«Ангел с гнездом на голове»

У Мэн медленно обернулся. Сквозь окно на спину мужчины падали лучи золотого солнца.

Первая мысль, что проскочила у него в голове, была: «Если на свете и правда есть ангелы, то у этого – причёска точь-в-точь как птичье гнездо».

Перед ним стоял Цзян Линь.

— А? Это ты? — Узнал его Цзян Линь. — Ты чего сюда забрёл? — …У Мэн приоткрыл рот, но не смог издать ни звука.

Удар страха за жизнь и радость спасения схлестнулись внутри него, и слова застряли в горле.

— Ты что, оглох? — Цзян Линь удивился, заметив, что тот молчит, лишь разевает рот.

У Мэн пару раз стукнул себя в грудь. «Чёрт! Неужели я онемел?!»

Цзян Линь достал из рюкзака наполовину заполненную бутылку воды и протянул ему. — Не волнуйся. Сделай глоток.

У Мэн ухватил бутылку и, не мешкая, принялся пить – гортань задвигалась, вода зажурчала, а потом он, распахнув рот, глубоко вдохнул и во всё горло заорал:

— А-а-а-а-а!!

Напряжение спало, голос вернулся сам собой.

— … — Цзян Линь смотрел на него молча.

После этого выкрика У Мэн почувствовал себя куда легче.

Он протянул обратно пустую бутылку. — Я… я тоже хотел бы пойти, посмотреть…

Цзян Линь пожал плечами. — Ха-х, ну как знаешь.

— А ты как вообще сюда попал? — Спросил У Мэн.

Цзян Линь поднял руку. На ней поблёскивала нитка с подвешенными камнями. — Побочное задание – нужно найти одну вещь.

Побочное задание! Настоящее побочное задание! Глаза У Мэна загорелись завистью. — И что дают за него?

— Оружие или кредиты, бывает и то, и другое.

— И много ты их нашёл?

— Штук десять, наверное. Все разные: где-то ищи вещь, где-то человека, а где-то – помоги завалить зомби.

У Мэн внимательно осмотрел Цзян Линя.

За спиной у того висел спортивный рюкзак, из-под которого торчали рукояти мачете и бейсбольной биты. На запястьях и щиколотках были туго намотаны эластичные бинты.

Но главное – изменилась его аура.

Теперь он выглядел совсем иначе.

Из хилого курьера, каким был раньше, Цзян Линь превратился в человека, чьи движения источали опасное спокойствие. Будто не новичок, а матерый охотник.

Что же с ним произошло за эти дни? Откуда взялась такая перемена?

У Мэн не сводил взгляда с Цзян Линя: как тот выдернул копьё из тела зомби, ловким движением стряхнул с наконечника кровь и, закинув оружие на плечо, направился прочь.

— Ты не идёшь? — Обернулся он.

У Мэн вскочил и вприпрыжку пристроился сзади. — А мы… куда?

— Мы нашли маяк, — ответил Цзян Линь.

Маяк был вторым убежищем островной главы Мёртвого острова.

Он стоял на середине горного склона, окружённый со всех сторон обрывами. Вела туда лишь одна дорога.

Они прошли вышку, лестницу, выбрались к трассе. У обочины приткнулся красный седан.

Цзян Линь достал ключи и открыл дверь.

Когда тронулись, У Мэн не выдержал. — Ты… что вообще пережил за эти дни? — А? — Не понял тот. — В смысле?

— Ну, как ты вот из того… стал вот этим? — У Мэн сам запутался в словах. — Ты же раньше тоже человеком был, как я… а теперь? — Что ты пытаешься сказать? — Цзян Линь вжал педаль, машина рывком пошла вперёд.

— Я… — У Мэн запнулся, обмяк.

— Кстати, Чжоу Чанфу ты видел? — Сменил тему он.

— Видел. Они сейчас со мной, — кивнул Цзян Линь.

— Та девушка тоже?

— Ага. Скоро сам её увидишь.

И правда – вскоре У Мэн встретил Чжан Сюэлунь и Чжоу Чанфу.

Оба изменились до неузнаваемости.

Когда У Мэн вошёл, Чжоу Чанфу курил, а Чжан Сюэлунь протирала винтовку – не пистолет, а именно винтовку, модель он не знал, но выглядело грозно.

