Глава 8.0

— Убей меня, — с этими словами Витенег начал их тренировку.

— Хорошо, — без тени сомнений произнесла Му Жао, и её лицо сосредоточилось.

В ту же секунду произошла знакомая трансформация в существо, похожее то ли на медведя, то ли на птицу.

Осмысленность в глазах монстра исчезла, и оно накинулось на рядом стоящего мужчину.

Он не сопротивлялся.

Брызги крови украсили траву и дерево. Ошмётки плоти и части тел разлетелись на несколько метров в сторону.

Повалив тело, бритвенно острый клюв разорвал живот и выпустил внутренности наружу.

Находясь внутри своего разума, Витенег размышлял.

Он поступил так, как поступил, не только потому, что посчитал это правильным.

Тренировка для Му Жао — это тренировка и для него.

В конце концов, на Земле мужчина был довольно безразличным к окружающему миру и его людям.

Здесь же, в новом мире с его порядками и устоями, новым телом и душой, которая была создана на эманациях смерти коренных обитателей мира, только разум Витенега оставался старым.

Но до того момента, пока он не решил изменить его.

И тогда наступила тьма.

И тогда появилось место вне времени, но при этом обладающее его эфемерными концепциями.

Странное чувство. Пространство, где не существует никакого звука, даже самого понятия тишины.

Витенег не знал, смог бы он выдержать это испытания, будь он самим собой, а не только объективной частью своего «я» без чувств и эмоций.

Он также не считал нужным торопиться: ни узнавать больше информации об окружающем мире, а тем более о практиках и совершенствование путях.

На то была простая, но важная для Витенега причина.

Фундамент.

Он ещё не создал фундамент, на котором сможет построить свой путь к Дао.

И каким бы псевдо-бессмертием мужчина не обладал, это ничего не меняло.

Ведь какой в нём смысл, если ты не сумеешь продвинуться в своё понимание?

Не умереть и не стать сильнее.

Статичное состояние, где нет ничего, и только недавно он узнал, что время — это изменчивость всего живого, и он хотел изменяться как никогда раньше, а не быть заточённым внутри своего тела.

И первый шаг по возведению крепкой основы он решил сделать тут — в секте Покаяния Святого.

Не потому, что здесь есть забавная младшая сестра, или не потому, что с этим местом теперь связано многое.

И точно не из-за того старика, погрязшего в алхимии и не обращающего внимания на чувства и проблемы своей ученицы.

«Здесь действительно красиво», — подумал Витенег и улыбнулся.

Да, столь простая причина. Ведь в бытность обычным человеком он редко путешествовал и никогда не был в столь природно гармоничных местах, которые хотел посетить ни раз.

А информация из интернета не только остужала его пыл, но ещё больше раззадоривала.

Мужчина понимал, что в этом мире, нетронутом технологичной частью человечества, безусловно, ещё много мест, которые он сможет посетить.

Но первое — самое приятное разуму.

Цель его тренировки была проста — продержаться как можно дольше между состоянием жизни и смерти, пока техника Бессмертного Воплощения не активируется автоматически.

В действительности, это было сложно — сознательно контролировать технику.

То же самое, как задержать дыхание на несколько минут. Желание вдохнуть было непреодолимо, но он держался.

В какой-то момент мужчина почувствовал, что границы разума кольнула боль. Тьма заметила добычу, начав своё наступление.

Витенег понял, что пора восстановить тело.

Техника Бессмертного Воплощения активировалась, и всасывающая сила начала поглощать различные формы энергии.

Витенег не до конца понимал, как это работает. Но что он знал наверняка, так это сознательный выбор поглощаемых частиц и невозможность, по крайней мере на этом этапе развития, задействовать технику на живых существах.

Словно они обладали неким сопротивлением, что показалось мужчине более чем логичным.

«Вот только вопрос: какой аспект отвечает за это? Воля существа? В конце концов, моя техника была рождена в результате остаточной воли смертного Витенега, где тело, разум, дух и душа — лишь составляющие».

Земля посерела, а окружающая растительность увядала так же быстро, как двигалась вода во время бушующего шторма.

Будто кто-то перемотал время, кожа, плоть и кости начали восстанавливаться с поразительной скоростью.

