Взаимовыгодное сотрудничество под маской неравенства

Переезд оказался делом нехитрым. В конце концов, у деда с внуком Вэй Хуном имущества было до смешного мало. На следующий день они одолжили одноколёсную тележку и за два-три захода перевезли все свои пожитки в новый дом. После быстрой уборки докупили немного кухонной утвари, и так они официально обосновались на новом месте.

Маленький двор был чистым и опрятным, с уборной, кухней и колодцем. Комнаты оказались просторными и удобными, в миллионы раз лучше, чем их прежняя лачуга в трущобах, где протекала крыша и задувал ветер. Старик Вэй только и делал, что восклицал, будто всё это сон.

Трёхдневный отпуск подошёл к концу! Вэй Хун без промедления отправился в мясную лавку на работу, переживая, как бы не упустить возможность зарезать нескольких свиней. Слава о его подвигах в школе боевых искусств "Железный Кулак" уже разнеслась повсюду, поэтому, едва переступив порог лавки, он встретился с недоумевающими взглядами Ли Даню и других работников.

Очевидно, никто не мог понять, как он, только начавший практику закалки кожи, сумел стать спарринг-партнёром ранга С в школе, да ещё и завоевать такую популярность.

— Братец Хун, говорят, ты в школе боевых искусств выдержал целых 13 боёв подряд, пока не выдохся? — первым не выдержал Ли Даню. — Чёрт возьми, ты что, какую-то дурь схавал?

— Просто особенное телосложение, — снова отмахнулся Вэй Хун этой отговоркой.

Окружающие ему завидовали, но ничего не могли поделать. В конце концов, телосложение — это то, что дано тебе небесами. Сколько ни завидуй, ничего не изменишь, остаётся только вздыхать и разводить руками!

Что касается такой небольшой славы, Вэй Хуна она не особо волновала. С его нынешней силой во всей мясной лавке мало кто мог бы его одолеть. Даже Ван Дачжи и его компания теперь смотрели на него с почтением и опаской. Любой, у кого есть хоть капля мозгов, понимал — отныне они с Вэй Хуном принадлежали к разным сословиям.

На бумаге все они были мясниками, но Вэй Хун был мясником с безграничными перспективами, и различие между ними было как между небом и землёй. А в будущем эта пропасть будет только расти. Однажды он станет человеком, на которого всем придётся смотреть снизу вверх.

— Ладно, давайте работать! — Вэй Хун похлопал Ли Даню по плечу и тихо сказал: — Сегодня я буду резать свиней сам, а ты займёшься овцами, идёт?

— Конечно! — на лице Ли Даню появилось странное выражение.

Обычные люди на работе предпочитали объединяться по двое, чтобы халтурить и отлынивать. А Вэй Хун, наоборот, стремился делать больше сам — вот уж действительно странность.

— Кроме того, давай договоримся как обычно, — продолжил тихо Вэй Хун. — Твоих овец буду резать я, а в качестве платы тебе будет переходить два моих положенных ежемесячных снадобья для закалки кожи по полцены.

— Что? Как это можно? — Ли Даню был так потрясён, что растерянно заёрзал на месте, явно не ожидая таких слов.

— Братец Хун, ты с ума сошёл? Не шути так, — Ли Даню неловко почесал затылок. — Подумаешь, зарезать пару овец, с чего бы тебе отдавать мне два ежемесячных снадобья для закалки кожи?

— Мне нравится работать ножом, и я люблю отплачивать тем, кто помогал мне, — нашёл отговорку Вэй Хун и улыбнулся. — Брат Даню, ты мне помогал, а у меня сейчас дела получше, так что хочу хоть как-то отблагодарить. Не отказывайся.

— Нет, нет! — Ли Даню отчаянно замотал головой. — Резать овец ты, конечно, можешь, но два снадобья для закалки кожи — это слишком ценно, я не могу так тебя использовать.

— Ничего страшного, я в школе за день-два спаррингов столько заработаю. Просто прими это, а когда станешь сильнее — поможешь и мне, верно?

После настойчивых уговоров Вэй Хуна Ли Даню наконец согласился. Так они заключили кажущееся неравным, но имеющее глубокий смысл соглашение. Отныне количество свиней и овец, которых Вэй Хун мог ежедневно убивать, снова возрастёт. А ему нужно было всего лишь пожертвовать двумя квотами на полуценные снадобья для закалки кожи. Для него эта вещь была не более чем бесполезным приложением — как ни крути, выгода была полностью на его стороне.

