситуация станет критической.

— Ау! — Низкий, пробирающий до души рев раздался за спиной вместе с порывом ледяного ветра. Мерфи резко развернулся, нанося удар, и одновременно ушел в сторону скользящим шагом.

Эта летящая и маневренная техника совсем не походила на фехтование Кровавого Стервятника. Уникальный навык теневых эльфов «Сумрачный шаг» идеально подходил для отражения внезапных атак. Вампир замер, разглядывая нападавшего.

Это был абсолютно черный леопард. Вместо глаз у него из шеи росли два странных щупальца, покрытых хитиновой чешуей. На концах щупальца раскрывались, подобно росянкам-людоедам, и пульсировали светом, фиксируя положение Мерфи. Было ясно, что такое «дитя костей» не могло зародиться в материальном мире.

Мерфи не хотел ввязываться в затяжной бой. Отступая, он выбросил вперед псионический удар, поднявший тучу пыли и мусора, и скрылся за поворотом. Черный леопард, получив царапину и поняв, что добыча с когтями, не стал преследовать его.

— Так не пойдет, — нахмурился Мерфи, озираясь в сумерках руин. Энергия Астрала продолжала прибывать, монстров в городе будет становиться всё больше. Даже если он спасет Трейси, выйти будет трудно. Нужно заранее расчистить путь для отхода.

С этой мыслью Мерфи сжал висящую на шее центральную сферу и влил в нее псионику, активируя связь. Не успел он произнести и слова, как из сферы донесся визг Мириам:

— Мерфи! Что у тебя за везение собачье! Почему, стоит тебе доехать до Кардмана, как случается такой кошмар? Ты где? Максим рвется в город за тобой, я не могу его удержать! А твои сумасшедшие воители только подливают масла в огонь, подбивают нас идти внутрь! Они что, спятили? Какой нормальный человек полезет в место, которое прямо сейчас уничтожают?

— Успокойся! — Рявкнул Мерфи, отчего у него самого заболела голова, и на том конце сразу притихли. — А теперь слушай! Дай Максиму сферу и помоги активировать. Мне нужно, чтобы он удерживал безопасный проход у восточных ворот. Там стена рухнула, так что это несложно. Мои воители ему помогут. Как только найду Трейси, мы встретимся там. И запомни: ни в коем случае не заходите вглубь города! Здесь полно астральных существ, они атакуют из теней. Они очень опасны, твои воители с ними сейчас не справятся. Поняла?

— О… хорошо, — Мириам в критический момент оказалась надежной и тут же принялась за дело.

Мерфи произвел несколько манипуляций с центральной сферой. Через пару секунд у всех игроков, что потирали руки в «черном буране» за стенами, вычислительные сферы издали короткий «дзинь».

Задание от Мерфи было получено.

«Основная линия: Пролог. Последняя ночь Кардмана.»

«Этап 1: Побег из ада!»

«Описание: Беззаботный отпуск воителей из иного мира накрылся медным тазом. По неизвестной причине Кардман пал жертвой астральной катастрофы. Времени на отдых нет, пора действовать! Призыватель Мерфи, обремененный таинственной судьбой, просит своих воителей под предводительством его слуги Максима пробить и удержать временный коридор у обрушенной стены. Это необходимо для безопасного отхода Мерфи после спасения его сира. Те, кто не желает сдаваться перед лицом катастрофы, – немедленно явитесь к верному Максиму!»

«Цель: Удержать проход до возвращения Мерфи и Трейси.»

«Награда: Деньги, открытие следующего этапа основной линии.»

«Внимание! Это задание основной линии. Провал повлечет серьезные последствия.»

«Подсказка! Это серийное задание. Финальная награда: Комплект „Облачение Полуночного охотника клана Кровавого Стервятника“ (9/9).»

— Черт! Основной квест подвезли, да еще и со шмотом лимитированным! Пацаны, погнали! — Братец У-Мяу взмахнул своей алой алебардой.

