Закалка клинка: когда сравниваешь себя с другими — хоть помирай!

— Вэй, брат, это было нечто!

— Твоя техника движений стала ещё более устрашающей, чем раньше!

— Чёрт подери, ты просто демон во плоти! Как тут не признать твоё превосходство?

Едва они вернулись в приватную комнату, как Чэн Цинсюэ, Цуй Юнфу, Сян Хао и остальные разразились восторженными возгласами. Изначально они лишь надеялись, что он продержится время, пока выпьют полчашки чая, а потом признает поражение — и на том всё. Кто мог подумать, что Вэй Хун заставит саму школу боевых искусств «Чёрный Медведь» остановить поединок. Пусть это и была ничья, но он заработал немало уважения.

— Хе-хе, после этой схватки мы сможем потешаться над Сюй Муфэном и его компанией ещё несколько лет, — Сян Хао расхохотался и продолжил. — Брат Вэй, ты всё ещё режешь свиней в мясной лавке? С твоим талантом это просто непростительная растрата. Вот что, переходи в наше охранное агентство, становись стражем. До достижения уровня очищения крови не нужно будет выходить на задания, а платить будем двадцать лянов серебра в месяц.

— Какой ещё страж? Бедность, тяжкий труд и никаких перспектив, — недовольно возразил Цуй Юнфу. — Брат Вэй, присоединяйся к ресторану семьи Цуй, каждый день не придётся заниматься никакими делами. До уровня закалённой кожи будешь получать тридцать лянов серебра в месяц, а после достижения уровня очищения крови — от двухсот лянов!

— И не стыдно предлагать такие гроши? — презрительно фыркнула Чэн Цинсюэ. — Вэй Хун, если согласишься войти в наш клан Чэн, мы обеспечим тебя всеми необходимыми ресурсами для практики. Достанем лучшие секретные руководства по боевым искусствам и положим к твоим ногам. Выбирай любую незамужнюю девушку из боковой ветви нашего клана. Разве не заманчиво?

Все наперебой пытались завербовать его. В династии Великая Чжоу процветала традиция боевых искусств, и все крупные и мелкие торговые дома стремились привлечь сильных воинов. Даже если просто числиться в списках — и то найдутся люди, которые будут бегать за тобой и приносить деньги. Поэтому настоящие силачи никогда не испытывают нужды в богатстве. Талант, который сейчас продемонстрировал Вэй Хун, естественно, вызывал желание в него вложиться.

— Друзья, право, неловко! — Вэй Хун поднял чашу с вином и виновато улыбнулся. — Я человек, равнодушный к богатству, люблю простую городскую жизнь, поэтому предпочитаю остаться в мясной лавке и резать свиней. Сейчас моя жизнь весьма комфортна — режу свиней, а в свободное время подрабатываю спарринг-партнёром в зале боевых искусств. Пока не хочу примыкать ни к одной из группировок, прошу понять.

— Хорошо! — Чэн Цинсюэ не только не разозлилась, но выразила искреннее восхищение. — У тебя действительно уравновешенный характер, не позволяешь пьянящему богатству затуманить глаза.

— Ха-ха-ха! — Сян Хао тоже добродушно рассмеялся. — Брат Вэй, не обижайся, просто твой талант вызывает неподдельную зависть. Мы с детства учились управлять семейным бизнесом и по привычке пытаемся привлечь таких, как ты. Но если у тебя другие стремления — тоже неплохо. Наша дружба чиста, как горный ручей — иногда потренируемся вместе, иногда выпьем — и ладно.

Такое их поведение заставило Вэй Хуна взглянуть на них с большим уважением. Готовность почитать талант и привлекать способных людей для клана, но не обижаться и не затаивать вражду при отказе — дети из богатых семей действительно отличаются от обычных людей. В них не было ни следа избалованности богатых наследников. Неудивительно, что их семьи могут передавать свое влияние из поколения в поколение.

Вэй Хун, хоть и не планировал полностью войти в их круг, но поддерживать дружеские отношения считал весьма полезным. Чем больше друзей, тем больше путей — важность связей он прекрасно понимал. Поэтому не отказывался от их тостов! Вскоре они уже расслабились, и атмосфера стала по-настоящему оживлённой.

В разгар пиршества Сян Хао не удержался от восхищения:

— Подумать только, мы с детства укрепляли кости отварами и травами, в три года начали тренировать кулаки, в шесть лет приступили к полноценной практике, и за десять с лишним лет достигли нынешнего уровня, потратив уйму семейных ресурсов. По сравнению с братом Вэем, мне становится по-настоящему стыдно!

— Точно говоришь, от сравнения с другими можно и помереть от зависти!

— Ха-ха-ха, рядом с Вэй Хуном мы просто бесполезные куски дерьма.

