«Раз уцелел, жди добивания»
У Мэн уже придумал план: деревянным копьём, через окно, приманить инфекторов и проткнуть одного за другим.
Зомби – безмозглые. Если занять правильную позицию, справиться с ними – дело техники.
Когда наконец дыхание выровнялось, за окном сгущалась ночь.
«Ладно, добью завтра», – решил он, заваливаясь прямо на пол. Ковёр мягкий, пусть немного отдохнёт.
Стук – что-то ударилось о дверь.
У Мэн поднял голову. Из кладовки медленно выплыл чёрный силуэт.
— …— Понятно. Зомби.
«Вот и всё», – подумал он с обречённой ясностью. Похоже, пришёл конец.
Кто бы мог ожидать, что после битвы с инфектором в доме остался ещё один зомби? Снаружи – тоже не выйти. Копьё застряло в дверях туалета, а монстр как раз загородил путь.
«Прекрасно. Просто великолепно!»
Раз уж нельзя по своей воле – остаётся принять судьбу.
Он глубоко вдохнул и крикнул:
— Принять судьбу? Да чтоб её! Неужели какой-то зомби сможет так просто меня достать?! Умри, тварь!
Схватил за ручку ящика в тумбе под телевизором, рванул весь ящик и с грохотом запустил им в противника.
Зомби пошатнулся, и тут же взвился мачете.
Гулкий звук удара.
Руку от вибрации свело, вытащить клинок не получалось.
«Проклятье! Темно, удар ушёл в пол!»
«Я… маленькое недоразумение!» – чуть не заплакал он. Ну как же так, в такой момент – и мимо!
Зомби рухнул, низко зарычал. У Мэн вздрогнул, отступил. Позади уже стена – больше некуда.
Оружия нет, в рюкзаке – только бутылка воды.
Темнота сгущалась. Он не кошка – видеть в кромешной тьме не умеет.
В туалет за копьём не пробиться: ничего не видно.
Окна и двери закрыл слишком плотно – даже луч луны не проходит.
«Дожить бы до утра!»
Он быстро решил: пока зомби не поднялся, шарить на ощупь – к шкафу, которым подпер окно, и прятаться внутрь.
Шкаф был тесный, и У Мэн с трудом устроился там, боком, сидя.
Пружинные дверцы требовали усилия, чтобы открыть. Он рискнул: зомби ведь ручки не тянут, верно?
И выиграл. Зомби спустя пару минут поднялся, пошатываясь, прошёлся по комнате и никак не мог понять, куда делась добыча.
Шкаф был тих как могила. Сердце колотилось так сильно, что он боялся – сейчас услышит и этот мерзавец.
Но всё же – пока жив.
Он выдохнул с облегчением. «Вот говорят, в смертельной ситуации человек может прорвать свой генный замок… Где он, этот прорыв?! Я, по-твоему, не в достаточной смертельной, а?!»
Минута за минутой тянулась.
Воздух стал спертым, ноги и бёдра затекли.
Он менял позу – то садился, то вставал на колени, пока не немел вновь.
Ночь казалась бесконечной. «Когда уже рассвет? Полтела не чувствую – как потом драться?»
«Странно. В детстве в шкафу мог сидеть полдня, а теперь – чуть час, и голова кругом…»
Он осторожно приоткрыл щель, впуская немного воздуха.
Снаружи всё так же тьма. «Что за ночь без лунного света?»
Сон начал клонить. Он вжал спину, уснул ненадолго, очнулся, снова уснул…
Наконец сквозь доски пробился свет. Утро.
У Мэн, будто осуждённый, которому дали помилование, вдохнул полной грудью и медленно толкнул дверцу.
Зомби стоял в углу, лицом к стене.
Хорошо! Сейчас тихо выбраться, достать копьё, и – удар в спину!
Он размял затёкшие ноги и потянулся к двери – но вдруг ощутил, что всё тело наклоняется вперёд.
Нет, не он – шкаф!
«Да чтоб… падает!»
Дверь он не успел раскрыть. Шкаф грохнулся лицевой стороной вниз. Лбом он ударился о внутреннюю стенку и, скорчившись, прижался к дверцам.
Мысль пронзила, как ток: всё, я заперт.
Шкаф – лицом вниз. А сзади у шкафа нет дверей.
Он понял: под ним дверцы, а между ними – пол. Опора на двух ручках. Всё, капкан.
Воздух застрял в груди. Паника подступила.
Если не выберется, задохнётся. Или умрёт от жажды, голода.
А может, раньше свихнётся.
Теперь этот шкаф ничем не отличался от гроба.
Прежде у него не было клаустрофобии, но теперь… появилась.
— …— из груди вырвался беззвучный крик. Он с силой ударил локтем по стенке, пока не заныло плечо.
Шкаф был из цельного дерева – не дрогнул.
Он пытался коленом – всё бесполезно, дерево оставалось крепким, а колени горели.
Закрыв рот, он почувствовал, как слёзы покатились сами собой.
«Вот так, сдохну здесь. Не от зомби – от удушья. Просто позорище!»
Грудь ходила ходуном. Он понимал – надо дышать медленно, экономить воздух, но тело не слушалось.
Паника и страх сжимали горло, как удав.
В голове замелькали кадры из прошлого.
Он вспомнил фильм – как героиня «Убить Билла» пробивала крышку гроба кулаком и выбиралась наружу.
«Почему я этого не умею?! Хоть бы карате когда-то учил…»
Гнев, отчаяние, ненависть к отряду фермеров, к Главному Богу – всё смешалось в кипящем узле.
«Раз всё равно сдохну, так пусть не просто так!» Он выставил ладонь к стенке, медленно выровнял дыхание.
Кости человека – твёрже, чем кажутся.
Не железо, конечно, но дерево должны взять.
Это ведь просто шкаф, не стальная коробка! Должен выдержать!
Он собрался с духом, примеряясь к удару. Вдруг – голос снаружи:
— Эй… там кто-то есть?
Для У Мэна это прозвучало как гимн спасения.
— Есть! Есть! Здесь человек! — Он забарабанил кулаками в стенку. — Помогите! Я здесь!
Шкаф подняли. Он вывалился наружу и, лёжа на полу, жадно глотал воздух.
— Ты цел? — Человек стоял над ним, руки на боках. — Где угодно можно спрятаться, только не в шкаф! Ещё бы минуту – и конец тебе!