Оба, завидев его, удивились.

— Что ж, перестал быть черепахой? — Скривился Чжоу, усмехнувшись с холодком.

У Мэн сделал вид, что не услышал, и ткнул пальцем в оружие. — Это… настоящее?

Чжан Сюэлунь передёрнула затвор – сухо щёлкнул металл. — Настоящее. За побочное задание досталось.

Теперь в ней не осталось и следа прежней правильной девочки. На голове у неё примятая бордовая беретта, лицо в грязи, на плечах плохо сидящая камуфляжная куртка, перетянутая бечёвкой. На столе лежал бронежилет, горсть желтоватых пуль, магазины и даже граната.

— Тяжко, наверное, вам было, — выдохнул У Мэн, не зная, с чего начать разговор.

— Да так, терпимо, — ответила она, чуть повернув голову. — Много заданий прошли? — Снова спросил он.

— Не так чтоб слишком, — подумав, сказала она.

— А когда вы втроём пересеклись… — начал было У Мэн, но Чжоу резко оборвал его:

— Ты тут анкету составляешь? Что за допрос?

— Просто интересно, — смутился У Мэн.

— И зачем ты его притащил? — Бросил Чжоу на Цзян Линя. — Едва таскаешься с ним, а теперь ещё и возиться?

— По дороге встретил, — тот пожал плечами. — Не бросать же человека?

— Хмф, — Чжоу презрительно скривил губы.

У Мэн сделал вид, что не замечает. В нём клокотала мешанина зависти и досады. Он чувствовал себя так, словно прогулял полевой лагерь, пока товарищи там за неделю стали почти спецназом.

Полная трансформация – вот что он видел перед собой. Чжоу, бывший простым рабочим, теперь держался, как ветеран; Чжан Сюэлунь, недавняя наивная красавица, словно превратилась в контрактницу, привычно крутившую оружие. Цзян Линь вообще будто другой человек. Прошло-то от силы десять дней! Неужели реально – такие перемены возможны? Или у них всех протагонистская «спецпривилегия»?

Говорят, пока человек не прижмёт себя к стенке, не узнает, чего стоит.

Потенциал – штука непредсказуемая: пока не откроется, сам не ведаешь, есть ли он вообще.

— Вот везёт же вам… — тихо пробормотал У Мэн. — Если бы я раньше решился выйти…

Чжан Сюэлунь бросила на него косой взгляд. — Завидуешь? Мы это жизнью платили.

У Мэн опустил глаза. «Чёрт, опять осадили».

Внутри маяка было людно: помимо троицы, здесь прятались и иностранцы – выжившие, которых те успели подобрать по пути.

Благодаря Главному Богу языкового барьера не возникло. У Мэн, надеясь сорвать куш, разговорился с ними и действительно получил несколько побочных заданий.

Все сводились к добыче припасов – еды, воды, медикаментов, инструментов; награда – кредиты, да и то крохи.

Чжоу, наблюдая за ним, скривился ещё сильнее.

У Мэн сделал вид, будто в упор не замечает. Он понимал: все задания эти ребята уже выполнили, а ему осталось одно – попробовать подобрать остатки.

Наступила ночь.

На ужин выдали тушёное месиво и прессованные галеты с соком. Тушёнка выглядела как каша и пахла странно, но У Мэн ел с аппетитом – после суток голода пища казалась божественной.

Когда доели, спасённые споро разобрали дежурства: кто посуду моет, кто пол подметает – каждый старался быть полезным.

Тем временем Цзян Линь, Чжан Сюэлунь и Чжоу собрались у стола обсуждать завтрашний план. У Мэн потянулся поближе, надеясь подслушать.

Чжоу глянул на него с таким выражением, будто сам воздух рядом провонял жалостью, но У Мэн не смутился.

Из обрывков фраз доносилось: «… еда… добыча…», «… трупы снаружи… я займусь…», «… вода… заправочная станция…»

Обсудив, они разошлись, назначив каждому задачу.

У Мэн понял, что о нём речи не шло, и промолчал.

В маяке был генератор, так что ночью оставался свет, спешить спать не приходилось.

Он уселся на стул, достал карту и сделал вид, что изучает её.