Одиннадцать игроков, словно свора сорвавшихся с цепи собак, с восторгом примчались к взволнованному Максиму. Верный слуга не стал тратить время на разговоры и повел их сквозь мрак к пролому в стене.

Мириам не горела желанием лезть в это болото, но оставаться одной было равносильно смерти, поэтому она прихватила ружье и пристроилась к игрокам в роли «НИПа поддержки».

Правда, в спешке они кое о чем позабыли. В брошенной у города карете гроб госпожи Адель начал издавать странные звуки. Из-за воздействия бушующей астральной энергии она очнулась раньше срока. Раздался глухой удар, и крышка гроба отлетела прочь, пробив крышу повозки. Госпожа Адель села, потирая лоб.

Ее последние воспоминания обрывались на битве с Джопаном Маркичем в Роще Контрабандистов. Она ничего не знала о событиях последних дней, лишь смутно помнила процесс Первого объятия. Она моргнула своими теперь уже алыми глазами, и ее обострившееся восприятие просканировало окрестности. Ни сира, ни леди Фемиды рядом не было.

Ее что, просто бросили здесь? И что это за безумие с энергией вокруг? Адель выбралась из обломков кареты, и ее зрачки расширились от шока. Увидев Кардман, который затягивало в Астрал, она поняла: дело дрянь. Хотя она еще не привыкла к новой силе, она знала, что должна идти.

— Ого? — Когда Адель забирала из гроба свою рапиру и пистолет, она почувствовала, что в голове всплыли новые знания. Похоже, это была магия призыва, дарованная ей сиром. Эта эффектная, но холодная дама-управительница помешкала мгновение и решилась на первый призыв.

Она думала, это будет сложно, но всё прошло естественно, как дыхание. С громким воем у ее ног появился звездный волк размером с крупную гончую. Бесплотное существо пару раз обежало вокруг Адель и преданно лизнуло ей пальцы.

— Ты как раз вовремя, — Адель достала из гроба блокнот леди Фемиды, дала волку понюхать и властным жестом указала вперед:

— Веди меня к ней.

…

— Кхм-кхм… — Трейси, лежа в руинах поместья, тяжело закашлялась, выплевывая густую кровь. Состояние ее было критическим. Рядом валялась огромная, распадающаяся туша – жуткая помесь щупалец, черного хитинового панциря и крабьих клешней. При жизни эта тварь была свирепа, а после смерти продолжала источать скверну, отравляя разум живых.

Победа над ней истощила последние капли псионики Трейси, она едва могла шевелиться. Ей казалось, что она умирает. Впрочем, для вампира это могло быть лишь иллюзией от «малокровия». Тело онемело от боли, а небо, ставшее темным, как во время бури, внезапно разродилось снегом. Это был черный «снег».

Хлопья падали на землю и исчезали, превращаясь в энергетический пепел. Бывший мастер псионики, Трейси знала: это признак того, что Астрал начал поглощать материальный мир. Ей нужно было бежать, иначе ее ждала участь стать частью этого измерения.

Но сил не было. Она лежала среди черного снега и руин, глядя в небо, которое кружилось великолепным и страшным энергетическим вихрем. Редкое зрелище для материального мира. Видимо, атака астрального существа так пошатнула ее разум, что в этот миг Трейси начали посещать странные видения.

Ей вспомнилось… Больше года назад, когда она подобрала малыша Мерфи, тоже был холодный снежный день. Тогда она только помогла одному богатому выскочке, торговавшему между Кардманом и портом Шардо, пройти через Первое объятие. Тот получил заветную «вечную жизнь», а взамен отдал Трейси треть своего состояния.

