Шаман

Это больно.

Это утомительно.

Но я встаю и сжимаю окровавленное полу-копьё в правой руке. В нос ударяет ржавый запах крови. Другая моя рука бесполезно висит вдоль тела. Сломанная где-то под плечом. Я даже не могу пошевелить ею без боли, заставляющей моё зрение помутиться.

Гоблин-шаман стоит здесь, указывая на меня одной рукой и что-то бормоча себе под нос.

Я отпускаю сломанное копьё, хватаю с земли камень и тут же швыряю его в гоблина.

Удивительно, но его пение прерывается, и он хмурится. Вместо того, чтобы ударить его, камень замедляется по мере приближения к нему, а затем падает примерно в метре от него.

Я делаю это снова и получаю тот же результат.

Его бормотание прекращается, и камень замедляется примерно в 3 метрах от него, а затем снова падает вниз. Он что-то кричит, и я быстро прыгаю за дерево, но страшного шума нет, и дерево не взрывается. Вместо этого я снова слышу, как он что-то повторяет.

Потом слышу выстрел.

Мы все на секунду замираем, и неестественная тишина наполняет всё вокруг.

Ещё один выстрел.

Хэдвин направляет пистолет на шамана. Удивительно, но зелёное существо не умерло. Даже не ранено. То же самое происходит с пулей, что и с камнями.

Когда она входит в область рядом с гоблином, она замедляется, и мы можем видеть, как она медленно путешествует по воздуху. Потом останавливается и падает.

«Чёрт…» Голос Хэдвина уставший, и он медленно хромает.

Тем не менее, он, кажется, находится в лучшем состоянии из нас троих. Софи держит кусок ткани на раненой руке, глядя на гоблина-шамана. Деймон сидит на земле и прислонился к дереву. Я даже не уверен, в сознании ли он или вообще жив.

Гоблин смотрит на нас, и его взгляд полон ненависти. Он скалит острые зубы, и из его рта вырывается глубокое шипящее рычание.

Я приближаюсь к нему своим усталым телом, и единственное, о чём я могу думать, это убить его.

Я бросаю в него несколько вещей, подходя ближе: камень, ветку, кусок затвердевшей грязи. Каждый раз они просто замедляются в воздухе и падают рядом с ним. Но каждый раз, когда я это делаю, его пение останавливается, а его лицо становится всё злее и злее.

"Тебе это не нравится, да?" Я ухмыляюсь и чувствую кровь во рту.

Я выплевываю её, продолжая подходить ближе и швырять в него всякими вещами.

«Чёртов кусок дерьма».

Он продолжает издавать ужасные звуки, может быть, даже слова. Он совсем не выглядит обеспокоенным, когда я останавливаюсь всего в нескольких метрах от него.

Это улыбка на его лице?

Подонок.

Я вонзаю в него своё копьё, но на некотором расстоянии от него начинаются странные ощущения, как будто копьё движется по патоке, и чем ближе оно к гоблину, тем хуже становится ощущение.

Примерно через метр мой удар теряет всю свою силу.

Когда пытаюсь быстро вытащить обратно, становится ещё хуже, как будто застряло в чём-то.

Поэтому я просто отпускаю копьё, и оно медленно падает на землю, почти как пёрышко.

Ухмылка гоблина становится ещё шире, и он кастует быстрее.

Считай ты покойник.

Я делаю шаг к гоблину, и на мгновение его улыбка становится ещё шире.

Затем она мгновенно исчезает с его лица, сменяясь полнейшим шоком.

Я вхожу в зону вокруг него, двигаясь очень медленно. Я вовсе не нападаю на него, просто делаю шаг к нему. Действительно медленный шаг.

Есть некоторое сопротивление, почти как при движении под водой, и когда я пытаюсь быстро двигаться одним пальцем, сопротивление становится намного сильнее.

Так вот как это.

Удивительно.