Витенег решил кое-что проверить и направил всасывающую силу на окружающее пространство, воображая, как он поглощает частички невидимой энергии — Ци.

И это сработало.

Плотность воздуха мгновенно изменилась, усиливая ветер и формируя маленькое торнадо. А если бы там была жидкость — подобие чёрной дыры.

Это увеличило скорость восстановления тела, но создало соответствующий хаос, превратив пышущий жизнью дворик в место опустошения и смерти.

Витенег не сожалел.

Созидание и Разрушение, Жизнь и Смерть — всё это две стороны одной медали, где Цикл — норма.

К этому моменту, пролив свежую кровь, зверь внутри Му Жао утолил жажду, и в глазах монстра появилась прежняя осознанность.

В этот раз девушка не решилась сразу выходить из формы. Это был редкий момент, когда она могла спокойно изучить свои возможности.

Даже открывшийся перед ней вид разрушения не сбил её концентрацию, и Витенег одобрительно кивнул, усевшись в позу лотоса.

Проходили часы, пока разум зверя снова не завладел телом, и монстр кинулся на мужчину, у которого появилась беспомощная улыбка на лице.

Но в этот раз, благодаря усилиям Му Жао по контролю души По, он отделался малой болью.

Смотря вдаль, Витенег наблюдал за закатом и как множество учеников секты возвращались в её лоно на летающих мечах.

Кто-то весело болтал друг с другом, а другие, зачастую в одиночестве, понурив голову и опустив плечи.

— Жизнь совершенствующихся требует спокойствия, но в то же время люди продолжают, словно мотыльки, лететь на огонь и сгорать.

Витенег вздохнул.

— Столько противоречий: рисковать ради бессмертия, чтобы оборвать свою жизнь в любой момент в надежде встретить удачную возможность — иллюзию для дураков и мечтателей.

— О чём размышляешь? — присев рядом, спросила Му Жао, согнув колени и облокотив подбородок о руки.

— Если скажу что-то крутое, ты поверишь мне, младшая сестра?

— Конечно нет, — незаинтересованно махнула она ладонью.

Наступила тишина, которая длилась недолго.

— Спасибо, — чётко сказала она, чтобы мужчина услышал.

Витенег почувствовал, что такие моменты бывают только в книгах.

Но нет, это случилось с ним, и, по крайней мере, он услышал её голос, а не писк мыши.

Его глаз дёрнулся.

Тишина стала неловкой.

— Красивый закат.

— Ага…

Так они и просидели, пока не наступила ночь.

***

Прошло несколько недель с момента их последнего разговора.

Постепенно листья желтели больше прежнего, а световой день сокращался.

Подметая ступеньки, Витенег остановился. Его взор приковал зелёный росток на месте, где некогда было опустошение.

— Такой неуверенный и слабый, — присел он рядом с ним. — Малыш, как ты пророс на этой проклятой земле?

Ответа, очевидно, не было.

За последнее время, когда он умирал чаще, чем подметал пол, Витенег чувствовал, как его разум крепчает.

В то же время столь эксцентричный метод пошёл на пользу и Му Жао.

Она почти полностью контролировала первую душу По.

Вместе с приобретённой остротой разума, мужчина совсем недавно начал ощущать ту самую незримую энергию, которая однажды помогла ему освободиться от оков Судьбы.

То есть, он чувствовал её и раньше, но не так чётко, и теперь понимал, где она скапливается.

Это место было его незримым «я», где проекция тела — всего лишь отражение.

Если бы Витенега спросили, он бы сказал:

— Естество человека — вся его суть, на которой строится фундамент личности и, соответственно, воля.

Воля и разум были нераздельно связаны.

Он вспомнил слова Му Жао.

— Дэ, значит? Не думаю, что я сталкивался с таким понятием в книгах. Конечно, только если оно не уходило глубоко в даосскую философию.

Отбросив бесполезные мысли в сторону, мужчина усилием воли почерпнул немного Дэ, который успел скопиться в поистине больших масштабах, и направил его к слабому ростку неизвестного происхождения.

Словно оно этого и ждал, растение мгновенно впитало в себя столь странную пищу.

Больше ничего не произошло.

Но Витенег не спешил.

