Ужасающий хищник

Мин-Дже возвращается на крышу как раз в тот момент, когда часовой отдых подходит к концу. Он хранит молчание, но атмосфера вокруг него кажется теперь иной. В нём всё ещё чувствуется сильное разочарование, но оно ощущается менее горьким и грязным. Но кто его вообще знает, ладить с людьми трудно. Почему все не могут быть такими же простыми, как приспешники и наш будущий животный властелин? Тогда всё стало бы куда проще.

"Такой хороший мальчик."

Я чешу живот Бисквита. Самый красивый корги из когда-либо существовавших смотрит на меня со сбитым с толку выражением мордочки, но, будучи совершенным созданием, просто принимает это и начинает вилять своим коротким хвостом. Корги Эмоциональной Поддержки составляет отличную конкуренцию ПЭП.

"Нат…"

Мин-Дже хочет что-то сказать, но я перебиваю его.

"Ты молод и глуп. Но было бы здорово, если бы ты перестал переживать из-за бесполезных вещей. И возьми себя в руки, до окончания турнира я спрошу тебя о твоём глазе."

"Х-хорошо."

Я машу рукой, а затем меня призывают на Арену, чтобы я сразился с Swordmaster'ом. На этот раз арена тоже выглядит иначе. Огромное поле, покрытое достающей мне до середины голени травой, колышется под непрерывным ветром. Это создаёт иллюзию красивых зелёных волн из травы.

Повсюду также разбросаны каменные столбы. Некоторые из них размером со здания, другие ниже меня. Небо имеет лёгкий оранжевый оттенок, предвещающий скорый закат. На нём нет ни облачка, но оно выглядит так, словно вокруг планеты есть кольцо, подобное кольцу вокруг Сатурна.

"Здесь красиво, пока что самая приятная арена."

Swordmaster, как и я, осматривается; никто из нас не спешит начинать бой. Мужчина вежлив и не стал нападать на меня, пока я оглядывался, поэтому он получает очко в свою пользу.

"Хочешь поспорить, что это место действительно существует за пределами Обучения? Тебе может выпасть шанс побывать здесь, если повезёт," — предлагаю я.

"Не думаю, что подобное путешествие окажется таким уж простым."

Он качает головой.

"Только ближайшая к нам звезда находится в нескольких световых годах."

"С таким настроем точно нет," — произношу я.

"Я просто машу своим мечом. Космические путешествия не для меня."

Произнеся это, он вытаскивает свой меч с прекрасным клинком, созданным из эфиро-кристалла. Совсем нетрудно угадать свойства оружия, которое наверняка имеет эпический ранг.

Будучи хорошего мнения об этом человеке, я отчасти повторяю его действия. Моя мана просачивается в руку, удлиняется и формирует меч. Я усиливаю воздействие и сжимаю её до тех пор, пока клинок не становится тёмно-синим с завихряющимися внутри светло-голубыми и пурпурными цветами. Мой ⌠Регулятор Маны⌡ перенаправляет большую часть маны в ⌠Укрепление⌡, и мы встаём друг напротив друга.

Swordmaster атакует первым в полном молчании; трава вокруг него едва реагирует на его движения.

Когда я использую кинетическую энергию для рывка, позади меня возникает ударная волна, создающая эффект ряби на зелёной траве. Трава теряет часть своего цвета, а шум ветра становится более отдалённым по мере того, как я всё глубже погружаюсь в [Концентрацию].

Воздух содрогается, когда наше оружие сталкивается; всего один обмен ударами даёт ясно понять, что он куда более искусен в обращении с оружием. С другой стороны, я сильнее и быстрее благодаря огромному количеству маны, укрепляющей моё тело.

Вскоре Swordmaster начинает уклоняться от моих атак, стараясь предугадывать и читать их, вместо того чтобы с трудом блокировать удары.

Мы атакуем друг друга; оружие создаёт небольшие ударные волны, невидимые разрезы вслед за клинками или искры маны, взрывающиеся в воздухе.

Постоянно меняя позиции и используя столбы, чтобы прятаться за ними или запрыгивать на них, мы ведём простой бой. Мы не тратим много маны и почти не используем навыки.

Я обнаруживаю, что наслаждаюсь процессом даже находясь глубоко в [Концентрации]. Есть нечто приятное в том, чтобы просто двигать своим телом и реагировать на движения противника, пока он делает то же самое. Swordmaster очень талантлив и также понимает, что всё это могло закончиться уже давно, поэтому временами происходящее напоминает урок, когда он концентрируется на моих слабостях. Когда я хотя бы немного исправляю их, он переключает внимание на другие недостатки.