Трейси планировала на эти деньги купить винный погреб и подлатать поместье. А потом она увидела на обочине умирающего от голода Мерфи. Шел снег, было ужасно холодно. Восемнадцатилетний паренек в одной рубашке лежал на дороге – шел восьмой год Десятилетней войны, таких беженцев было пруд пруди, в Кардмане люди гибли от голода каждый день.

Трейси уже и не помнила, зачем притащила его к себе. Может, спьяну пришла такая блажь, а может, внезапно проснулась совесть. Или просто не выдержала вида такой милой жизни, уходящей в небытие. В общем, в мгновение ока у нее появился еще один потомок.

Как и всегда, заработанные деньги быстро кончились. Но этот «найденыш» оказался не таким, как все остальные. Он не бросил ее. Это было похоже на нежный сон, от которого не хочется просыпаться.

— Трейси… Трейси, ты как? Не пугай меня, открой глаза! Это я! Трейси…

Знакомый голос донесся словно с края света, возвращая сознание Трейси в реальность. Ей померещилось лицо Мерфи – симпатичное и такое родное. Но она знала: это лишь остатки ментального загрязнения от монстра. Надо же, в последние мгновения жизни ей видится этот мальчишка…

Но ведь малыш Мерфи ушел! Он послушался ее и навсегда покинул Кардман ради безопасного места. Он спасся от нее и от этой беды. Как он мог оказаться рядом?

Черный снег валил всё сильнее. Это был знак приближения еще большей опасности, но Трейси уже не хотела бороться с этой чертовой судьбой. Ей никогда не везло! Неудачница с самого детства, она по горло сыта четырьмя сотнями лет насмешек судьбы.

— Трейси! — Очередной крик заставил ее поморщиться. Она хотела отмахнуться от видения, но в следующий миг ее поднятую руку перехватили, и она оказалась в объятиях, которые для вампира казались необычайно теплыми.

Он стоял на коленях в черном снегу и прижимал ее к себе так крепко, словно она была величайшим сокровищем в мире.

— Слава богу, Трейси, ты жива… Я вернулся, Трейси, Мерфи вернулся. Прости, что опоздал, я так рад, что ты в порядке…

Это пугающе реальное ощущение чужих объятий окончательно привело Трейси в чувство. Она тряхнула головой, осознавая, что ее поднимают с земли. Всё стало ясно, и в душе вспыхнул гнев.

— Я же сказала тебе уходить! Зачем ты вернулся! Несносный мальчишка… не слушаешься…

Она ворчала, пытаясь ударить Мерфи по лицу, но была слишком слаба. Ей оставалось только позволить ему накинуть на нее полуночный плащ и закинуть себе на спину.

— Не бойся, я выведу тебя отсюда, держись! — Тихо сказал Мерфи.

Он зашагал сквозь усиливающийся черный снегопад к обрушенной стене. У него за спиной Трейси уткнулась лицом в его плечо. Какая досада – в пылу битвы ей в глаза, похоже, попал песок, и теперь они противно слезились. К счастью, вампиры не умеют плакать, и никто не увидит ее жалкого лица. Иначе бы засмеяли, верно? Ведь в том мире вампиров, который она знала, не было места благословениям полуночи и такой нежности.

— Малыш Мерфи…

— А?

— Я хочу вина…

— Нашла время! Потерпи! Выберемся – найду тебе самое лучшее.

— Нет… если не выпью, раны будут болеть…

— Так вот почему ты пьешь? Почему раньше не сказала? Ладно, поищу что-нибудь по дороге, терпи.

— Угу.

Под хмурым, безумным и опасным небом вихрь астральной псионики сиял, как черное солнце. В свете этого зловещего сияния тень Мерфи, идущего по черному снегу, вытянулась далеко вперед, и Трейси на его спине почти слилась с этой тенью. Казалось, теперь их не разделить. Хм, последний потомок в долгой жизни госпожи Трейси и впрямь оказался не таким бессовестным, как остальные. Может, всё везение, которое она копила годами неудач, ушло на ту самую холодную ночь год назад?