Одной улыбкой стирая обиды прошлого

Раннее утро. Мясники, трудившиеся большую часть ночи, наконец смогли перевести дух. В то время как на прилавках кипела бойкая торговля, на кухне уже томилась дымящаяся мясная каша, а рядом с ней красовались только что испечённые паровые булочки — от одного вида которых рот наполнялся слюной.

Вэй Хун, прихлёбывая кашу, молча подсчитывал свою дневную прибыль. За одну смену он зарезал целых пять свиней, причём самых откормленных, и получил в итоге 113 единиц жизненной силы. Ли Даню же забил шесть овец, но поскольку кровь из них выпускал Вэй Хун, вся жизненная сила этих овец тоже пошла в его копилку — ещё 79 единиц! В сумме получилось 192 единицы жизненной силы.

«За один день почти 200 единиц жизненной силы?» — Вэй Хун не мог сдержать ликования.

Этого с лихвой хватит на два часа закалки кожи или чтобы напрямую увеличить жизненную энергию на несколько десятков пунктов — огромная прибыль, а главное — стабильная и долгосрочная. Стоит только копить её из года в год! Не важно, какие техники совершенствования он будет практиковать, не важно, насколько слабы его врождённые таланты — он сможет просто за счёт накопления очков методично наращивать силу. Так, без лишнего шума, он обойдёт бесчисленных сверстников, пока не займёт вершину этого мира. От одной этой мысли кровь закипала в жилах.

— Братишка Хун, о чём задумался? — поторопил его Ли Даню. — Давай быстрее ешь, скоро снова за работу.

— Угу! — кивнул Вэй Хун и невольно ускорил процесс поглощения пищи.

Однако, проглотив всего несколько кусков, он поднял голову и, оглядев собравшихся, произнёс:

— Братья, недавно я переехал в новый дом и двадцать третьего числа этого месяца собираюсь устроить новоселье в переулке Тяньбао. Если у вас будет время, буду рад видеть вас у себя за чашкой вина!

— Ого, брат Вэй устраивает новоселье? Это же замечательно! — послышалось со всех сторон.

— Точно, на такой праздник мы уж точно должны найти время!

— Не волнуйся, брат Вэй, мы обязательно придём.

Все были приятно удивлены и наперебой заверяли его в своём участии. Это заставило Ли Даню вспомнить первый день Вэй Хуна в мясной лавке, когда никто не хотел с ним даже разговаривать. Но теперь времена изменились, и мир стал иным! Когда Вэй Хун проявил достаточный потенциал силы, ему уже не нужно было ни к кому подлизываться — окружающие сами начали заискивать перед ним. Они даже радовались его скупому приглашению. Что и говорить, реальность бывает чертовски смешной.

Ещё смешнее было то, что Ван Дачжи тоже бесстыдно подошёл, бесцеремонно оттеснил Ли Даню и с заискивающей улыбкой тихо спросил:

— Поздравляю младшего брата Вэя с новосельем! Не знаю, могу ли я нахально напроситься на бокал вина?

— Конечно! — спокойно улыбнулся Вэй Хун. — Буду очень рад.

— Хорошо, хорошо, хорошо! — Ван Дачжи тут же расплылся в улыбке, и его брови разгладились.

Его так называемый «бокал вина» был не просто желанием выпить на празднике — он хотел прощупать отношение Вэй Хуна. Если тот всё ещё держит обиду за прошлое, то Ван Дачжи, вероятно, потеряет сон и аппетит от беспокойства. Но теперь, когда Вэй Хун искренне пригласил его, продемонстрировав непринуждённую манеру человека, готового забыть все обиды за бокалом вина, как ему не радоваться до безумия? В конце концов, никто не хочет оказаться в чёрном списке воина с безграничным потенциалом.

— Не беспокойся, младший брат Вэй, даже если мне придётся затянуть пояс потуже, я обязательно принесу тебе хороший подарок. Считай это извинением за нашу прошлую размолвку. Отныне мы с тобой родные братья, абсолютно без всяких конфликтов! — Ван Дачжи бил себя в грудь, давая гарантии.

— Хорошо, я буду ждать, — снова улыбнулся Вэй Хун, и атмосфера между ними заметно потеплела.

На самом деле он не держал особой обиды на Ван Дачжи и даже чувствовал некоторую вину. Как говорится, убивают только тех, кто сам напрашивается; мужские распри решаются в честном поединке, а вредить семье — это уже слишком. Тогда Вэй Хун был слишком слаб и мог выжить только при помощи низких приёмов, о чём теперь немного сожалел. Теперь, когда Ван Дачжи сам предложил помириться, зачем цепляться за мелкие обиды? Вэй Хун всегда был человеком непринуждённым: одна улыбка — и вражда забыта!

