«Кровавое видение.»

Глава 28: «Кровавое видение.»

Леди Фемида бежала сквозь лесную чащу.

Она не была из тех, кто бросает своих и спасает собственную шкуру. Самое строгое воспитание, полученное с детства, наделило её талантом главнокомандующего, подобающим полуночному аристократу.

Она прекрасно понимала, что в её семье значит бегство с поля боя без боя.

Но развернуться и принять сражение она не могла.

Потому что соратников у неё больше не осталось. В тот миг, когда на поле боя ворвался враг Золотого ранга, участь Полуночных охотников была предрешена.

Противник оказался белым рыцарем, мастером природной псионической тактики, способным использовать божественную магию. И всё это – в лесу!

Смертоносное сочетание факторов.

То, что она – вампирша-псионик, еще не прошедшая испытание Серебряного тела, – сумела ускользнуть от такого врага, уже само по себе было неоспоримой победой.

Однако в голове Фемиды набатом бил один огромный вопрос.

Даже если остатки Старой веры не в чести в Королевстве Плантагенетов, даже если отряды охотников на ведьм бросали в Трансильванию как пушечное мясо, мастер Золотого ранга – это сила, чьи действия практически невозможно ограничить.

Если Финок действительно служит Королевству Плантагенетов, он должен находиться подле маршала Лорена, командующего Легионом Первопроходцев!

Разве что этот генерал окончательно лишился рассудка, раз позволил такому «человеку-монстру» свободно разгуливать где вздумается.

И самое главное: если Финок и раньше действовал в Трансильвании, почему её отец ничего об этом не знал?

Белый рыцарь – это не тот класс, что славится скрытностью.

Стоило старому Финку хоть раз показаться на глаза, и шпионы клана Кровавого Стервятника непременно засекли бы его след. Его внезапное появление было совершенно иррациональным, если только…

— В семье предатель! Местная сеть осведомителей скомпрометирована.

Страшная догадка вспыхнула в сознании леди Фемиды, идеально объясняя причину её отчаянного положения. Контроль клана Кровавого Стервятника над Трансильванией дал сбой – семья не смогла распознать истинную угрозу.

Раз задействовали мастера Золотого ранга, цель врага очевидна.

Кардман.

Они собираются атаковать Кардман!

От этого вывода у неё на мгновение перехватило дыхание. Осознав, что клану грозит гибель, Фемида лишь укрепилась в решимости выбраться отсюда во что бы то ни стало.

Она обязана немедленно предупредить отца, иначе крах всего клана Кровавого Стервятника станет неминуем.

Впрочем, исход побега никогда не зависит от самого беглеца.

Всё, что она могла – это без остановки использовать псионические приемы, выпуская во все стороны иллюзорные проекции, чтобы сбить с толку восприятие преследователей. Но спустя несколько минут, когда леди Фемида уже почти вырвалась из Рощи Контрабандистов, за её спиной полыхнуло неистовое солнце – поток лучистого света в мгновение ока прошил весь лес.

— А-а-а!

Фемида вскрикнула от боли.

Её словно швырнули в кипящий котел. Она чувствовала, как волны солнечной псионики, касаясь кожи, обугливают и сжигают её. В этот миг она лишилась сил даже для того, чтобы удерживаться в воздухе, и, оставляя за собой шлейф густого черного дыма, рухнула на землю.

Псионический взрыв такой мощи полностью высушил живучесть того высокорангового псионика из Башни Колец – тот явно шел на смерть, нанося свой последний удар.

Но результат был впечатляющим.

Рухнувшей на землю леди Фемиде даже не нужно было напрягать чувства.

Она была уверена: собранные ею Полуночные охотники только что пережили прискорбный вайп. Вопрос теперь заключался в другом: остался ли у неё хоть какой-то шанс покинуть этот смертоносный лес, который изначально предназначался для врага?

Ответ был отрицательным.

Пока леди Фемида тратила драгоценные минуты на то, чтобы оправиться от ожогов и оцепенения, не успела она вновь раскрыть кровавые крылья и взмыть в небо, как перед её глазами возник силуэт с огромным дубовым мечом в руках.

Да!

Впереди! А не сзади.

Это доказывало, что недавняя попытка прорыва леди Фемиды тоже была частью искусного плана белого рыцаря. Весь лес обманул её, заставив не приблизиться к границе, а еще глубже зайти в чащу.

Словно загнанная добыча, которой забавляется опытный охотник. Перед лицом подавляющей мощи даже самое благородное происхождение не могло спасти её из этой трясины безысходности.

Старый Финок, сжимая в руках пылающий святой клинок дуба, приближался к Фемиде. Деревья вокруг него корчились с каждым шагом.

