«Тело при оружии, сердце к убийству…»

Прошло немного времени, и У Мэн, обернувшись, сказал:

— Эм… господин, если вы не собираетесь меня убивать, может, слезете с меня, а? Так неудобно, ей-богу.

Лона наконец поднялась с него, и У Мэн, тяжело выдохнув, перевернулся на спину, чувствуя себя каким-то канцлером в подводном дворце.

Он уставился в потолок:

— Ты и правда Нечто?

Лона не ответила.

— Тогда чего ты добиваешься? — Спросил он снова.

Лона внезапно схватила его за руку, подняла и, странным образом, начала отряхивать с него пыль – как взрослые, когда ставят на ноги упавшего ребёнка и машинально отряхивают ему рукава.

Потом она, не сказав ни слова, пошла вперёд, обходя его.

У Мэн постоял, озадаченный, а потом вдруг сам двинулся за ней.

Не спрашивайте почему – сам он не понял, как это произошло.

Как так получилось? Она же Нечто. Она идёт вперёд – логично было бы отойти в сторону и искать других выживших, нет? А он пошёл следом?!

Мозг У Мэна зашёл на полный оборот. Лона Нечто или нет? Чего она добивается? Зачем не убила его?

Может, поверила, что он сдался и готов быть её союзником?

Если так, то у этого Нечто вместо мозга стоит бутафория.

Договариваться о доверии с предателем – всё равно что учить курицу инвестировать в фондовый рынок.

Как профессиональный ассистент, У Мэн знал, как ладить с людьми. Но шаги Лоны буквально выводили его из себя. Она шла не быстро и не медленно, но с таким ритмом, что шагов на семьдесят процентов от его длины. В итоге, когда Лона делала два шага, ему надо было сделать полтора. И это было адски неудобно.

Как в детстве, когда идёшь по каменной дорожке: в один шаг не достаёшь до следующей плиты, а в два – уже переступаешь. Держать идеальный темп можно только какой-то нелепой походкой.

Вот и сейчас У Мэн шагал именно так.

Если он ждал, пока Лона сделает два шага, – оказывался на полкорпуса позади. Если двигался за ней шаг в шаг – оказывался почти у неё за спиной.

И тут он заметил: стоит им разойтись больше чем на пару шагов, Лона тут же останавливается и бросает на него взгляд, от которого холодает внутри. Это был взгляд, каким смотрят на уже мертвеца. У Мэн, прожжённый анимешник, глазки такие различал безошибочно.

Ну точно, у этой девчонки глаза и на затылке? Откуда она вообще знает, что он отстаёт?

Держаться далеко нельзя. Но и слишком близко опасно – шагнет она вдруг, остановится резко, и он врежется прямо в неё. Приходилось идти со сто процентной концентрацией, постоянно корректируя длину шага.

Промучение чистой воды.

Шаг за шагом У Мэн вдруг вспомнил одного человека.

Совсем не к месту всплыл образ.

Персонаж из старого романа в жанре уся – собирательное воплощение денег, власти, амбиций, разума, силы и харизмы.

Была сцена, врезавшаяся в память: тот мужчина просто шёл, руки за спиной, а человек позади шагал следом. Несколько вдохов спустя их шаги совпали идеально.

«Так, может, она пытается приручить меня?»

Сначала показала силу и холодность, теперь демонстрирует великодушие…

Склоняя голову, У Мэн внезапно ощутил, как на губах появляется улыбка.

Почему?

Он верил, что за каждым действием скрыт мотив. Чего хочет это Нечто? Что пытается получить от него? И может ли он сыграть в эту игру на лезвии ножа? Или всё же… она вовсе не Нечто?

Раздался звонкий треск – стекло и металл разлетелись, и из тени вырвались несколько некроморфов.

У Мэн не успел даже выругаться: Лона бросилась вперёд, и за считанные секунды обратила тварей в мёртвое месиво.

У Мэн сглотнул. Красиво.

Другого слова и не подберёшь – слишком красиво!

Он не знался на боевых искусствах, но даже дилетанту было ясно: каждая её атака выверена, движения чистые, без пауз – сплошной поток.

Рука-лезвие, прямой удар, удар коленом, разворот, высокий удар ногой, шаг – и локоть в цель.

Скорость такая, что У Мэн едва успевал следить. Меньше пяти секунд – и всё кончено.

