Стремительный рост силы и полуночный обряд

— Брат Вэй, ты?.. Что с тобой случилось?..

В ночной тишине Вэй Хун, накинув бирюзовый халат, вышел из тренировочного зала. Цюцзюэ и остальные, сидевшие в беседке в ожидании Нового года, в шоке прервали чаепитие и оживлённую болтовню. Все застыли с разинутыми ртами, уставившись на изменившегося до неузнаваемости юношу.

Ещё во время ужина Вэй Хун выглядел как обычный парень с грубой кожей. Теперь же его кожа стала белой и нежной, а аура — исключительной, словно у сошедшего с небес бессмертного. Даже полуизношенный халат на его плечах смотрелся так, будто его носил настоящий аристократ.

Чуньлань и Цюцзюэ застыли в изумлении. Старик Вэй и бабушка Ван тоже смотрели на него с таким выражением, будто перед ними возник призрак.

— Не стоит удивляться, я только что прорвался и сменил слой кожи, — небрежно объяснил Вэй Хун. — Воины на уровне закалённой кожи при прорыве на каждый малый подуровень всегда линяют. Новая кожа немного более нежная, но через некоторое время всё вернётся в норму.

— Так вот оно что!

Услышав это, все с облегчением выдохнули. Старик Вэй не удержался от ворчания:

— А я-то думал, тебя нечисть одержала.

— Хватит нести чушь, — бабушка Ван не сдержала смешка. — То, что у Хуна выросла сила — это же прекрасная новость.

— Точно, если брат Вэй усилился, то и нам станет намного безопаснее, верно?

— Как здорово!

Напряжённая атмосфера заметно разрядилась. Вэй Хун улыбнулся, не опровергая этих слов. По правде говоря, после прорыва у него действительно появилась уверенность в противостоянии с Чжэн Фушэном. В конце концов, сила рук Чжэн Фушэна составляла максимум 1200 цзиней. Вэй Хун хоть и уступал ему на 300 цзиней, но его совершенное владение Кулаком пяти зверей было сравнимо с мастерством гуру, а в сочетании с оружием, пробивающим защиту, победа над более сильным противником становилась вполне возможной.

До прорыва в схватке с Чжэн Фушэном он, скорее всего, проиграл бы! Теперь же, встретившись с ним, даже в прямом столкновении у него были реальные шансы на победу. Более того, с каждым прошедшим днём, благодаря поглощённой жизненной силе, он становился всё сильнее, так что какой-то жалкий воин совершенного уровня закалённой кожи был теперь ему не страшен.

Осознав это, Вэй Хун почувствовал прилив хорошего настроения. Он даже специально решил проверить оборонительные способности своей новой кожи. С силой рубанул по руке кухонным ножом, и раздался металлический звук, словно ударили по железному блоку. Нож не только отскочил, но даже не оставил ни малейшей царапины.

Дзинь!

Вэй Хун с ещё большей силой нанёс второй удар. Окружающие испуганно втянули воздух сквозь зубы, увидев, как на его белоснежной руке появилась лишь тонкая кровавая полоска, причём рана быстро перестала кровоточить и затянулась струпом!

«Такая защита просто нечеловеческая!»

«Твёрдость и толщина кожного покрова претерпели качественный скачок, как минимум в семь-восемь раз по сравнению с предыдущим состоянием. Сейчас она достигла прочности обычной кожи животного».

«К тому же, под кожей медленно циркулирует поток ци-крови, и когда на меня нападают, он автоматически приливает к месту удара и отталкивает противника. Потрясающе!»

Вэй Хун с закрытыми глазами молча ощущал произошедшие после прорыва изменения, и на его губах невольно появилась улыбка. Он обнаружил, что изменения не ограничивались только этим. Сила, скорость, телосложение и даже скорость распределения ци-крови — всё претерпело кардинальные изменения. По сравнению с собой до прорыва, он стал сильнее не просто на один уровень!

А ведь с момента начала закалки кожи прошло всего около половины месяца. Такой пугающий прогресс, расскажи о нём кому-нибудь, точно заставил бы людей разинуть рты от изумления.

— Дедушка! — Вэй Хун запахнул халат и небрежно произнёс: — Сегодня вы сами встречайте Новый год, а мне нужно идти работать в мясную лавку.

— Так рано? — старик Вэй с беспокойством спросил. — Ты только что тренировался и даже не поспал. Как твоё тело это выдержит?

— Пустяки, — беззаботно улыбнулся Вэй Хун. — У воинов обильная энергия и мощная ци-кровь, даже три дня и три ночи без сна не вызовут усталости. Достаточно спать один-два часа в день. Сейчас же Новый год, в мясной лавке нужно зарезать много свиней, как я могу не пойти пораньше?

— Ладно, только будь осторожен! — наказал старик Вэй.

— Угу!

Вэй Хун кивнул и вышел за дверь. В праздничные дни объём работы по забою свиней и баранов был огромным, один день равнялся трём обычным. Как он мог упустить такую прекрасную возможность заработать жизненную силу?

Сейчас все ждали наступления Нового года! Вся столица превратилась в город, не знающий сна. Над головой сверкали великолепные фейерверки, запущенные богатыми и знатными домами, на каждом углу висели бесчисленные красные фонари, на улицах иногда попадались пьяные прохожие — повсюду царила праздничная новогодняя атмосфера.