Снова проходили дни, а он наблюдал за состоянием ростка.

И только на пятый день что-то изменилось.

— Он стал иллюзорным?

Действительно. Росток не только остался в том же состоянии, что в момент их встречи, но и заимел какую-то прозрачность.

Не от мира сего.

— Хорошо-о-о… — с интересом протянул мужчина и зачерпнул ещё одну порцию Дэ.

— Жри, неблагодарный ублюдок.

Не став проверять, что будет дальше, Витенег отправился на своё любимое место — качели под двумя старыми деревьями.

Там его ждала привычная подушка и одеяло.

Конечно, это не был современный мир, поэтому качество изделий, особенно для обычных учеников, оставляло желать лучшего.

Справедливости ради, он даже не был официально зарегистрирован в секте.

— Благодать…

После своего ухода он не заметил, как росток покачнулся, словно махая ему.

***

С этого момента всё и началось.

Каждый день, ругаясь, Витенег скармливал «ублюдку» очередную порцию Дэ, а тот впитывал её, будто ничего и не было.

Мужчина был бы слепцом, если бы до сих пор не понял, что происходит.

«Дэ, которую он поглощает, получена мною в момент прозрения многих концепций. Но основными всегда оставались Судьба и Время».

Проходящая мимо Му Жао странно посмотрела на мужчину, но в очередной раз ничего не сказала.

Ей было весело, но в то же время больно наблюдать, как он тратит Дэ на что-то столь незначительное, как выращивание духовного растения и, возможно, будущего спутника Дао.

«Что может вырасти из этого ростка?» — качала она головой. «Столько зря потерянных сил», — вздыхала она.

Му Жао действительно начала уважать своего старшего брата.

Каким бы противным он ни был в некоторых моментах, или каким бы слабым, он действительно был надёжным.

И эта способность восстанавливаться, даже когда большая часть его тела уничтожена…

Она не пугала. И Му Жао тем более не завидовала.

В конце концов, если бы тело старшего брата попало бы не в те руки, это была бы жизнь хуже смерти.

Что-что, но она никогда не питала лишних иллюзий по поводу того, где находилась и какие вещи творят алхимики за закрытыми дверьми.

Даже её учитель.

Вот только Му Жао не знала, что если бы Витенег не понравился Достопочтенному Тую, он бы сделал с мужчиной то, о чём она подумала.

Тем временем Витенег упорствовал.

Его не волновало то, что он в буквальном смысле выплескивал энергию на ветер, которую так долго собирал и которая обладает ещё неизмеримым им могуществом.

У него было много времени.

Действительно много, чтобы накопить её вновь.

Чего не касалось этого маленького росточка, жизнь которого была мимолётнее брачного периода цикады.

Тем более Витенег был тем, кто опустошил место его рождения. Но в то же время тот, без кого, скорее всего, он бы и вовсе не появился бы на свет.

Это была ответственность, и Витенег решил возложить её на себя.

Первая ответственность в новом мире, и он сделает многое, чтобы не посрамить её.

Не из чувства долга или других добрых, а может, корыстных побуждений, а просто потому, что он мог это сделать.

«Если он поглощает концепцию Времени и Судьбы, насколько в действительности может преобразиться этот росток, получив столь крепкую основу?» — задавался Витенег вопросом.

Время снова шло, а мужчина вёл свой беззаботный образ жизни.

Но в один момент, по его мнению, в конце месяца, по секте прозвучал звук колокола.

Он был один единственный, но каждое существо в секте услышало его, словно колокол затрагивал струны их души.

Раздался грохот со стороны дома Му Жао, и Витенег оглянулся.

Дверь резко распахнулась, и взлохмаченная девушка выбежала наружу. В её руках покоился меч, и, подбросив его, она быстро сложила несколько ручных печатей.

Меч, повиснув в воздухе, несколько раз неуклюже крутанулся, будто подвешенный за верёвку. Но спустя пару секунд он принял горизонтальное положение и опустился на землю.

Устало выдохнув, Му Жао посмотрела на Витенега и, заметив его немой взор, больше похожий на взгляд щенка, ещё раз тяжело вздохнула.

— Залезай! — скомандовала она и, ступив на меч в передней его части, завязала волосы в конский хвост.

