Недоразумения и предубеждения

Всего три секунды — именно столько нужно человеку, чтобы составить первое впечатление о собеседнике. За эти три секунды люди решают, симпатичен им тот, кто стоит перед ними, или же нет.

— Ах, здравствуйте, молодой граф Спенсер. Я… я и не думала, что судьба подарит мне возможность увидеть вас вот так… Это просто, п-простите, словно сон наяву…

Голос её был похож на капли воды, выжимаемые из мокрой тряпки. После нескольких судорожных попыток сглотнуть, девушка всё же выдавила из себя приветствие, отчего лицо Ричарда Спенсера мгновенно приняло отчуждённое выражение.

«Определённо — мне не по душе».

Одно лишь заикание не беда. Но сама нелепость этих слов… Ни одна леди в Лайдоне не позволила бы себе обратиться к мужчине с подобным признанием при первой встрече.

И что вообще значило — «увидеть вас вот так, словно сон наяву»? Она надеется завести знакомство с влиятельным аристократом? Или старается снискать милость леди Монтегю? Её реплика показалась ему совершенно бессмысленной.

«Наверняка, как только леди Монтегю пообещала удочерить её, она тут же примчалась в Лайдон, предвкушая жизнь в роскоши, будто дочь знатной дамы».

Ричард твёрдо решил не доверять суждению тёти — «чистая и добросердечная»… Как бы не так. Вот она стоит перед ним — и уж точно не робкая простушка.

Он заставил себя оторвать взгляд от пола и посмотреть на неё. Его левый глаз открывался чуть медленнее правого, словно стеклянные створки окна, покрытые инеем.

И тут Ричард снова был удивлён. Грейс Гёртон сияла лучезарной улыбкой. Щёки её порозовели, лицо так и светилось неукротимой радостью. Казалось, она готова пуститься в пляс, празднуя свой путь от сироты к дворянке.

Всё это ужасно раздражало Ричарда Спенсера. Но, несмотря на внутренний протест, он заставил себя выдать сухое, сдержанное приветствие, чтобы не опозорить леди Монтегю невежливостью.

— Рад знакомству.

Девушка, будто спохватившись, тут же представилась. Правая рука неуверенно поднялась.

— Я… я Грейс Гёртон…

Ричард, подчёркнуто вежливо, кратко пожал ей руку — не более, чем требовал этикет. Он терпеть не мог лишних прикосновений, а попытка девушки копировать манеры дворянки, ещё не став членом семьи, лишь усилила его желание фыркнуть в ответ.

— Ричард Спенсер… мисс Гёртон.

Называть её «леди» даже не пришло ему в голову — ведь она ещё не стала Монтегю, а одобрять удочерение он не собирался.

Грейс поспешно отдёрнула руку и принялась теребить пальцы, к которым прикасался Ричард. Наконец, отвела взгляд от пола и взглянула на него.

— Я… часто ходила на регбийные матчи в Грентебридже… чтобы посмотреть на вас, милорд.

— …

Ричард остался безмолвен. Один её глаз был необычного, рыжевато-коричневого оттенка, другой — с примесью серого и фиолетового.

«Догадка, возникшая у него ещё в гостиной, оказалась верной. Не могло быть двух людей с такими глазами».

Да, тот юноша из лекционной, женщина с трибун и Грейс Гёртон были одним и тем же человеком. Та самая дерзкая особа, что теперь сияла счастьем, уже давно вертелась вокруг него.

«Может, она подошла напрямую, потому что леди Монтегю не представила её? А в другой раз даже нарядилась мальчиком? — мысли бешено крутились в голове Ричарда, поднимая новую волну раздражения. — С учётом того, что супруги Монтегю надолго уезжали за границу, ей было не так просто встретиться с ними, потому она, вероятно, решила добраться до меня. Видимо, рассчитывает завязать знакомство со Спенсером, чтобы в будущем получить от этого свою выгоду».

Женщины, что толпились у регбийных полей, были вполне предсказуемы: множество городских барышень стремились завести там знакомство с каким-нибудь аристократом и улучшить свою судьбу.

Скромная и достойная дама никогда не пришла бы в подобное мужское общество — в этом не было сомнений.

Очевидно, профессор Чарльз Доджсон, со всей своей эксцентричностью, не сумел вложить в неё приличествующие леди понятия. Дружба с шумными, разбитыми на группы болельщицами на трибунах лишь раскрывала истинную сущность Грейс Гёртон.