И всё же десять минут спустя он несколько раз отпрыгивает назад. Ещё больше маны просачивается в прозрачный клинок, который начинает светиться, как и мана вокруг него.

Из моего ⌠Вихревого Ядра⌡ вытекает больше кинетической энергии, и мы бросаемся друг на друга; последний обмен ударами превращает его в белые частицы, когда Система телепортирует его прочь, и вскоре я следую за ним.

У меня уходит несколько минут на то, чтобы прокрутить в голове наш бой, и я чувствую, как моё настроение немного улучшается. Эта дуэль была весёлой; со всей этой маной я почти забыл, насколько приятно просто двигаться.

Следующая дуэль проходит между Brainiac'ом и Bard'ом; Brainiac одерживает победу и попадает в восьмёрку лучших так же, как и я.

После этого наступает очередь Бисквита. Прежде чем он исчезает, я желаю ему удачи и обещаю целую гору вяленого мяса в случае победы.

На той же арене, где сражался я, друг напротив друга оказываются корги и Гарет. Трава мягко пригибается под порывами ветра, когда Бисквит взмывает в воздух.

"Это неловко. Я буду чувствовать себя ужасно, сражаясь с тобой."

Гарет вздыхает.

Произнеся это, Гарет всё же создаёт вокруг своего тела серебряную броню и корону такого же цвета над головой. Возле его плеч формируются две сферы. Похоже, он не недооценивает своего противника.

Десятки пурпурных щупалец вырываются из Бисквита, окружая и хватая Гарета, который разрывает некоторые из них чистой физической силой и разрезает остальные созданным оружием, освобождая себя.

Но этого краткого мгновения оказывается достаточно, и сфера, которую подготавливал Бисквит, уже завершена. Она больше любой из тех, что он создавал ранее, а её пурпурный цвет сменяется ярко-белым. Кажется, он решил вложить всё в эту единственную атаку.

Бисквит падает вниз с того места, где парил, совершенно обессиленный. Каждая унция его маны ушла на создание сферы, которая уже преодолела большую часть пути до Гарета, только что вырвавшегося из щупалец.

Гарет удивлённо кряхтит; корона над его головой начинает сиять ярче. Две серебряные сферы Гарета сливаются в одну и устремляются к ярко-белой сфере, заключая её внутрь себя.

Когда сфера Бисквита взрывается, Гарет продолжает накладывать барьер за барьером до такой степени, что его корона несколько раз мерцает, но выдерживает натиск. Серебряный свет его барьера, окружающего сферу, расширяется всё сильнее. Взрыв растягивается и увеличивает барьер в размерах, прежде чем ослабевает, и Гарет сжимает его.

В конце концов свет от взрыва внутри сферы угасает, и Гарет отшвыривает её далеко в сторону, где она разрывается, и интенсивный жар выжигает огромную часть поля.

Сделав несколько шагов, Гарет останавливается перед Бисквитом, который едва может пошевелиться и смотрит на мужчину снизу вверх.

"Это была очень мощная атака, у меня осталась лишь крохотная капля маны," — мягко произносит он.

Он протягивает руку к Бисквиту, который позволяет мужчине себя погладить.

Гарет мягко улыбается.

"Пожалуйста, не мог бы ты сдаться? Я не хочу причинять тебе боль."

Вместо этого Бисквит делает резкое движение и кусает Гарета за руку.

Поначалу Гарет отшучивается, называя это милым, но вскоре на его лице появляется шокированное выражение, и он отпрыгивает назад; с его руки капает кровь, прежде чем рана затягивается.

Бисквит скалит зубы; его обычно добрые карие глаза светятся с пурпурным оттенком. Тень позади него расширяется, выглядя гораздо массивнее, чем должна быть, и внутри неё закручивается бесчисленное множество щупалец.

Слизывая с губ оставшуюся каплю крови Гарета, Бисквит кажется намного больше, чем раньше, хотя внешне ничего не изменилось. Его милая маленькая пасть ощущается куда более огромной, чем даже у его ученика, а зубы выглядят опаснее.

Раздавшийся рык звучит первобытно. Грубый рык ужасающего хищника.

Гарет так и не получает возможности атаковать; Бисквит исчезает, сдавшись в этой дуэли.

Бисквит снова появляется у меня на коленях, устроившись так, что я не вижу выражения его мордочки или глаз. Я вижу лишь очертания его тела и затылок.

Он медленно поворачивается ко мне, и мне удаётся её разглядеть.

Выражение его мордочки возвращается в норму, а глубоко в глазах искрится дерзость.