Мужчина пристроился сзади. Не зная, куда деть руки, он взялся за плечи девушки, но она скомандовала во второй раз:

— Берись за талию и сожми крепче, если не хочешь разбиться о камни… — но потом, поняв, что имеет дело с живучим тараканом, пожала плечами. — Не берись за талию.

— А…

— И плечи.

— Ладно…

Меч не был похож на обычный: короткий и острый. Скорее, это был специальный артефакт: удлинённый, широкий и хоть с неострыми краями, но такими, чтобы уменьшить сопротивление ветра во время использования.

«Может, эта версия меча для новичков, тех, кто ещё учится полёту?» — сделал мимолётный вывод Витенег, ранее наблюдавший за контролем Му Жао и примерно осознавая уровень её сил.

Как только они поднялись в воздух на несколько метров, мужчина с напряжённым лицом пытался напрячь всевозможные мышцы, даже те, о существовании которых ранее не подозревал, чтобы удержаться и не упасть.

Но всё было тщетно.

Лежа на земле с пустым лицом, мужчина наблюдал за улетающей девушкой, которая не удостоила его и взгляда.

Витенег покосился на рядом расположенный росток.

— Красивое небо, да?

Тот в ответ слегка покачался.

***

Не имея другого выбора, Витенегу пришлось встать и покинуть пределы обители Му Жао.

Не то чтобы он никогда не покидал её, но это был первый раз, когда мужчина, не скрываясь, с гордо поднятой головой и без соломенной шляпы, заложив руки за спину, вышел на оживлённую улицу.

— Юношеский дух так и плещет из них… — пробормотал красивый мужчина, наблюдая за юношами и девушками, на лицах которых не было отпечатка превратностей жизни.

Чёрный даосский халат, но более свободный, был обрамлён красной тканью и лентами около пояса, танцующими на ветру.

Длинные волосы до поясницы цвета вороньего крыла были завязаны в пучок, а среди прядей виднелись белые — мужчина подозревал, что концепция Времени так повлияла на них.

Алые глаза сканировали окрестность, и каждый встречный взгляд сторонился бездонных зрачков.

Словно мастер дьявольского пути, сошедший с картины, ученики обходили его за несколько метров, а некоторые, более старшие ученики, опускали голову в уважении.

Немного потешив самолюбие и погревшись в лучах утреннего солнца, Витенег начал своё шествие и обратился к первому попавшемуся ученику, витиевато спросив:

— Куда люди путь держать, услышав небесный звон?

Спешащий по своим делам парень остановился и, странно посмотрев на собеседника, указал себе за спину.

Поблагодарив его, Витенег продолжил путь, осматриваясь в поисках чего-нибудь интересного.

К сожалению или к счастью, секта Покаяния Святого обучала в основном алхимиков, из-за чего их затворнический образ жизни оставлял свой отпечаток на секту, где было всё просто и прямолинейно оформлено.

Ранее Витенег услышал от младшей сестры, что основная и главная достопримечательность секты, помимо спирали в Бездну, — это рынок, внутри которого можно было найти всё что угодно.

По её словам, рынок был огромный и его нельзя было ни с чем спутать. Вот только как бы мужчина не вспоминал и не осматривался, он не мог найти каких-либо ориентиров.

Путь его лежал к пагоде.

Возвышаясь на несколько десятков метров, от неё веяло чем-то древним и осязаемым, но чем именно, мужчина не до конца понимал.

Словно это была аура Достопочтенного Туя, но не в пример глубже и таинственнее.

По углам пагоды свисали котлы для пилюль самых разных форм и размеров.

Вокруг каждого из них, будь то на поверхности или в отдалении, извивались руны, животные, растения и много чего ещё, не поддающееся объяснению.

На самой вершине пагоды тоже был котёл для пилюль, но по сравнению с другими намного большего размера.

К удивлению Витенега, он был вполне обычным: круглым, с прямыми ножками и без таинственной резьбы.

От него даже не исходило никакой ауры, и постепенно брови мужчины умиротворённо расслабились.

Он подумал:

«Близкое к Дао — это возвращение к простому».

К этому времени вокруг основания пагоды на широкой платформе собралось несколько сотен учеников, и это явно был не предел.