Конечно, если в будущем Ван Дачжи снова потеряет чувство меры, он не против разрешить и старые, и новые обиды за один раз. Ведь с каждым днём он становится всё сильнее и совершенно не боится потенциальных врагов.

***

После обеда все, как обычно, приступили к тренировкам боевых искусств. Однако Вэй Хун не присоединился к общей тренировке, а направился прямиком во внутренний двор к Чжу Сыхаю.

— Что такое? — спросил Чжу Сыхай, сидя в беседке и попивая чай. — Ты тоже хочешь пригласить меня на новоселье?

— Разумеется! — Вэй Хун без церемоний налил себе чашку чая и с улыбкой сказал. — Как я могу не пригласить дядю Сыхая на своё новоселье? Вы же мой величайший благодетель.

— Какой ещё на хрен благодетель, — Чжу Сыхай не поддался на эту лесть, хотя уголки его губ всё же тронула улыбка, а взгляд стал более дружелюбным.

Вэй Хун теперь принадлежал к его фракции, работал усердно и старательно, а потенциал имел неограниченный. С таким талантом он, естественно, был рад сблизиться.

— У тебя же наверняка есть ещё какое-то дело, парень? — Чжу Сыхай отставил чашку и спросил. — Не тяни, говори прямо.

— Я хочу уйти с работы пораньше, после полудня, чтобы пойти в боевой зал подработать спарринг-партнёром.

Вэй Хун не стал скрывать и прямо изложил свою просьбу. На самом деле во второй половине дня в мясной лавке практически не было работы. Мясо было почти всё распродано, и большинство оставшихся людей просто тренировались. Его ранний уход не вызвал бы никаких проблем, и если главный господин согласится, никто другой не посмеет и слова сказать.

— Я так и знал, что у тебя что-то на уме, — Чжу Сыхай небрежно махнул рукой. — Но ты работаешь усердно, так что можешь уходить днём пораньше, впредь сам решай.

— Ладно! Спасибо, дядя Сыхай, — радостно заверил Вэй Хун. — Так или иначе, я точно не подведу лавку, можете не волноваться!

Сказав это, он встал, собираясь уходить. Чжу Сыхай помедлил мгновение, но всё же не удержался и предупредил:

— В последнее время тебе лучше держаться тише, не ввязывайся в неприятности. Если второй главный будет к тебе придираться, лучше стерпи и постарайся избежать конфликта.

— О? — Вэй Хун удивлённо поднял брови.

Что происходит? Неужели Чжу Сыхай боится второго главного Таня Фэя?

— В ассоциации Тигриная Голова внутренние беспорядки, — вздохнул Чжу Сыхай с озабоченным лицом. — Глава зала справедливости прошлой ночью был тяжело ранен в результате скрытного нападения мастера из банды Кровавых Воронов, а его заместитель уже что-то замышляет...

Вэй Хун сразу понял, о чём идёт речь. Глава зала справедливости был покровителем Чжу Сыхая, а заместитель главы — покровителем второго главного. Явное и скрытое противостояние между их покровителями легко могло повлиять на их собственное положение. Неудивительно, что Чжу Сыхай выглядел таким озабоченным. Очевидно, эта ситуация уже оказывала на него немалое давление.

— Не беспокойтесь, дядя Сыхай, я буду осторожен, — Вэй Хун не выказал тревоги и не пожалел о том, что встал на сторону Чжу Сыхая, лишь улыбнулся и повернулся, чтобы уйти.

Во внешние беспорядки он всегда старался не вмешиваться, если была такая возможность. Тань Фэй был человеком замкнутым и необщительным. За несколько месяцев в мясной лавке Вэй Хун видел его всего несколько раз, а разговаривал и того меньше — не наберётся и пяти слов. Вряд ли он мог чем-то его обидеть. Даже если Тань Фэй захватит власть, Вэй Хуну всё равно.

«Лишь бы мне не мешали резать свиней, а какой там бардак творится — не моё дело», — пробормотал Вэй Хун про себя.

От переводчика: "Не важно, какие техники совершенствования он будет практиковать" — говорит парень, который буквально высасывает души из свиней. Пять хрюшек — 113 единиц жизненной силы. А теперь представьте, сколько бы он получил, если б работал в налоговой инспекции.

(Конец главы)