"Еда!"

Я быстро достаю несколько кусочков вяленой оленины, которые были у меня с собой, и скармливаю их Бисквиту.

Наклонившись к его уху, я шепчу:

"Я не против, если ты начнёшь пожирать планеты или типа того. Но постарайся не есть людей. Они грязные."

Не хотелось бы, чтобы он распробовал их на вкус. Если у него разовьётся такая же зависимость, как к вяленой оленине, это может стать очень опасным.

"Еда!"

В тоне его голоса сквозит разочарование. Как я смею думать, что он станет есть что-то, кроме высококачественной вяленой оленины?

В следующем бою Wanderer побеждает Zenith'а, везучего или невезучего участника со Сложной сложности.

Savant с лёгкостью побеждает Rook'а, а Тесс одолевает Meridian'а, который тоже прибыл со Сложной сложности.

Tacita сталкивается с Vesper'ом, тем самым тощим мужчиной, который победил Мин-Дже. С самого начала она, кажется, испытывает презрение к этому человеку, судя лишь по тому, как она на него смотрит. Когда он сливается с окружением, она лишь приподнимает бровь, а её глаза продолжают двигаться, явно отслеживая мужчину, который считает себя невидимым.

Выругавшись, он появляется снова, и она уклоняется от нескольких брошенных им кинжалов. Затем Tacita исчезает.

Vesper, по лбу которого катится пот, продолжает оглядываться по сторонам, размахивая кинжалом и пробуя множество навыков, но он не может ничего сделать.

Один из его пальцев падает на землю, затем ухо, затем нога. Tacita отсекает всё это в быстрой последовательности, так что мужчина даже ничего не замечает.

Ясно, что он вот-вот сдастся, но прежде чем он успевает это сделать, появляется Tacita; она стоит прямо перед ним, вонзив кинжал ему в шею.

Они оба исчезают, победитель определён.

Когда AnotherOneHere выигрывает свою дуэль против Luminary, определяется восьмёрка лучших этого события.

< ◇ >

Группа 2 – Noname

Группа 3 – Brainiac

Группа 5 – Гарет

Группа 7 – Wanderer

Группа 9 – Savant

Группа 12 – Sset

Группа 13 – Tacita

Группа 16 – AnotherOneHere

Внимание. Теперь на Арене можно умереть.

< ◇ >

Больше нет никаких сообщений, но даже этого единственного предложения достаточно, чтобы моё настроение изменилось. Смутная скука, которую я испытывал до этого момента, бесследно исчезает.

Насколько сильно вообще можно предвкушать бой, если знаешь, что последствий не будет? Ни смерти, ни реальной опасности. Конечно, это весело – иметь возможность выложиться на полную, не беспокоясь о таких бесполезных вещах, как поломка собственного тела или расплавление мозгов под давлением своей же маны.

Но вот это? Мне это действительно нравится. Так намного лучше.

Как и прежде, до следующей дуэли остаётся час, но я уже чувствую головокружение от предвкушения.

"Пожалуйста, не убивай Brainiac'а, он иногда бывает мудаком, но он хороший парень," — произносит Деннис.

Он подходит ближе и толкает меня в бок.

Аарон тоже присоединяется к разговору.

"В смысле, ты мог бы его немного поколотить, парень этого точно заслуживает, но убивать его было бы уже чересчур."

"Конечно-конечно."

Я отмахиваюсь.

Эти два мелких придурка обожают такие шутки. Или, по крайней мере, я думаю, что они шутят и говорят не всерьёз. Они ведь не думают, что я и в самом деле убью этого парня, верно? В смысле, для этого нет никаких веских причин, и, хотя временами Brainiac раздражает, он не так уж и плох.

< ◇ >

Noname vs Brainiac'а

Gareth vs Wanderer'а

Savant vs Sset

Tacita vs AnotherOneHere

< ◇ >

Скоро событие завершится, осталось всего несколько боёв.

◯

Арена для четвертьфиналов снова выглядит иначе. На этот раз это озеро, размером наверняка с целый город. Это озеро совершенно спокойно, и вода в самом глубоком месте едва достаёт мне до щиколоток.

Спокойствие озера делает его похожим на зеркало; поверхность идеально отражает голубое небо. А там, очень-очень далеко, возвышается гигантское дерево. Мне трудно угадать его высоту, но она должна составлять как минимум несколько километров.

"Хочешь взглянуть на дерево, прежде чем мы начнём сражаться?" — спрашиваю я Brainiac'а, который уже стоит напротив меня.

