«Значит, приоритет за созданным человеком »

Эммм… Похоже, выбрать будет непросто.

— Главный Бог, как думаешь, какое желание мне стоит загадать? — У Мэн лениво листал виртуальный экран.

[Подсказка Главного Бога: Рекомендовано – кровь]

«Кровь, значит…» У Мэн купил за очки огромный стейк «Томагавк» и литровую бутылку ледяной сладкой газировки, улёгся на кровать и со вкусом принялся за еду, совершенно не заботясь о том, что заливает жиром простыни и одежду.

Когда насытился, потратил немного очков – и всё, запачканное маслом, тут же вновь засверкало чистотой.

«Вот это кайф!», – У Мэн закрыл лицо ладонями. Здесь, в пространстве Главного Бога, если у тебя есть кредиты – ты можешь буквально всё! Делай, что хочешь, когда хочешь!

В этот миг он напрочь забыл о таких словах, как «бережливость» и «простота». За очки он купил игровую консоль, гору снеков и напитков – и прошёл целый день, играя до упора.

В пространстве Главного Бога нет настоящего дня и ночи, нет часов и дат – только обратный отсчёт.

Сто двадцать часов отдыха – не так уж много, но если просто расслабиться, этого вполне хватает.

Он отыграл часов двенадцать подряд, потом крепко выспался.

Проснувшись, почувствовал себя свежим, будто усталость последних дней полностью слетела с него.

Так что же выбрать – кровь, профессию, навык или созданного человека?

У Мэн не страдал нерешительностью, он лишь хотел извлечь максимум пользы.

Он поднялся, собираясь посоветоваться со знакомыми.

Подумав, понял – спрашивать можно только у одного человека.

Он постучал в дверь, на которой значилось имя Цзян Линя.

— Кто там? — Донёсся голос изнутри.

— Это я, У Мэн, — ответил он.

Дверь распахнулась, и Цзян Линь пригласил его войти.

Комната была оформлена в западно-европейском средневековом стиле: резные стулья, мягкий диван с узором из роз, на красном дереве стола – фарфоровый чайный сервиз.

«Что ж, Линь-гэ знает толк в комфорте», – отметил про себя У Мэн, садясь на диван.

Рядом сидела темноволосая девочка с бронзовым оттенком волос – короткая стрижка, глаза, спрятанные за страницами книги. Она мельком глянула на него и снова углубилась в чтение.

— Эм… дочь твоя? — Спросил У Мэн.

— Нет, жена, — спокойно ответил Цзян Линь, наливая чай.

У Мэн чуть не выронил телефон. — Ей же лет восемь!

— Это просто маскировка. Медуза, вернись в исходный облик, — сказал Цзян Линь.

Девочка бросила на него короткий взгляд – и на его глазах мгновенно превратилась во взрослую женщину: черты заострились, а взгляд стал холодным и опасным.

По спине У Мэна пробежал озноб. Этот облик… где-то он уже его видел.

— Чёрная змеиная ведьма Медуза? — Неуверенно спросил он.

— Ого, узнаёшь? — Поднял бровь Цзян Линь.

— Созданный человек? — Догадался У Мэн.

Цзян Линь кивнул.

— Линь-гэ, у тебя отменный вкус! — С придыханием выдал он.

Цзян Линь прикрыл рот ладонью. — Ты тоже не из простых. Персонаж редкий, но имя-то избитое.

— Имя Медуза и вправду часто встречается… — У Мэн почувствовал, как на затылке встают волосы: змеиный язык мелькнул в воздухе, и взгляд Медузы скользнул на него – предупреждающе, почти угрожающе.

— Невкусно, — произнесла она, убирая язык.

— Хе… мелкий из сточных труб, прошу прощения, — отозвался У Мэн, нервно улыбаясь.

Медуза чуть удивилась.

— Редкость. Ты понимаешь мой язык? — Спросила она, отложив книгу.

— Ну… кое-что догадываюсь, — кивнул он с трудом.

