Пятый дядя
"Семья!" - глаза госпожи Сунь снова наполнились слезами. Она взглянула на стоящую рядом Ян Жуоцин, подняла руку и вытерла уголки глаз тыльной стороной ладони, затем спросила Ян Хуачжоу: "Ты пришел сюда ещё по какому-то делу?"
Ян Хуачжоу на мгновение замер и ответил: "Я так увлекся разговором о третьем брате, что чуть не забыл. Третья невестка, я пришел позвать тебя в восточную комнату. Отец, мать, старший, второй и четвертый братья уже здесь, не хватает только твоей третьей семьи."
"Но твой третий брат..."
"Мама, иди, я присмотрю за отцом", - наконец вмешалась Ян Жуоцин, которая до этого послушно стояла рядом.
"Цин'эр, ты..."
"Мама, не медли, скорее иди, не заставляй всех ждать тебя. Если отец проснется, я позову тебя!" - сказала Ян Жуоцин, подталкивая госпожу Сунь к двери.
Ян Жуоцин предположила, что сегодняшний семейный совет в восточной комнате, скорее всего, посвящен обсуждению последствий падения и травмы ноги Ян Хуачжуна. Семья Ян не разделилась, и госпожа Тан контролировала продовольствие и деньги всей семьи, даже деньги на лекарства для Ян Хуачжуна были выделены ею.
Поскольку третья семья была непосредственно вовлечена в сегодняшние события, они, безусловно, должны были присутствовать на этом семейном собрании. Если бы Ян Жуоцин не беспокоилась об отце, она тоже хотела бы послушать, как старейшины семьи Ян собираются решать вопрос о травме Ян Хуачжуна и как будут устроены дела третьей семьи.
Как известно, мать и дочь — единодушны. Ян Жуоцин наблюдала, как госпожа Сунь повернулась и вышла из комнаты, и поняла, что они думают об одном и том же. Она как раз собиралась поправить одеяло отцу, как вдруг заметила, что Ян Хуачжоу, который уже почти дошел до двери боковой комнаты, возвращается.
«Пятый дядя, что-то еще?» — спокойно спросила Ян Жуоцин.
Воспоминания, оставшиеся в теле от прежней хозяйки, о молодом человеке с густыми бровями, большими глазами и смуглым лицом, были теплыми.
«Цин'эр, почему ты так бойко заговорила?» — Ян Хуачжоу широко раскрыл глаза и принялся разглядывать Ян Жуоцин с выражением полного неверия на лице.
Ян Жуоцин слабо улыбнулась: «Я и сама не знаю, почему могу говорить. Голова тоже перестала быть такой туманной, как раньше». Говоря это, она уже мягко поправила край одеяла, затем повернулась и спокойно посмотрела на дядю.
«Пятый дядя, раньше Цин'эр была рассеянной, но я помню, что ты всегда был добр ко мне: летом приносил мне лотосовые стебли, а зимой ловил для меня птичек. Я хочу попросить тебя об одной услуге: пожалуйста, пока не рассказывай никому, что я пришла в себя, хорошо?»
Рот Ян Хуачжоу приоткрылся наполовину, он был так взволнован, что не успел рассмеяться, как услышал вторую половину фразы Ян Жуоцин. Он выглядел совершенно сбитым с толку.
«Почему? Это же такая хорошая новость! Как обрадуется твой отец, если узнает?» — упомянув своего третьего брата, Ян Хуачжоу немного охрип.
Небеса, похоже, играют с людьми. Всю жизнь третий брат мечтал, чтобы эта девочка выздоровела и в будущем вышла замуж, как обычная девушка. Теперь девочка пришла в себя, но сам третий брат...
"Пятый дядя, просто сделай как я прошу. Когда мой отец проснется, я сама с ним поговорю."
"Хорошо, пятый дядя послушает тебя."
"Угу!"
"Цин'эр, раз ты пришла в себя, иди тоже послушай в восточной комнате. Третий брат в беде, а третья невестка известна своей порядочностью. Иди туда, послушай, помоги принять решение. Я здесь присмотрю за третьим братом, иди скорее!"
"Хорошо!"
Ян Жуоцин и сама этого хотела. Взглянув на спящего на кровати Ян Хуачжуна, она стиснула зубы, развернулась и вихрем вылетела из комнаты.
Восточная комната, комната, где отдыхали старый глава семьи Ян и госпожа Тан.