Вэй Хун был похож на одинокого путника, идущего против течения. Он резко контрастировал с этим пышным празднеством, его взгляд оставался спокойным, как гладь древнего колодца. Он молча шагал по улице, не забывая даже во время ходьбы и дыхания практиковать основы стойки из своих «Тринадцати форм тигра», ни на миг не прекращая регулировать течение ци-крови.

Однако, дойдя до перекрёстка, он невольно остановился. В ночной темноте высокая худощавая фигура сидела на корточках у дороги, сжигая бумажные деньги. Перед ним стояло несколько мисок с белым рисом, мясные подношения, фрукты, две свечи и зажжённые благовония. Пепел от сжигаемых бумажных денег разносился ветром — очевидно, человек совершал обряд поминовения.

В этот день всеобщего семейного счастья такой человек выглядел несколько неуместно. Впрочем, за его спиной стояли два здоровенных мужика в одеждах банды Кровавых Воронов, поэтому никто не осмеливался ничего сказать. Прохожие лишь бормотали проклятия о неудаче и спешили прочь.

«Чжэн Фушэн?»

Вэй Хун прищурился, и их взгляды встретились! Это действительно был Чжэн Фушэн. Он, чужак в незнакомом месте, чувствовал себя особенно тоскливо в новогодний праздник и решил прийти к входу в трущобы, чтобы почтить память своего покойного брата. В результате он столкнулся с Вэй Хуном, идущим на ночную работу!

Будь это обычный прохожий, он, вероятно, не обратил бы внимания. Но Вэй Хун не был обычным прохожим. Его движения были уверенными, шаги — лёгкими, взгляд словно невзначай сканировал окружающее пространство, излучая характерную для воинов ауру. К тому же, после недавнего прорыва его кожа стала белой и нежной! Всё его существо источало благородный дух, который невозможно было недооценить.

— Кто вы такой? — невольно спросил Чжэн Фушэн.

— Просто прохожий, — равнодушно приподняв бровь, ответил Вэй Хун. — А что? Проходя ночью по улице, теперь нужно отчитываться? С каких пор банда Кровавых Воронов выполняет обязанности городской стражи?

— Ты что несёшь, сопляк?

— Твою мать, жить надоело?

Услышав это, два громилы гневно зарычали. Чжэн Фушэн внимательно осмотрел его, затем выдавил неискреннюю улыбку:

— Прошу прощения, мои подчинённые не знают правил. Проходите!

Вэй Хун ничего больше не сказал и пошёл прямо мимо них. После того, как он удалился, Чжэн Фушэн не удержался и спросил:

— Этот парень кажется странным. Вы знаете, кто он?

— Должно быть, это Вэй Хун, резник из мясной лавки «Чжу», подчинённый зала справедливости ассоциации Тигриная Голова, — с холодной усмешкой ответил один из громил. — Этого парня не видели больше полугода, его внешность и манеры сильно изменились. Если бы я не тёрся постоянно на улицах, то, пожалуй, и не узнал бы его.

— Хм?

Чжэн Фушэн с трудом подавил необъяснимое беспокойство в своём сердце и решил больше ничего не говорить. Всего лишь случайный встречный посреди ночи, к тому же человек из ассоциации Тигриная Голова — неудивительно, что в нём есть что-то необычное. Это же столица, где любой случайный прохожий может оказаться связанным с власть имущими, а все отношения и связи настолько сложны и запутаны. Как Чжэн Фушэн, деревенский увалень, мог осмелиться вести себя безрассудно?

От переводчика: "Кожа белее снега, и от него внезапно исходила аура изящного молодого господина." Короче, наш Вэй Хун теперь выглядит как корейский айдол после отбеливающей маски. Интересно, а если бы он в шоколад нырнул, стал бы чёрным рэпером?

"ЗАКАЛЁННЫЙ МЯСНИК" (feat. MC Тигриная Голова)

Йоу-йоу-йоу! Мясник Вэй в здании!

Купоросное масло — моя ванна, сука!

Белая кожа, но душа чёрная как ночь,

Режу свиней с утра, врагов — как придёт ночь.

Моя техника закалки — просто огонь, бро,

Линька прошла успешно, теперь я как айдол в поп!

Был обычный мясник, стал соской пиздатой,

В переулке Тяньбао я теперь номер один.

Чжэн Фушэн, сука, думал, что он здесь главный,

Но мой Потрошитель сделает из него фарш славный!

Я — Мясник Вэй, закалённый в железе!

Кожа белая, душа в черноте,

Сила растёт, как цены в аптеке,

Тринадцать форм тигра — и ты в ахуе!

Купаюсь в расплавленной меди — и мне похуй,

Сотня очков жизни — и я снова сухой.

Старик Вэй думал, что я призрак с того света,

А я просто практикую, мать его, до рассвета!

Сила моих рук — почти тысяча цзиней,

Удар в голову — и твой мозг, сука, остынет.

Кулак пяти зверей — моя печать смерти,

Закалённая кожа — лучшая броня, поверьте!

Мои навыки растут! И как хуй на молодой вдове,

Очки жизненной силы только множатся во мне.

Я как дракон, что в западне моря застрял,

Но скоро всплыву и разъебу этот карнавал!

Я — Мясник Вэй, закалённый в железе!

Кожа белая, душа в черноте,

Сила растёт, как цены в аптеке,

Тринадцать форм тигра — и ты в ахуе!

Мясник Вэй, сука! Запомни это имя!

Пока ты читаешь стихи — я убиваю свиней!

Переулок Тяньбао на связи!

Закалённое золотое тело, мазафака!

[Звук рассекаемого воздуха ножом]

(Конец главы)