Ветви и лианы сплетались друг с другом, образуя жуткую «птичью клетку», которая сошлась даже над их головами, отрезая путь к небу.

— Какая прелестная девчушка, — заговорил старый рыцарь тоном, полным отвращения. — Жаль только, что сердце у неё гнилое, как и у всех прочих вампиров. Вам бы прятаться в своей ночи и жить, словно крысы.

— Но вы вечно пытаетесь наложить лапы на мир под солнцем, — продолжал он.

— Это вы развязали войну, лишили весь мир покоя, и теперь пришло время платить по счетам. Так что не строй из себя обиженную, дитя. Вы сами этого напросились!

Леди Фемида понимала, что бежать некуда.

В последний миг она не пожелала встречать вечный покой как трусиха и решила пойти ва-банк, бросившись в смертный бой, который на самом деле никогда не любила.

Левой рукой она выхватила ритуальный кинжал-меч, а правой, перебирая пальцами, начала черпать из ночи рассеянную темную псионику. Алый свет заплясал на кончиках её пальцев, стремительно формируя псионическое копье, оплетенное шипами.

Это была продвинутая техника псионического удара, которой Мерфи так и не обучился по её манускрипту.

Не то чтобы леди Фемида не хотела учить его, просто это умение относилось к продвинутым навыкам, которые такой пси-нуб, как Мерфи, явно не мог освоить за короткий срок.

Она глубоко вдохнула.

Черные волосы развевались на беспорядочном лесном ветру, но она без тени страха смотрела на старого Финка, бросая вызов своим холодным голосом:

— Ошметок Старой веры, не смей строить из себя святошу, вынужденного сражаться! Разве вы скатились до такого состояния не потому, что предали свои клятвы и десять лет назад направили оружие против народа и страны, которые клялись защищать?

— Великая государственная церковь вступила в сговор с теми тупицами из Восточной Пруссии, чьи мозги не больше грецкого ореха, и подняла мятеж! — Продолжала она. — Вас раздавили, превратив в побитых псов. Неужели это мы тайно натравили на вас вашего короля Луи?

— Вся Конфедерация Порция была втянута в Десятилетнюю войну только из-за вашего идиотского восстания! В том хаосе и тьме, которые ты так презираешь, есть и твоя доля! — Выпалила Фемида.

— И что же делал ты, мнимый праведник, в то время? — Чеканила она слова. — Участвовал в кровавом пиршестве мятежников, вырезавших горцев Ледяного залива и Саксонии? Или вел толпу погромщиков в Бурбонт, чтобы сжечь эту жемчужину Силенда дотла?

— Я возвращаю твои слова тебе же! — Воскликнула она.

— Всё, что вы сейчас терпите – вы напросились сами! — Продолжала Фемида.

— Знаешь, почему клан Кровавого Стервятника намеренно пытает захваченных охотников на ведьм? — Усмехнулась она. — Не потому, что мы жестоки по природе. А потому, что силендские аристократы тайно платят нам за это! Не ожидал? Больше всех вас ненавидим не мы, а ваши же люди.

— Так что вы… — закончила она, — …заслужили!

Хоть леди Фемида обычно и была немногословна, но её навык словесной баталии оказался на высоте.

Всего парой фраз она ударила в самую суть, заставив старого рыцаря лишиться дара речи. Он лишь молча поднял святой клинок и бросился вперед, намереваясь покончить с этим бессмысленным спором.

Леди Фемида метнула алое копье, но белый рыцарь срубил его одним ударом. Перед святым клинком, пылающим огнем Очищения, все её техники и знания оказались бесполезны.

Не продержавшись и минуты, она лишилась руки под ударом Финка, а затем была пригвождена к стволу дерева призванными белым рыцарем лианами.

— Острая на язык девчонка, упокойся с миром, — негромко произнес он и взмахнул клинком для последнего удара.

Фемида в отчаянии зажмурилась.

Она чувствовала, как жар пламени Очищения изливается над её головой. Возможно, в следующую секунду её жизнь оборвется.

Однако ожидаемая боль не пришла. Удивленная, она открыла глаза и увидела, что украшенный дубовой резьбой святой клинок замер прямо перед её лицом.

Огонь Очищения на лезвии стремительно гас, обнажая гладкую сталь с выгравированными эльфийскими рунами и старинную, исполненную святости крестовину из древнего дуба.

— Ты что, издеваешься надо мной? — Лицо леди Фемиды, бледное до синевы, залилось краской гнева. Она сглотнула, решив, что этот почтенный с виду рыцарь на самом деле – какой-то безумный тролль. — Курлык, убей меня!

Но истина была иной.

Хотя лицо Финка оставалось бесстрастным, в душе он был поражен не меньше.