— Вообще-то… — осторожно начал он. — Старайся не лезть к некроморфам врукопашную. У них куча видов – есть те, что взрываются, плюются кислотой, метают иглы, или просто чересчур быстрые…

— А оружие? — Лона стерла брызги крови с лица.

Он сразу понял: она напомнила – «ты обещал достать мне оружие».

— Если я не ошибаюсь, после левого поворота есть вход в жилой сектор экипажа. Может, стоит проверить. — У Мэн достал из кармана карту на телефоне. — Точно, есть там жилые каюты.

По плану им нужно было идти прямо, но ради оружия они свернули налево.

Вскоре вышли к каютам.

Двери были заперты. На замках горели световые индикаторы, и выглядели они как электронные – то ли по лицу, то ли по отпечатку.

Лона приложила ладонь, оценивая, можно ли выбить силой.

Глазастый У Мэн заметил дальше полуоткрытую дверь – и застрявший в проёме труп.

— Вон там! — Возбуждённо ткнул он пальцем. — Та дверь приоткрыта, пошли! Только аккуратнее с телом, некроморфы любят притворяться мёртвыми.

Лона подошла… и вдруг ударом ноги раздавила лежащего в кашу.

Раздался звук ломаемых костей. У Мэн похолодел. Если бы она с такой силой ударила его, был бы готовый инвалид, не меньше.

— Просто труп, — сказала Лона и вошла. У Мэн поспешил следом.

Комната оказалась маленькой, с четырьмя вмонтированными в стены койками. Даже немного напоминало склеп.

В углу У Мэн заметил металлический шкаф со светящимся белым индикатором. У тех дверей, что не открывались, лампы либо не горели вовсе, либо мигали красным.

Он потянул ручку – шкаф поддался.

«Ого, повезло!» – сердце у него ухнуло. Внутри лежал предмет, напоминающий огненный прут – с гладкими линиями, словно из лаборатории будущего.

Сзади был выдвижной приклад и спусковой крючок. Всё ясно.

Это было оружие. Техно-винтовка.

Какая именно – пулевая, лазерная или плазменная – узнает позже.

Боковым зрением У Мэн заметил, что Лона зашла в ванную. Похоже, по делу.

«Что, если…», – сердце забилось чаще. — «Это шанс?»

Поднять ствол, навестись на дверь, дождаться, когда она выйдет, и нажать – всё.

Появление огнестрела стирало любое физическое превосходство.

Как говорится, какой бы ни был мастер кунг-фу, против пули не потанцуешь. Если только ты не из фильма про Хёна Фуна.

Он протянул руку…

Сцепил пальцы на рукояти техно-винтовки.

Повернулся к двери.

Руки дрожали. Губы дрожали. Вся фигура – сплошное напряжение.

Не поймёшь – адреналин или страх.

Дверь ванной качнулась.

В глазах У Мэна вспыхнул жадный блеск.

Ствол плавно опустился.

Да хоть лазерная, хоть штурмовая, хоть игрушечная – всё равно! Главное, весит, светится, дышит мощью, не фальшивка!

Выстрелить-то что стоит? И не в голову даже. Просто обезвредить, заставить подчиниться…

«Нет, нет. Опасно. Слишком рискованно.»

У неё же реакция кошки – вдруг уклонится? Вблизи пули не панацея. В ближнем бою нож быстрее.

«Давай, парень, это твой шанс! Подними, прицелься, почувствуй вкус победы, тяжесть бетонной сумки на плечах!»

«Не думай о вине, это всё ради выживания. И потом… кто знает, что под этой оболочкой девочки? Может, вообще чужой?»

У Мэн глубоко вдохнул… и вдруг протянул Лоне оружие:

— Глянь, что тут.

Она взяла техно-винтовку. А он, пользуясь моментом, прошёл в ванную.

Там висело зеркало. Глядя на собственное отражение, он почесал затылок.

«Что это сейчас было? Почему я просто так отдал пушку?»

Так естественно, так непринуждённо, так… по-идиотски!

«Чёрт тебя побери, У Мэн! Мозги у тебя расплавились?! Что ты творишь?! Жми курок, ну! Один выстрел! Это же не высшая математика! Такое расстояние – даже прицел не нужен! Ты ж в парке когда-то тир обожал! В водяные шарики стрелял, из пневматики, из чего угодно! Сам себя „Южной улицы летающий стрелок“ назвал – и вот теперь что?»

Он хотел дать себе пощёчину, но сдержался. Отражение в зеркале было слишком жалким, слишком больным, слишком… трусливым.