Он знал – «невкусный» у неё двойной смысл. Либо намёк на то, что он – жалкий мышонок (а мышей едят змеи), либо обвинение в «плохом составе» – моральном и энергетическом.

Его же ответ – отражённый выпад. «Живу в сточных трубах» – значит, признаю грязь внутри себя.

Медуза тихо хмыкнула, прикрывая рот книгой так, что остались лишь две золотистые щёлки глаз.

У Мэн поспешно обратился к Цзян Линю:

— Линь-гэ, хотел спросить…

— А я сначала спрошу, — перебил его тот, поднося чашку к губам. — Я – Цзян, так почему ты зовёшь меня Линь-гэ?

— А, это… У нас по-домашнему «гэ» звучит как «го», а «Цзян-го» на слух как «Цзян-гун»… Вот я и… — Он развёл руками. — Не хотел случайно вознести тебя до «господина».

— Не понял ни слова, но звучит логично, — кивнул Цзян Линь. — Ладно, зови как хочешь. Что ты хотел?

— Купон желаний. Что бы загадал на моём месте? Возродить некого, значит – выбор между кровью, профессией, навыком и созданным человеком.

Цзян Линь поставил чашку. — Вообще-то «возрождение» и «создание» идут по одной линии, только в первом случае добавляется личное чувство. Но если хочешь совет – выбирай созданного человека.

— А? — У Мэн удивился: ждал, что тот порекомендует кровь или профессию.

Цзян Линь бросил на Медузу взгляд; та недовольно поднялась и скрылась в соседней комнате.

— Понимаешь, — продолжил он, — созданный человек даёт бесконечный простор. Можно воссоздать кого угодно – реального, выдуманного, книжного, вырастающего прямо из твоего воображения. Ты волен менять, наделять чертами, памятью, внешностью… всё, кроме способностей, ограничено лишь параметрами. Зато созданного человека можно укреплять: учить, тренировать, вливать кредиты – и даже брать с собой в мир реинкарнаций. Если развить его как следует, он сможет сравняться с реинкарнатором.

— Главный Бог у нас странный, — заметил он, подливая себе чаю. — Его фишка – «бесконечные возможности». Лозунг «всё позволено», «существует – значит, имеет место». Так что созданный человек – не игрушка и не утешение, а полноценный партнёр, который помогает, прикрывает, подсказывает. Настоящий соратник.

— Иными словами, он закрывает твои слабые места. У меня, например, с мозгами не густо, зато сила есть. Вот я и сделал себе мудреца, чтоб думал вместо меня.

«Вот это да, – подумал У Мэн. – …Сказать „у меня нет мозгов“ с таким спокойствием – это талант.»

— Поверь, — продолжал Цзян Линь, — вариантов море. Учёный, инженер, психолог – кем угодно может быть твой созданный человек.

— То есть я могу собрать целую армию созданных? Это же имбово! — Усмехнулся У Мэн.

— Если кредитов хватит, — Цзян Линь тоже усмехнулся. — Но не забывай – выращивание одного созданного обойдётся как реинкарнатор. И чем сильнее он станет, тем сложнее будет следующая миссия. Это слова Главного Бога.

У Мэн кивнул, в голове уже складывалась схема. — Ещё вопрос. У меня кредитов мало: ни профессию, ни кровь стоящую не купить, даже снарягу едва потяну. Может… — он запнулся. — …ты не одолжил бы чуть-чуть?

— Что? — Нахмурился Цзян Линь.

— Нет-нет! — Замахал руками У Мэн. — Не подумай! Это же не долг – ловушка. Если я в следующем мире погибну, ты ведь ничего не получишь!

Цзян Линь чуть прищурился. — Ты офигел…

— Линь-гэ, я ж серьёзно! Я просто хотел спросить, стоит ли вооружиться. В магазине Главного Бога – и пушки, и гранаты. Может, прикупить что-нибудь для самообороны? — Он ткнул пальцем в интерфейс на браслете реинкарнатора.