Его улыбка исчезает, и кажется, что он запнулся на мгновение, прежде чем возобновить пение.

Я продолжаю медленно приближаться к нему. Моё тело слегка повёрнуто, моя раненая рука обращена к нему.

Войдя в зону вытянутой руки, я чувствую, что сопротивление немного ослабевает.

Гоблин, наконец, прекращает пение, и в его руке появляется кинжал. Он движется медленно, на него также влияет поле вокруг него.

Я снова концентрируюсь и пытаюсь отправить последние капли маны через своё тело.

Шаман, оказывается ещё худшим бойцом, чем другие гоблины, то как он просто наносит удар мне в грудь.

Я уже уклоняюсь ещё до того, как он делает колющее движение.

Расположение его ног.

Его позиция.

Как он поворачивает своё тело.

Я предугадываю, куда он собирается нанести удар, и слегка двигаю своим телом, чтобы он едва промахнулся по мне.

Когда его кинжал оказывается в моей досягаемости, я замечаю страх в его глазах. Он медленно понимает, что промахнётся, и я вижу, как борется его тело. Мышцы подёргиваются, выражение его лица становится всё мрачнее и мрачнее.

Почему ты перестал улыбаться?

Это уже не смешно?

Улыбочку для меня.

Он пытается двигаться настолько насколько может и изменить направление удара. Затем он пытается быстро отвести свою атаку назад. В его движениях чувствуется паника.

Но он не может. Он также ограничен неестественным полем вокруг своего тела.

Когда он начинает вытаскивать кинжал для нового удара, я хватаю его за горло пальцами. Я концентрирую большую часть оставшейся маны в своей руке и пытаюсь погрузить кончики пальцев в его шею.

Монстр пытается убежать, но я иду за ним с той же скоростью, а он паникует всё больше и больше.

Он продолжает пытаться двигаться быстрее, чем может, и его продолжают ограничивать, в то время как я просто медленно следую за его движением со скоростью, которую мне позволяет поле.

Приближается ещё один удар. По тому, как он двигается, я знаю, что если я увернусь, он продолжит и попытается нанести удар руке, держащей его шею.

Я должен увернуться.

Это умно уклоняться.

Но я просто перемещаю своё тело, и вместо этого его кинжал вонзается в мою сломанную руку.

Боль ужасная, намного хуже, чем я ожидал. Кинжал медленно вонзается в мою кожу, разрывает мышцы и царапает кости.

Но я не отпускаю. Вместо этого я сжимаю его шею сильнее и сильнее. Оставшейся рукой он уже царапает мне правую руку, оставляя на предплечье глубокие кровавые полосы.

Я почти боюсь, что сломаю зубы от того, как сильно я их сжимаю. Это самая большая боль, которую я когда-либо чувствовал в своей жизни.

Затем он крутит кинжал у меня в руке, и я чувствую, как по моим щекам текут слезы.

Я ничего не могу с собой поделать, но из моего рта вырывается болезненный стон.

Но я не отпускаю.

Я сжимаю всё сильнее и сильнее.

Я чувствую кровь с его шеи на своих пальцах, а затем, наконец, проникаю в более мягкую кожу шеи. Это отвратительно, и я уверен, что никогда не забуду это чувство.

Кровь течёт по его шее и попадает на мои руки, когда я хватаю его кадык и начинаю вытаскивать его из шеи. При этом я теряю последние капли своей маны.

Потом слышу тихий шум, как будто что-то ломается, колье на шее разваливается.

Ощущение того, что моё тело находится глубоко под водой, мгновенно исчезает.

Гоблин-шаман падает на землю, прижимая руки к дыре в шее. Сквозь его пальцы течёт кровь, и он издаёт звуки, о которых я уже хочу забыть.

Через несколько секунд борьбы блеск исчезает из его глаз.

Только страшное, ненавистное выражение остаётся на его лице, так как до последнего момента он всё ещё смотрел на меня.