— Впервые вижу, чтобы Грейс так разговорилась. А теперь, вместо того чтобы стоять, почему бы нам всем не присесть? — леди Монтегю, всё это время наблюдавшая за ними сияющими глазами, подвинулась к столу. Она заняла место во главе, а справа и слева от неё уселись Ричард Спенсер и Грейс Гёртон.

— Грейс, для меня Ричард — как сын. Он самый дорогой мне племянник, — тепло сказала Мэри, глядя на Грейс. Та, не в силах скрыть гордость, несколько раз кивнула в ответ.

— Должно быть, и в Грентебридже Ричард был настоящей звездой, не так ли? — вопрос Мэри прозвучал с лукавинкой, хотя она и так знала ответ. Как-никак, наследник рода Спенсеров, да ещё столь видный мужчина — не заметить его было невозможно.

— Наверняка многие барышни восторгались им, — добавила она.

Грейс чуть не потеряла самообладание и едва не выкрикнула «да!» вслух. С трудом сдержавшись, она проглотила свои слова вместе с чаем, но тут же расплылась в радостной улыбке.

Ричард Спенсер был мечтой и надеждой не только Грейс Гёртон, но и множества девушек из Грентебриджа. Он был недосягаем, но само его существование делало жизнь вокруг ярче, даже если наблюдать за ним приходилось издалека.

— Такого не было, тётя… — возразил Ричард, заметно стесняясь подобной темы. К лести и преувеличениям он всегда относился с неприязнью, что отражалось в напряжённой улыбке.

— Молодой граф действительно был предметом всеобщего восхищения, — вдруг выпалила Грейс, перебивая Ричарда. Её несдержанность заставила правую бровь того чуть дёрнуться в раздражении.

«Что ж, ещё один минус».

— Правда? — переспросила Мэри.

— Д-да. На самом деле, я была одной из них… Я… я очень вами восхищалась.

«Так вот оно что. Она явно старается польстить леди Монтегю, притворяясь смущённой, но на деле говорит ровно то, чего сама хочет».

Пальцы Грейс нервно задвигались, будто бы от стыда, но слова её лились без всяких препятствий.

Глядя на неё — в дорогом, мерцающем платье, — Ричард едва не вздохнул. На трибунах она выглядела куда проще, а теперь было очевидно: Грейс уже сумела завоевать расположение леди Монтегю и получить немало дорогих нарядов.

— Что ж, прекрасно, — с едва заметным вздохом сказала Мэри, чуть приподняв брови и лукаво глянув на Ричарда. — Осталось только, чтобы и ты посмотрел на Грейс благосклонно.

Видеть, как эта добрая, богатая и доверчивая женщина становится жертвой явной авантюристки, приводило Ричарда в отчаяние. Хотелось чуть ли не силой вырвать леди Монтегю из лап Грейс — хоть вынести её отсюда на руках.

— На самом деле, Грейс… — Мэри повернулась к девушке и одарила её загадочной улыбкой, в которой таилось нечто большее, чем просто радость. — После долгих размышлений мы с Энтони решили удочерить тебя официально.

Едва услышав это, Ричард с трудом подавил тяжёлый вздох. Всё происходящее казалось ему фарсом, будто наблюдаешь, как невинная девушка становится жертвой умелой мошенницы.

Он бросил острый взгляд на Грейс Гёртон, что чинно сидела напротив. Ответ ей был и не нужен — выражение лица уже сказало всё.

Грейс с расширенными глазами ловила каждое слово Мэри. Её учащённое дыхание, зарумянившиеся щёки и непоседливые пальцы с головой выдавали восторг, с трудом удерживаемый на виду у всех. Было совершенно ясно: она ждала этого момента с трепетом и нетерпением.

Ещё бы! Таких добродетельных супружеских пар, как Монтегю, в Ингринте было днём с огнём не сыскать. К тому же ходили молвы об их необыкновенных богатствах. Пусть точный масштаб этих сокровищ был покрыт тайной, но даже особняк в Челси, где они сейчас сидели втроём, был недостижимой мечтой для большинства состоятельных людей.

Женщина, пусть и строящая из себя скромницу, не могла не обратить внимание на такое состояние. Если она прожила под крылом профессора Доджсона, то наверняка умела обращаться с цифрами не хуже любого биржевого дельца.

— Мы очень надеемся, что ты согласишься, — добавила Мэри.

Это было предрешено. В душе Ричард горько вздохнул, умоляя про себя Мэри не продолжать этот путь.

Он сидел молча, обхватив ладонями чашку, выжидая, что скажет Грейс. То же делала и сама леди Монтегю.

И вот, наконец, голос Грейс Гёртон прозвучал в гостиной неожиданно звонко и ясно:

— А если я откажусь — это будет позволительно?..