Последствия

Том 4, Глава 12: Последствия

Мы шли три дня.

Рен впереди, близнецы по бокам, я замыкал. Лес сменялся полями, поля — холмами. Чем дальше на юг, тем тяжелее воздух. Чем ближе к Королевству Алых земель, тем темнее небо.

— Здесь небо красное, — заметил Киосаки.

— От крови, — ответил Рен. — Так говорят.

— Красиво, — усмехнулся Хайзен. — И жутко.

Я молчал.

Мысли возвращались домой. Харука, Юми, двор, чай на крыльце. И чужие дети, которых нужно спасти. Четыре имени в кармане. Самому младшему — шесть лет.

— Сакуми, — позвал Рен. — Ты слышишь?

Я остановился.

— Что?

— Сзади. Гонец.

Через минуту из леса вылетел всадник. Конь в мыле, человек в дорожной пыли. Увидел нас — осадил, спрыгнул.

— Сакуми Ариёта? — выдохнул он.

— Я.

— Письмо. Срочное.

Он протянул свиток. Руки тряслись. Глаза — нет.

Я взял. Развернул. Прочитал.

— Что там? — спросил Хайзен.

Я не ответил.

Смотрел на буквы, которые прыгали перед глазами. На слова, которые не складывались в смысл.

«Нападение на деревню. Юми Ариёта — мертва. Харука — похищена. Ждём указаний».

— Сакуми? — Рен подошёл ближе.

— Её убили, — сказал я.

— Кого?

— Юми.

Тишина.

— Харуку похитили. Дочь.

Киосаки побледнел. Хайзен сжал кулаки.

— Когда? — спросил Рен.

— Два дня назад. Пока мы шли.

— Мы вернёмся, — сказал Киосаки.

— Нет.

— Что?

— Они ждали, когда я уйду. Значит, цель — я. Не дети. Не артефакт. Я.

Я сложил письмо, убрал в карман.

— Мы идём дальше.

— Но твоя дочь... — начал Хайзен.

— Моя дочь там. В королевстве, которое украло её. И если я вернусь — они спрячут её. Убьют. Или сделают что-то хуже.

— А если она уже... — Рен не договорил.

— Жива. Иначе зачем бы они оставили письмо?

Я посмотрел на них.

— Мы идём. Быстро. И когда придём — заберём всех.

Они кивнули. Мы пошли. На четвёртый день мы вышли к границе. Небо было красным. Земля — чёрной. Воздух пах гарью и железом.

— Здесь, — сказал Рен.

— Где?

— Чувствую. Харука жива. И ещё дети. Много.

— Сколько?

— Не знаю. Много.

Мы вошли в Королевство Алых земель. Нас никто не встретил. Ни стражи, ни магов, ни собак. Пустота.

— Ждут, — сказал Киосаки.

— Знают, что мы идём, — добавил Хайзен.

— Пусть, — ответил я.

К вечеру мы увидели город. Стены из красного камня, башни с чёрными флагами. На воротах — герб: капля крови, падающая в пламя.

— Грёза крови, — сказал Рен.

— Там, — я показал на центральную башню.

— Чувствуешь?

— Да. И её.

— Харуку?

— Жива. Боится. Но жива. Мы остановились у ворот. Никого.

— Ловушка, — сказал Киосаки.

— Знаю. Я шагнул вперёд. Ворота открылись сами.