Глава 23.0

Я с минуту наблюдал за ним, невольно улыбаясь. Несмотря на всю свою простоту, дрон мог помочь во многом. Я уже прикинул несколько способов автоматизировать, например, АА-литейную или элериевый генератор. К сожалению, времени на подобные забавы у меня не было.

Следующим проектом, за который я взялся, стал термический клинок. Большинство его деталей уже были напечатаны, так что мне оставалось лишь доработать несколько частей и собрать его. Честно говоря, оружие оказалось ещё большим разочарованием, чем я ожидал. Стоило взяться за рукоять, как оно тут же включалось, проецируя тонкий слой элериевой плазмы вдоль АА-клинка. Никакого выключателя — оно просто активировалось от хвата. Мало того, хотя клинок и был до смешного эффективен, его удерживала толстая, грубая, массивная опорная скоба, которая, без сомнения, сильно затрудняла рассечение чего-либо. Приходилось лишь гадать: неужели инженеры XCOM просто создали клинок и решили: «И так сойдёт», — ведь я держал его всего несколько секунд, а уже видел с полдюжины способов улучшить конструкцию.

Мне потребовалось настоящее усилие воли, чтобы отложить меч и сосредоточиться на других вещах. К счастью, к тому времени, как я закончил, день, по сути, подошёл к концу, оставив ровно столько времени, чтобы в последний раз настроить фабрикатор и запустить партию элерия и АА. Сделав это, я залез в кровать, приказал Споту отключиться и разбудить меня на следующее утро пораньше.

Следующее утро по большей части состояло из сборки. Во вселенной Киберпанка было несколько методов создания ЭМИ-взрывов, и один из них неплохо совпадал с основным методом генерации ЭМИ в XCOM. Это означало, что создание патронов «Синий экран» было не сложнее, чем укрепить уже существующую деталь и адаптировать её, чтобы она выдерживала первоначальный удар. Сделав это, я просто заключил её в стальную оболочку и добавил сбоку дисплей контроля заряда. В будущем я определённо не собирался так делать, поскольку это была огромная трата деталей. Тем не менее знания о пулях, особенно о том, что я мог добавить в простые стальные патроны для своей магнитной винтовки, стоили потраченных полутора часов.

С плазменными и криогранатами всё было ещё проще. Металлический корпус, спусковой механизм и таймер составляли больше половины деталей. Для криобомбы мне требовался лишь короткий список жидких химикатов, хранящихся в двух отдельных сосудах и смешивающихся при крошечном взрыве С-6.

Плазменная граната, на удивление, оказалась ещё незамысловатее. Всего лишь крошечный осколок элерия и рентгеновский излучатель, встроенные в электромагнитный контейнер. Бросаешь гранату, и излучатель начинает заряжать элерий, который выделяет свою плазмоподобную энергию. Электромагнитное поле на мгновение сдерживает её, прежде чем исчезнуть, и — ба-бах! — плазменный взрыв.

Я позаботился о том, чтобы аккуратно сложить оба взрывных устройства в небольшой ящик. Технически они были совершенно безопасны, пока я намеренно не начинал с ними баловаться, но дело было в принципе. Опасные штуки, которые создаёшь, нужно уважать, иначе однажды они могут взорваться у тебя прямо перед носом.

Было около двух часов дня, и я уже закончил свой последний список дел, которые хотел завершить, прежде чем потерять это технологическое древо — возможно, навсегда.

Вновь усевшись в кресло в своей мастерской и вращаясь в нём с закрытыми глазами, я исследовал необъятные просторы своего текущего древа технологий. Целый его кусок я ещё не изучил, но он уходил в прошлое той реальности, где технологии почти сразу откатывались до уровня двухтысячных, что в моих нынешних условиях было очевидно бесполезно. Так что я снова сосредоточился на основном древе, том, что относилось к проекту XCOM.

Было несколько вещей, которые я хотел создать, но знал, что не смогу, даже не говоря о пси-лабораториях. Броня-призрак, что-то вроде поля невидимости, была одной из них, как и её квазизамена, броня-фантом, позволявшая носителю проходить сквозь стены. Обе были бы потрясающими, поскольку я, вероятно, смог бы добавить хотя бы одну к своей броне и активировать её только тогда, когда был уверен в безопасности, или в крайних случаях. К сожалению, я ни черта в них не понимал.

Я начинал думать, что технологии более высокого «уровня» были скрыты не только моими знаниями, но и куда более волевым ограничением — чем-то, что заставляло меня разбираться в вещах низкого уровня, прежде чем двигаться дальше. К этому моменту я уже много знал о технологиях вселенной XCOM, но едва мог разобрать даже простейшие фрагменты их чертежей.

В любом случае я понимал, что мне никак не взломать ни одну из них за оставшееся время, в основном потому, что я даже не знал, что нужно создать в первую очередь, чтобы начать понимать, как они работают. Судя по тому, что я видел, я подозревал, что они, как ни странно, лежали где-то на том же пути, что и псионика, но это было всё, что я мог сказать.

Исследуя технологическое древо, я также сумел выделить две подветви модификаций тела, к которым у XCOM был доступ. Я также обнаружил причину, по которой никогда мысленно не замечал их раньше. Часто элементы вдоль ветвей ссылались вперёд и назад по древу, напоминая о чём-то вроде металлургии АА или методов производства, или указывая, к какому конкретному усовершенствованию они приведут. Это помогало мне ориентироваться и выделять новые вещи для создания. Однако подветви кибернетики и генетических модификаций были полностью обособлены, по сути, свободно плавая сами по себе. Создать их для меня было также невозможно, поскольку обе подветви сильно зависели от инопланетной технологии, известной как Мельд, для которой древо не предоставляло производственного метода «чёрного ящика».

Это было бы куда досаднее, если бы причина не всплыла в моей голове, когда я бросил беглый взгляд на первую генетическую модификацию. Мельд представлял собой совокупность кибернетических наномашин, взвешенных в нейтральной слизи, созданных пришельцами для ускорения и упрощения их попыток модифицировать подконтрольные им инопланетные расы. Он также не содержал экзотических материалов. Ни инопланетного сплава, ни элерия, ни вообще каких-либо особых материалов пришельцев. Это означало, что если бы XCOM не была так ограничена во времени, они могли бы изучить и, в конечном счёте, возможно, воспроизвести это вещество. Это означало, что и я мог его воспроизвести, что твёрдо вычёркивало его из списка материалов, которые я мог создавать с помощью своих «черноящичных» инженерных фокусов. Но поскольку XCOM не имела ни малейшего представления о том, как его воспроизвести, то и я не имел.

Я даже толком не знал, как он выглядит