Глава третья: The Cage of Reason and the Witch of Instinct (Клетка разума и ведьма инстинктов) — 4

4

Как обычно, наступает безмятежный полдень в литературном клубе. Беседы за обедом здесь всегда отличаются высокой сложностью (после Золотой недели совместные трапезы втроём стали нашей доброй традицией). Темы разговоров крутятся вокруг Конан Дойла, Дадзая Осаму, Агаты Кристи... Совершенно непостижимые материи для человека без должного образования. Пользуясь советами Карин, которая, вопреки ожиданиям, весьма эрудирована, активно пытаюсь наверстать упущенное.

За короткий срок эти двое успели сблизиться настолько, что теперь обмениваются книгами. Настоящие подруги. Мало кто знает, но обе они — страстные любительницы чтения. Их острый ум и схожие интересы, видимо, и создали сей резонанс.

— Завидую вам, девушки — вы так быстро становитесь словно сёстры. — ворчу я, отчего они обмениваются улыбками.

— Если бы мы были сёстрами, я бы хотела быть старшей. Я — младший ребёнок в семье, и мне всегда хотелось иметь брата или сестру. — говорит Кокон.

— Тогда я побуду младшей. Буду капризничать и просить Кокон-старшую сестрицу меня побаловать. — вторит ей Курумидзава, и они снова смеются.

Отрадно видеть их в таком ладу. Глядя на них, трудно поверить, какая враждебность царила между ними поначалу. Удивительно, как порой сходятся люди. Возможно, скрытые возможности всегда находятся где-то рядом.

После скучных уроков вновь иду в клуб. Деятельность нашего кружка весьма расплывчата: иногда Кокон берёт инициативу в свои руки, иногда каждый занимается своим делом, а порой мы, как и подобает литераторам, читаем книги. Но случаются дни, когда мне, как заместителю, приходится выполнять её безумные поручения.

Сегодня мы собираем пазл. Мы с Кокон возводим замок Осака. Курумидзава, изредка поглядывая на нас, погружена в чтение какой-то карманной книжки.

— Кстати говоря, скоро промежуточные тесты. Кажется, через две недели?

Для Кокон это лишь тема для светской беседы, однако я буквально каменею.

— Что с вами?

— У парня нет уверенности в своих силах. Недавно он с треском провалил контрольную. — подаёт голос Ватанабэ-сэнсэй, коя сегодня редким гостем заглянула к нам и теперь устало развалилась в кресле.

— Ах да, вчера ты отсутствовал из-за дополнительных занятий. — Кокон смотрит на меня с подозрением

— Послушай, Асаги. — Ватанабэ-сэнсэй тяжело вздыхает. — Мне, по совести говоря, плевать, останешься ли ты на второй год или тебя отчислят. Но не смей получать неуд по математике. Это бросает тень на мои педагогические способности. — безмолвно качаю головой. Учитель усмехается. — Не трясись ты так. Главное — избеги красной зоны. Красный балл — половина от среднего по параллели. Я составляю тесты так, чтобы средний балл был около шестидесяти. Следовательно, тебе нужно набрать хотя бы тридцать. Только и всего. Понял меня?

— ... Да.

Ватанабэ-сэнсэй поднимается и многозначительно смотрит на Кокон. Та кивает в ответ, без слов принимая на себя ответственность за мою судьбу. После чего учительница величественно удаляется.

— ... Так, продолжим сборку замка...

— Аха-ха, какая забавная шутка. — с ледяной ухмылкой Кокон принимается сгребать детали пазла в коробку.

— Стой, Кокон, а как же замок?! Мы же ещё не достроили нашу Осаку!

«Работа выполнена лишь на треть, но...»

— Неужели наша великая стройка закончится вот так?!

— Если хочешь кого-то винить, вини собственную слабость, бездарность и несправедливость бренного мира.

— Слишком много виноватых!..

Вот так и пал замок Осака. Совершив полное слёз прощание с картонным строением, которое Кокон безжалостно убирает в шкаф, слышу роковой приговор:

— Приступим к учёбе, придурочный Асаги-кун.

— Э-э...

— У тебя есть возражения?

— ... Никаких.

Когда сия особа взирает на тебя с такой мрачной улыбкой, ни одно живое существо в мире не посмеет сказать «нет». Она вздыхает и добавляет:

— Я не пугаю тебя, но оценки важны. Пренебрегая математикой, сужаешь свои возможности в будущем. Считай шансом подтянуть общую успеваемость.

«Возразить абсолютно нечего.» — покорно склоняю голову, признавая её правоту.

— Не волнуйся. — она произносит уже мягче. — Я, как гений, буду учить тебя лично, не отходя ни на шаг.

— Ты... серьёзно? — вопрошаю я.

— Хи-хи, разумеется. Мы ведь друзья.

Она говорит это так естественно.

И тогда, под предводительством Кокон, начинается мой марафон поглощения знаний. О сне на уроках не может быть и речи. Каждый мой шаг, каждая непонятая тема подвергаются строжайшей проверке. Обеденные перерывы, часы после уроков и даже выходные — всё принесено в жертву гуманитарным и техническим изысканиям. Меня заставляют грызть гранит науки с пугающим рвением. Курумидзава наблюдает за этим с кроткой улыбкой, решив полностью доверить меня заботам Кокон.

За неделю до тестов занятия в клубах официально приостанавливаются, однако нам разрешают использовать кабинет для подготовки. Сбежать некуда. Поскольку Курумидзава предпочитает учиться в одиночестве, она перестаёт заходить в клуб. Следовательно...

— Хи-хи, мы остались вдвоём, Асаги-кун.

Мы с Кокон наедине. Во время занятий она неизменно садится рядом со мной. Любой парень мечтает оказаться в такой ситуации с красавицей, но, увы, для меня сие оборачивается сущим адом.

«Учёба, учёба и ещё раз учёба. Ангельской наружности (и буквально, жительница небес) особа совершенно не знает меры. К примеру, стоит мне спросить о какой-то мелочи, как она с улыбкой заявляет: 'Я объясню тебе всё от А до Я, а заодно и задачу повышенной сложности разберём'. Я почти слышу полные зависти и злобы крики других учеников, воображающих мои любовные приключения, но увольте. Это же Кокон Тодзай. Она обладает недюжинной силой и пресекает любые случайные прикосновения, а если попытаюсь пойти на сближение силой, мне просто руку выкрутит. Будьте спокойны: никакой романтики не предвидится. Наши отношения не сдвинутся ни на йоту, ведь мне нужно раскладывать формулы, а не проявлять чувства. Кокон постановила, что я — человек, познающий мир через практику, посему бесконечно, а может и вечно, решаю одни и те же упражнения.»

— Ты настоящий демон. — бурчу я, не отрываясь от тетради. Она хищно усмехается:

— Хи-хи, тогда, как и полагается демону, безжалостно прикончу тебя, жалкий человечишка. — она с грохотом кладет на стол самодельное пособие по всем предметам.

— Госпожа Кокон, молю, не доводи до полусмерти! Я куплю тебе сколько угодно сока!

— Тогда хочу клубничное молоко.

— Будет исполнено.

— И ещё сидр.

— Слушаюсь и повинуюсь!..

— Какая похвальная смышлёность.

— Может, ты имела в виду «смиренность»?

Кокон, заранее предвидев, что у меня нет даже тетради для самоподготовки, вручает мне «Тетрадь для занятий Асаги-куна», подписанную её рукой. И сегодня в ней появляется ещё несколько заполненных страниц.