Он вовсе не собирался насмехаться над маленькой вампиршей. Огонь Очищения на святом клинке угас сам собой. Меч, который мгновение назад выл от ненависти к нежити, вдруг странным образом затих.

Словно сам святой клинок засомневался, стоит ли вредить этому полуночному отродью.

— Как это возможно? — Старый рыцарь был в крайнем изумлении.

Святой клинок дуба в его руках звался Хранителем – один из трех святых клинков Старой веры, божественный дар, унаследованный от эльфов. Он должен был питать величайшее отвращение к вампирам, этим «Вечным Грешникам».

Только что он кромсал Полуночных охотников как цыплят, так почему же сейчас он добровольно отозвал свою силу?

Он пристально посмотрел на хрупкую вампиршу, затем задумчиво убрал меч. Под расширившимся от ужаса взглядом Фемиды он достал черное семя, сжал её пухлые щеки и заставил проглотить его.

— Кхм-кхм!

Семя мгновенно растаяло во рту. Вкус был настолько странным, что леди Фемида зашлась в кашле.

— Ты… что ты мне скормил?! — Закричала она. — Непристойный ублюдок! Как можно так обращаться с… ах…

— Что ты видишь? — Финок проигнорировал её сопротивление. Старый рыцарь прижал голову Фемиды, вопрошая:

— Говори, что ты видишь сейчас?

— Проваливай! Бесстыжая тварь, я ни за что… а-а-а!

Леди Фемида, стиснув зубы, не желала отвечать.

Однако семя, казалось, обладало мощным гипнотическим и дезориентирующим эффектом. Перед её глазами поплыли галлюцинации, весь мир перевернулся и исказился, и она лишь смутно слышала вопросы старого Финка.

— Скажи мне, дитя, что ты видишь? Опиши то, что перед тобой! Это важно для нас обоих! — Продолжал он допрос.

Фемида чувствовала, как её сознание блуждает среди хаотичных образов. Ей казалось, будто она идет сквозь переплетенные звездные лучи.

Она заторможенно покачала головой и прерывисто заговорила:

— Кровь… я вижу кровь… дерево… растущее из бескрайнего кровавого озера… без листьев, только сучья… дерево… Что это? Что это такое?

— Хм…

Этот ответ заставил старого рыцаря прищуриться. Он решительным жестом освободил леди Фемиду от пут кровавых лиан и швырнул её на землю поодаль.

От сильного удара леди Фемида очнулась от странного видения.

Слабо подняв голову, она увидела, что старый рыцарь уже убрал меч и направляется вглубь леса.

— Почему? — Крикнула она из последних сил. — Почему ты меня отпустил? Ты так меня унижаешь?

Этот вопрос заставил старика остановиться.

Он не обернулся, лишь глухо произнес с какой-то странной, печальной интонацией:

— Иди домой и спроси отца, бедная девочка. Я не отпускаю тебя. Просто твоя будущая судьба и так достаточно ужасна. Оставить тебя в живых – вот лучшее наказание!

Эти слова породили в душе Фемиды еще больше сомнений.

Но сейчас она была словно выпита досуха, лишившись всех сил. Ей оставалось лишь смотреть, как монстр, в одиночку вырезавший весь её отряд, исчезает в лесных тенях.

Такое унижение и горькое поражение заставили её в муке вцепиться пальцами в придорожную грязь. После нескольких секунд молчания она, давая выход ярости, пронзительно закричала.

— А-а-а-а!!

И этот крик призвал ей на помощь того, кого она никак не ожидала увидеть. Эффект был столь поразительным, будто сработал свисток наставника, подзывающего питомца.

— О, леди Фемида, вы в порядке? — Раздался неподалеку голос Мерфи.

Вскоре из леса, который вновь принял нормальный вид, высыпали игроки. Они подбежали и окружили леди Фемиду, которая в позе побежденного пса крайне непристойно растянулась на земле. Но вместо того чтобы помочь ей подняться, они принялись обсуждать её, тараторя на своем странном языке, который она совершенно не понимала.

— Уб… ублюдок! Мерфи! Уйми своих невежественных слуг! — Вскипела леди Фемида.

Когда это она терпела подобные издевательства?

Она и так была ранена и слаба, а тут еще толпа нубов смотрит на неё как на тролля. В гневе и обиде она прикрикнула на Мерфи. Тот не спеша подошел к ней, протянул руку, чтобы помочь встать, и произнес:

— Мои слуги именно такие: грубые, дикие, но отзывчивые. Вам не стоит сейчас злиться, вам нужен отдых. Хм, надо же, в обморок упала… Какая хрупкая леди Фемида.

— Мой воитель Нюню, ко мне! — Скомандовал Мерфи.

— Назначаю тебя личным рыцарем леди Фемиды! — Объявил он. — Тащи её на спине. А мы пойдем вперед, осмотримся.