"Даже не знаю, чувак, оно кажется очень далёким, да и как долго, по-твоему, Система позволит нам здесь находиться?" — отвечает он.

"Мы можем это проверить. Ты всё равно проиграешь, так что в худшем случае просто сдашься," — предлагаю я.

"Ауч... не обязательно быть таким прямолинейным."

"Ну так что?" — спрашиваю я.

"Чёрт возьми, ладно, давай посмотрим на это дерево."

Он вздыхает.

Я взмываю в воздух, останавливаюсь рядом с ним и хватаю его созданной рукой из маны. Перед нами я формирую заострённый барьер, а позади оставляю якорь, чтобы оценивать пройденное расстояние. Затем я начинаю высвобождать кинетическую энергию, накопленную внутри моего ядра, попутно восполняя её через своё термокинетическое сердце.

Постепенно я увеличиваю скорость нашего полёта, игнорируя жалующегося Brainiac'а сбоку от себя. Я лечу так несколько минут, но дерево, похоже, ничуть не приближается. Я даже использую свои глаза, чтобы осмотреть его, но не могу обнаружить никакой проблемы; проверив свой якорь, я со вздохом приземляюсь.

Обернувшись, я вижу, что якорь находится всего в нескольких секундах полёта позади нас.

"Видишь, всё как в играх, ты не можешь покинуть зону."

"Могли бы," — не соглашаюсь я с ним.

"Проблема не в Системе, а в этом месте. Похоже, это влияние озера, а я не могу ни нарушить этот эффект, ни заглянуть сквозь него. Если бы я мог, мы бы сумели добраться до дерева," — объясняю я.

"Значит, это не арена так устроена, а таков эффект самого места, которое Система выбрала для арены?"

"Ага."

"Как бы то ни было, почему ты так заинтересовался этим деревом?"

"Я думаю, оно может быть живым, подобно Живому Дереву на четвёртом этаже, поэтому мне захотелось это проверить. Но это не имеет значения, раз уж мы не можем до него добраться."

Я делаю несколько шагов; каждый из них пускает рябь по этому мелкому озеру и разрушает отражение на его поверхности, после чего я останавливаюсь и поворачиваюсь лицом к Brainiac'у.

Он всё быстро понимает и тоже делает ещё несколько шагов назад, разрывая дистанцию до комфортной.

Вода, в которой он стоит, слегка рябит, и по воздуху в меня выстреливает около дюжины снарядов. Каждый из них размером с мой мизинец и невероятно острый. Присутствуют даже несколько более слабых и мелких снарядов в попытке замаскировать основные.

Как и всегда, его атаки, судя по всему, созданы либо из ветра, либо из сжатого воздуха, либо из чего-то ещё. Возможно, из вакуума, если так подумать?

Я наклоняю голову, чтобы уклониться от двух, и делаю шаг в сторону, избегая ещё нескольких. Я позволяю трём снарядам врезаться в моё предплечье, не особо его укрепляя; выступает кровь, поскольку снаряды почти пробивают его насквозь.

Изучив снаряды, застрявшие в моём предплечье, я обнаруживаю, что они имеют некоторый вес и ощущение массы. И всё же я не могу определить, из чего они сделаны.

Снаряды, промахнувшиеся мимо меня, теперь возвращаются из-за моей спины, и я посылаю им навстречу разрушительную волну. Половина из них исчезает, а другая половина никак не реагирует. В них больше не осталось маны, и они летят исключительно по инерции, будучи, по-видимому, созданными из какого-то материала.

Я уклоняюсь и ещё какое-то время изучаю атаки, иногда позволяя некоторым из них задеть меня для проверки. У Brainiac'а в запасе есть ещё пара неожиданных навыков, но именно эти снаряды интересуют меня больше всего, поэтому я не тороплюсь.

Когда мне это надоедает, я посылаю мощную разрушительную волну, а затем позволяю огромному количеству золотого пламени вырваться из моего ядра.

В последний момент я кое о чём вспоминаю, усиливаю контроль и останавливаю пламя прямо в воздухе; вода под ним шипит и испаряется.

"Т-ты что, только что едва меня не убил?"

Я быстро снижаю их мощь; золотой цвет сменяется жёлтым, и я уменьшаю поток пламени до четверти от прежнего объёма.

"Noname! Ты что, блядь, забыл, что теперь мы можем умереть?!"

Я позволяю пламени продолжить движение к Brainiac'у на гораздо более низкой скорости, и, выругавшись, он сдаётся.

За пределами арены никто не произносит ни слова, но Майя хихикает до тех пор, пока Тесс легонько не даёт ей подзатыльник.