Первая смерть

Том 4, Глава 23: Первая смерть

Красный свет померк.

Я стоял на том же месте. В той же горе. В той же темноте. Но Рассвета не было. Вместо него — Рен. Бледный, с пустыми глазами, прижатый спиной к стене.

— Что случилось? — спросил я. Голос хриплый, будто я не говорил несколько дней.

— Ты умер, — сказал он. Губы дрожали. — Он отрубил тебе голову. Одним движением. Я видел.

— Как я вернулся?

— Не знаю. Ты просто... открыл глаза. И голова приросла обратно. Как раньше, когда ты сражался с клоном.

Я поднял руку. Потрогал шею. Шрама не было. Только холод.

— А Рассвет?

— Исчез. Сказал, что это только начало. Что вы будете убивать друг друга снова и снова. Каждый раз по-новому. Каждый раз всё больнее.

— Сколько прошло времени?

— Секунда. Ты умер и воскрес за секунду. Для тебя — миг. Для него — вечность.

— Откуда знаешь?

Рен показал на стену. Кровавые буквы, выведенные дрожащей рукой:

«Второй круг через три дня. Приготовься, Сакуми. Ты будешь умирать много раз. А я буду помнить каждый миг твоей боли»

— Он наслаждается, — сказал Рен.

— Нет. Он мучается. Так же, как и я.

— Откуда уверенность?

— Потому что если бы он хотел просто убить — он бы не возвращался.

Я сжал кулак.

— Найдём его.

— И что сделаем?

— Убьём.

— А если он воскреснет?

— Тогда убьём снова. Пока не устанет.

— А если не устанет?

— Тогда придумаем что-то ещё.

Рен кивнул. Мы вышли из горы.

Нас встречал рассвет. Обычный. Тихий. Без крови.

Но мы знали — это затишье перед бурей.

Через три дня всё повторится. А пока — три дня жизни. Три дня тишины. Три дня, чтобы вспомнить, зачем мы здесь.

— Рен, — сказал я.

— М?

— Если я умру в следующий раз... не воскрешай.

— Не могу. Ты воскресаешь сам.

— Тогда убей меня. Насовсем.

— Не убью.

— Почему?

— Потому что ты мой брат. А братьев не убивают.

Я усмехнулся.

— Тогда придумай что-то.

— Придумаю. За три дня.

— Хорошо. Мы пошли домой. К Харуке. К цветам. К жизни, которая могла оборваться в любой момент.