Когда Ян Жуоцин толкнула дверь и вошла, она сразу же увидела всех мужчин из семьи Ян, за исключением нескольких неразумных двоюродных братьев и Ян Хуачжоу, который остался в западной комнате присматривать за Ян Хуачжуном. Почти все были в сборе.
Старый глава семьи Ян и трое его сыновей сидели по углам стола восьми бессмертных[1]. Старик Ян сидел на главном месте и неторопливо курил трубку. Светло-желтый дым кольцами выходил из отверстия трубки, поднимаясь вверх и скрывая его лицо с неясным выражением.
Начиная с левой нижней стороны от Старого Ян, по порядку шли старший сын Ян Хуаань, второй сын Ян Хуалинь, а также четвертый сын Ян Хуамин, сидевший напротив старшего брата Ян Хуааня.
Четыре двоюродных брата из старшей ветви семьи – Ян Юнсянь, Ян Юньцзинь, Ян Юньчжи и Ян Юньцин – стояли с опущенными руками позади старшего дяди Ян Хуааня.
Недалеко на кровати, с черным платком на голове, полулежала госпожа Тан, выглядящая слабой и обессиленной. У края кровати сидела беременная молодая женщина, смуглая и худая, одетая в грубую одежду с заплатками. Она держала в руках чашку чая и подавала ее госпоже Тан.
Войдя, Ян Жуоцин окинула взглядом комнату и наконец увидела свою мать, сидевшую в углу у стены. Госпожа Сунь, опустив голову и ссутулившись, сидела рядом с госпожой Цзинь на длинной скамье, и обе тихо всхлипывали.
Шаги Ян Жуоцин, вошедшей в дом, встревожили находившихся внутри членов семьи Ян. Несколько пар глаз устремились в ее сторону. Увидев, что это Ян Жуоцин, большинство поморщились с отвращением, а затем равнодушно отвели взгляд, погрузившись в свои мысли.
"Ты, дура, не спишь ночью, зачем бродишь в темноте? Это твоя комната? Катись отсюда!"
Госпожа Тан, которая только что выглядела слабой, внезапно выпрямилась и, стиснув зубы, злобно выругалась в сторону двери.
Ян Жуоцин стояла на месте, безучастно глядя на госпожу Тан на кровати, и, раскрыв рот, выглядела испуганной.
"Мама, не ругайте ее, это я позвала Цин'эр. Там темно, ей одной страшно!"
Госпожа Сунь, которая все это время пряталась в тени угла с опущенной головой, поспешно встала, подошла сюда и встала перед Ян Жуоцин, защищая ее.
Госпожа Тан, с каждым словом распаляясь всё больше, кричала: "Живи дальше со своим тупым и невезучим ничтожеством! Моего младшего сына загубили именно вы, мать и дочь с черными сердцами! Какой грех совершила семья Ян, что им достались такие злодейки, как вы..." Она схватила что-то, чтобы запустить в сторону двери, но, увидев, что это глиняная чашка для чая, поставила ее обратно. Затем она наклонилась, подняла с пола у кровати туфлю и метнула ее в их сторону.
Увидев летящую туфлю, госпожа Сунь ахнула, и ее лицо мгновенно побледнело.
Ян Жуоцин слегка прищурилась, собираясь оттолкнуть мать, но та вдруг обернулась, наклонилась и крепко обняла ее.
"Бум!"
Туфля ударила госпожу Сунь в спину с глухим стуком и упала на пол.
Ян Жуоцин почувствовала, как крупные слезы госпожи Сунь падают ей на шею. Ее пальцы, безвольно опущенные вдоль тела, неосознанно сжались в кулаки. В этот момент со стороны восьмигранного стола раздался звонкий стук трубки для сухого табака о край стола.
«Как вы ещё можете устраивать скандалы, когда дома происходит столько всего? Разве вы не подняли достаточно шума? Садитесь все!»
Старый Ян, с мрачным лицом и острым взглядом из-под суровых бровей, бросил на госпожу Сунь и Ян Жуоцин пронзительный взгляд.
1. Стол восьми бессмертных — это традиционный китайский квадратный стол, предназначенный для размещения восьми человек, по два с каждой из четырех сторон. Свое название он получил благодаря легенде о Восьми Бессмертных. Саму легенду в примечании приводить не буду из-за её значительного объема, интересующихся призываю самим поискать информацию в интернете.