И вот под странными взглядами остальных они начали слаженно трудиться. Ли Даню сначала пошёл в загон для овец и связал одну, Вэй Хун мимоходом одним ударом ножа перерезал ей горло, после чего Ли Даню продолжил подвешивать тушу и снимать с неё шкуру.

«Что за хрень? Им нужно сотрудничать, чтобы зарезать овцу? Этот придурок Ли Даню что, от сиськи не оторвался?» — мысленно презирали их окружающие. Однако в присутствии Вэй Хуна никто не осмеливался сказать это вслух.

Он не обращал ни на кого внимания и направился в вонючий и грязный свинарник. Решительно выбрав самую большую и жирную свинью, он с размаху врезал ей кулаком по затылку.

Бум!

Эта мощная и сильная свинья, не успев понять, что происходит, уже отключилась от точного удара по нервам. Затем, на глазах у остолбеневших зрителей, Вэй Хун схватил её за ноги и бросил на разделочный стол.

Первый раз он резал свинью! И даже первый раз делал это в одиночку! Вэй Хун, конечно же, не собирался перенимать методы других работников и уж точно не собирался обниматься с грязной свиньёй. Его приём ловко решал проблему того, как одному человеку удержать свинью!

Одновременно с этим он без промедления вонзил нож в крупную артерию возле сердца животного.

Пух-пух-пух!

Свиная кровь хлынула потоком. Жирная свинья очнулась от боли и попыталась дёрнуться, но Вэй Хун тут же вырубил её ещё одним ударом.

Его техника "Кулак пяти зверей" уже достигла совершенства, и использовать боевое искусство против скотины было всё равно что из пушки по воробьям, но эти навыки произвели глубокое впечатление на присутствующих. Все мясники здесь были грубыми мужланами! Обычно они резали свиней, полагаясь на грубую силу, и никогда не видели таких умелых движений.

Как говорится, мастера видно с первого взгляда! Возможно, когда они слышали о том, как Вэй Хун прославился в школе "Железный Кулак", некоторые сомневались, но теперь, увидев своими глазами его лёгкую технику забоя, даже самые тупые поняли, насколько он опасен.

— Вот это мастерство, этот парень незаметно овладел отличной техникой кулачного боя.

— Похоже, это применение медвежьей силы из "Кулака пяти зверей"? И оглушает свинью, и не портит мясо — впечатляет!

— Твою мать, даже брат Ван вряд ли смог бы применить такую технику, а?

— Хм, может, у нас и сил побольше, чем у него, но что касается техники кулачного боя — тут мы даже близко не стоим. С этим пацаном шутки плохи.

Люди перешёптывались между собой. Вэй Хун продолжал их не замечать. Держа нож для разделки свиней, он терпеливо соскрёбывал щетину, словно ваял произведение искусства. Каждое его движение было наполнено непринуждённой грацией, приятной для глаз.

Конечно, при этом он двигался очень быстро! В его действиях не было ни капли промедления! В конце концов, он рассчитывал зарезать побольше свиней, чтобы получить достаточно жизненной силы и стать сильнее.

Соскоблить щетину, вынуть внутренности, отрубить конечности, разделать мясо! Каждый этап он выполнял почти безупречным владением ножа, незаметно включая в процесс элементы "Кулака пяти зверей" и дыхательные техники из "Тринадцати форм тигра", делая всю свою работу естественной и лёгкой.

Другим для убоя одной свиньи требовались двое! Вэй Хун же справлялся в одиночку, одним ножом легко разделывая огромную жирную свинью. Его отточенные движения и безупречное владение ножом могли бы вызвать восхищение у любого мясника. Даже самый опытный из них, Ван Дачжи, не решился бы сказать, что способен на такое мастерство.

Вспоминая, что всего несколько месяцев назад он был неуклюжим учеником на побегушках... Люди невольно вздыхали, удивляясь, насколько этот парень был демонически талантлив.

От переводчика: "Мужчина, практикующий боевые искусства, смотрит только на мощь техники" — это как те долб**бы, которые пишут в Тиндере "ищу девушку с богатым внутренним миром", а сами листают профили со скоростью световых импульсов, оценивая только сиськи.

(Конец главы)