«Озарение в убежище»
На самом деле смотрел он впустую – сам понимал, что приключения прошедших суток выжали его досуха. Столкновение со страхом смерти до сих пор вызывало дрожь.
Люди меняются не сразу. Раз вспыхнувшая храбрость не гарантирует постоянной смелости. Если бы Цзян Линь не оказался рядом, будь он один – кто знает, чем всё закончилось бы. Но сейчас рядом соратники и прочные стены убежища. Остаться снова одному, броситься в безумие… на такое он уже не способен.
Похоже, страх окончательно забрал своё.
«Я и правда ничтожество», – усмехнулся он с горечью.
Старался ведь, а толку не вышло. Если бы не Цзян Линь – его бы уже не было.
Значит, усилия бывают бесплодны, а упорство и страдание не всегда вознаграждаются.
После нескольких встреч со смертью У Мэн многое переосмыслил.
Как ни бейся, селёдка не станет щукой. Без алмаза и горшка не сделаешь – у каждого своя судьба. Твоё не убежит, чужое не достанешь.
Иногда отступить – это тоже выбор.
Не каждый может, как те легендарные реинкарнаторы – Чжэн, Су, Фэн, Ван, Фан, Сяо, У – выстоять в мире реинкарнаций и протоптать себе дорогу к славе. Для большинства это вечная борьба за дыхание, за выживание – пока всё не кончится прахом.
У Мэн скорректировал личный план. Раз ему не досталась роль главного героя, нечего и грезить о подвигах, восстаниях против Судьбы, возвышении до богов и демонов, о сверхсущностях и достяжениях Дао.
Главная цель – просто выжить.
Муравей тоже живца ищет, а я, мужчина метр семьдесят пять, что – хуже муравья?
Так, размышляя, он невольно перескочил на другую мысль.
«Кстати, чего это шкаф тогда рухнул? Я же едва шевелился… И вообще, уже десятый день, а штурма зомби всё нет. Ошибся, выходит».
«Вот и советчик из меня никудышный. Ладно, придётся быть не редькой, а хотя бы подсолнечником – куда ветер, туда и я».
Позорно? Пусть. Главное – дожить. Честь не прокормит.
Делая вид, будто штудирует карту, он вдруг заметил интересную вещь.
«А что если уже есть корабль, можно отплыть и завершить задание… Но не делать этого сразу? Остаться, собирать ресурсы, строить базу выживших, налаживать хозяйство. Еду, соль, воду – добыть же можно. В тропиках фрукты круглый год, растения растут быстро. Продли игру сколько хочешь».
«Каждый день – десять кредитов. Продержись три года – и богат!»
«Однако Система так просто не даст халтурить. Должно быть ограничение… Какое?»
«Может, зомби тоже растут в уровне?»
Он хмыкнул. «Прокачка… Постой, а ведь да!»
В игре Мёртвый остров сила зомби росла вместе с уровнем игрока.
А здесь уровня как такового нет.
«Если считать прошедшие дни за прирост силы… То как? Каждый день понемногу или скачками: раз в пять, десять? Или по месяцам?»
Надо разузнать.
У Мэн незаметно взглянул на троицу. Говорить стоило, пожалуй, только с Цзян Линем.
Он тихо подошёл и шепнул:
— Линь, спрошу кое-что. — А? — Приподнял тот брови, решив, что «Линь-ге» звучит странно. — Сейчас, когда ты бьёшь зомби, ощущения не менялись? — Пояснил У Мэн. — Раньше, скажем, лёгким ударом пробивал, а теперь будто труднее? — Хм… — Цзян Линь задумался. — Пожалуй, да. Помню, сперва копьё входило легко, сейчас приходится вдавливать. — А это постепенно, день за днём, или скачками, раз в трое-пятеро суток? — Спросил У Мэн. — Не замечал, — покачал головой тот. — К чему все эти вопросы? — Да так, думаю: если сделать лагерь, развести огород, завести кур, коров, у нас будет ферма. Живи – не хочу, — с энтузиазмом нарисовал У Мэн на карте замкнутый круг. — Может, тогда останемся тут надолго?
— … — Цзян Линь покосился на него. — У тебя фантазия, конечно, любопытная.
— Идея номер один! — Ухмыльнулся У Мэн.
— Ха, мечтатель. Сам-то веришь, что это возможно? — Спросил Цзян Линь.
— Ни капли, — ответил У Мэн, улыбнувшись.
Лицо Цзян Линя посерьёзнело, улыбка исчезла.
У Мэн поднялся и устроился на полу. Сказанное хватит; если продолжить, прозвучит как бахвальство.
На деле он затеял разговор просто ради вида – показать, что не совсем бесполезен. Геройствовать и касаться основного задания ему было ни к чему: для того есть капитан и зам, пусть они решают. Самому бы только дожить до конца квеста.
Пусть он и «солёная рыба», зато хоть к столу годится. Главное – не превратиться в мусор.
Ночь прошла спокойно.
Наутро У Мэн спал до самого полудня. Проснувшись, сразу пошёл завтракать – или уже обедать. Из-за ограниченных запасов еду выдавали дважды в день. Его порцию – миску засохших макарон с каплей кетчупа – специально придержала для него добрая тётя-негритянка.
Без мяса, без соуса, без специй, но У Мэн смёл всё до последней крошки.
Вот уж правда – потенциал человека безграничен.
Цзян Линь, Чжан Сюэлунь и Чжоу уже ушли выполнять вчерашние задания.
Прочие выжившие коротали время: кто-то читал, кто-то подметал, кто-то болтал вполголоса.
У Мэн подошёл к двери, постоял, но так и не решился выйти.
Хотелось схватить оружие, потренироваться хоть на одном зомби, но руки не слушались – смелости не хватало.
«Эх ты, У Мэн… Совсем сник!»
Чтобы хоть чем-то себя занять, он выбрался на балкон и глянул вдаль.
Солнце, пальмы, пляж, море – красота.
И вдруг из кармана донеслось слабое «крр-крр».
У Мэн достал чёрный коммуникатор, который когда-то дал ему Гальк, и усмехнулся. — Ха! Вот зачем я тебя таскал?
Он уже замахнулся выбросить устройство, когда неожиданно из динамика раздался голос Галька – и У Мэн застыл.