Все начали самоиронично смеяться. Лу Мин, немного подумав, напомнил:

— Кстати, сегодня ты крепко обидел Сюй Муфэна и его компанию. Вэй Хун, не боишься, что они захотят отомстить?

— Не станут они этого делать! — Чэн Цинсюэ уверенно покачала головой. — Они не из тех, кто не умеет проигрывать, и не будут специально преследовать Вэй Хуна. Хотя Мэн Кайшань с его жестоким характером...

— У воинов своя гордость, — Вэй Хун безразлично приподнял бровь. — Если люди узнают, что он не смог одолеть меня на арене, а теперь подло бьёт исподтишка, он станет всеобщим посмешищем. Никто в здравом уме такого не сделает, да и его клан никогда не позволит подобного бесчестья.

— Верно сказано!

Все согласно закивали. Чэн Цинсюэ улыбнулась, увидев их реакцию. Она хлопнула в ладоши, и служанка принесла стопку серебряных банкнот.

— Как мы и договаривались, вот сто лянов гонорара плюс пятьсот лянов выигрыша. Брат Вэй, пересчитай, если хочешь.

— Не нужно считать, я полностью доверяю барышне Чэн.

Вэй Хун не стал церемониться. Он спокойно принял банкноты, но внутри испытал странное чувство замешательства. Шестьсот лянов! Его дед не смог бы накопить столько за десять жизней. Ему самому пришлось бы резать свиней двадцать лет, не тратя ни копейки, чтобы собрать такую сумму. А для Чэн Цинсюэ и остальных это, наверное, стоимость одного ужина? Разрыв между людьми действительно до абсурдного огромен.

Выпивка продолжалась до середины дня, и наконец Вэй Хун распрощался. Покинув лодочную станцию, он сразу направился в кузницу на Западной улице. Сегодняшняя битва с Мэн Кайшанем заставила его остро почувствовать свою беспомощность. Несмотря на то, что его боевая техника была более отточенной, а движения более искусными, его атаки на противника были словно комариные укусы для слона — только смех вызывали, даже кожу не пробивали. Это ощущение было крайне неприятным! А что если у Чжэн Фушэна тоже такая защита?

Вэй Хун, поразмыслив, решил, что ему необходимо обзавестись оружием. Хотя бы маленький нож — всё лучше, чем сражаться голыми руками.

«Кроме того, надо бы как можно скорее раздобыть руководство по тайному оружию и тренироваться каждый день в свободное время. С годами навык непременно вырастет, и ещё один способ борьбы с противником точно не будет лишним».

Размышляя, Вэй Хун нашёл уединённую кузницу! В этой мастерской был только один лысый крепкий мужчина средних лет, который методично стучал молотом. Воздух был пропитан запахом горящего угля, уши наполнены звоном металла, а на стенах висело лишь несколько мотыг, серпов и кухонных ножей — обычные железные инструменты.

Однако Вэй Хун знал, что кузнец Ху — настоящий мастер своего дела. У него необщительный характер, он редко разговаривал с соседями, полностью посвятив себя кузнечному ремеслу. Обычные люди, возможно, считали его простым кузнецом, но уличные бродяги хорошо знали, что этот кузнец Ху не только владел отличными боевыми навыками, но и многие мастера боевых искусств платили ему большие деньги за изготовление оружия. Никто не смел его провоцировать.

Войдя в кузницу, Вэй Хун не стал оглядываться по сторонам. Он молча ждал, пока кузнец Ху закончит ковать кусок железа, и только потом вежливо сказал:

— Мастер Ху, пожалуйста, сделайте для меня маленький нож.

— Форма, материал! — коротко бросил кузнец Ху.

— Лезвие длиной три цуня, тонкое и пропорциональное, без кровостока! — Вэй Хун описывал, одновременно беря уголь у печи и рисуя на земле. — Рукоять и ножны из ели, клинок из тёмного железа, сложенного и закалённого не менее тысячи раз. Требования: острота, прочность, способность пробивать броню. Кроме того, на конце рукояти нужно отверстие для шнурка!

Кузнец Ху внимательно посмотрел на него и равнодушно назвал цену:

— Четыреста восемьдесят лянов!

Вэй Хун с облегчением выдохнул и сказал:

— И ещё сделайте мне сто иголок из тёмного железа.

— Пятьсот восемьдесят лянов, приходи через три дня.

От переводчика: "От сравнения с другими можно и помереть от зависти!" — говорят, смотря на Вэй Хуна. А я каждый день с этим живу, когда открываю Инстаграм и вижу, как мои одноклассники покупают третью квартиру, пока я радуюсь скидке на доширак. Мда, может мне тоже начать кулачную технику в подворотне практиковать.

(Конец главы)