Неизвестность

Дни медленно катились к грозовой развязке, и казалось, что каждый рассвет приносил новые плохие вести. Обстановка в Брин-Кош становилась настолько натянутой, что воздух между стенами почти звенел от напряжения. Теократы осторожно, но настойчиво пытались склонить на свою сторону некоторых наставников и учеников; в то же время со стороны тёмных сил продолжали проникать в крепость шёпоты, угрозы и странные подношения.

Я, Аока, чувствовал, что надвигается критический момент — возможно, схватка, возможно, политический переворот, а может, даже внезапное нашествие чудовищ, о котором ходили слухи. И в любую минуту я мог попасть под удар. Однако, у меня в распоряжении были:

Знания, добытые из таинственной книги о сочетании воль монстров.

Сеть планов на случай, если разные силы попытаются меня принудить к участию в их играх.

Скрываться я уже не собирался — но и открыто ввязываться в борьбу было бы глупо.

Однажды днём, когда я проходил через главный коридор, Лейна неожиданно окликнула меня и, махнув рукой, увела за собой в небольшое помещение, где обычно хранили мечи и доспехи. Там стояли два факела, отбрасывая резкие тени на стены, а в углу виднелись связки арбалетных болтов.

Лейна (хмуро):

— Аока, я знаю, что ты не из числа слепых и давно собираешь сведения. У меня нет времени на долгие вступления, но скажи: если в ближайшие дни начнётся заваруха, чью сторону ты займёшь?

Она смотрела пристально, ожидая прямого ответа. Я понимал, что Лейна — один из ключевых наставников, близкая к руководству Брин-Кош, но не фанатично преданная теократам или культистам. Её цель — защитить крепость и, вероятно, вернуть себе бывшую славу рода.

Я (осторожно):

— Скажем так, я не хочу предавать Брин-Кош. Но и не желаю становиться инструментом чужих интриг. Если вы, Лейна, будете держаться за свободу крепости, я готов поддержать.

Лейна чуть расслабилась, кивнув:

— Хорошо. Запомни: если я дам сигнал, значит, крепость зовёт всех лояльных воинов и учеников. Надеюсь, ты не побежишь к этим теократам или культистам… Разочаруешь — будешь врагом.

Я кивнул. Всё ясно: Лейна официально предупредила меня, что в случае открытого конфликта я либо с ними, либо против. Это накладывало на меня дополнительное обязательство — не палиться, если я вдруг буду общаться с другими силами.

Тем временем обстановка становилась всё более зловещей:

Теократы (во главе с немолодым, но грозным жрецом) начали требовать от старейшин открыть «запретные подземелья» для проверки. Хору медлил, и всё это грозило прямым конфликтом — никто не хотел пускать чужаков в глубины крепости.

Культисты (или «люди в чёрном») не сидели сложа руки: по ночам пропадали некоторые алхимические реагенты, кое-где находили следы символов, выцарапанных на каменных стенах. И никто точно не знал, сколько их тут и в каких коридорах бродят.

Жрецы местного культа и часть воинов начали открыто призывать всех «готовиться к обороне», ведь монстры, по слухам, уже роем ходят у подножия гор. Нужна ли им нападение или защита — тоже вопрос.

Айлен разрывалась между занятиями и патрулями: иногда она возглавляла небольшие отряды учеников, следила за безопасностью складов. Симур усиливал запас зелий, создавал противоядия. Мы с ним делали вид, что «выполняем волю наставника Кусана», и, к счастью, никто не мешал, так что наш тайный запас зелий для самозащиты рос.

В один из вечеров нас посетил Шоран — тот парень, что хорошо разбирается в тропах и подвалах. Он с беспокойством сообщил:

— Я видел, как прошлой ночью кто-то из стражников тайно впустил в крепость троих «чужих». Потом они скрылись в подземных катакомбах. Похоже, готовится нечто крупное.

По его словам, «чужими» могли быть не теократы (те ведь действуют открыто), а культисты или наёмники. Значит, подготовка к диверсии идёт полным ходом. Я ещё больше убедился: вспышка конфликта — дело времени.

Шоран предложил нам выследить незваных гостей, но это было слишком рискованно. Я подумал, что пока рановато. Лучше иметь запас: если начнётся хаос, постараемся уйти в глубь крепости или наружу, в зависимости от развития событий.

Наутро Лейна объявила, что для учеников, достигших определённого успеха, вводятся дополнительные «боевые смены»: их разбивают на группы, которые дежурят у стен и внутри подвалов. «Похоже, уже реальная осадная готовность», — мелькнуло у меня.

Айлен радостно восприняла: «Отлично, нам дают шанс проявить себя как настоящим воинам!» Я же всё время держал в уме наши планы A, B, C… Если вспыхнет, кто-то из нас должен сохранить движение.

Параллельно Кусан тихонько попросил нас (меня, Айлен, Симура) помогать ему таскать ящики со склянками в безопасное место. Кажется, он тоже не до конца доверяет общим складам — опасается, что в случае диверсии там всё взлетит на воздух. И я понимал: если у него случится авария, то все, кто в крепости, рискуют пострадать.

Тем временем я изучал (по ночам) последние главы запрещённой книги о смешении воль. Нашёл там записи о некоем «Портале Предела» — описывалось, что при определённых ритуалах человек может «прорвать» свои лимиты и резко усилиться, но большинство таких ритуалов приводили к безумию. «Надо быть осторожным», — в тысячный раз повторил я. Но мысли о возможном пути быстрого скачка силы иногда всё же тревожно притягивали.

«Если вокруг будут резать всех, может, придётся рискнуть…», — такая мысль закрадывалась на фоне разговоров о скорой бойне. Но пока я держал себя в руках, надеясь, что до того не дойдёт.

Одним вечером после учёбы меня подкараулил Леви (тот самый младший теократ) в узком коридоре:

Леви (проницательно глядя):

— Аока, время твоего выбора. Наш главный жрец зовёт тебя на ритуал очищения монстра в полночь. Говорят, вы собрали некие «трофеи». Принеси их — докажешь лояльность.

Внутри у меня всё оборвалось: они хотят, чтобы я участвовал в жутком обряде, возможно, связанном с насильным приобщением к их культу. Но я быстро среагировал:

— Прямо сегодня не могу — у меня дежурство у склада. Но завтра или послезавтра… Может, договоримся?

Леви прищурился:

— Смотри, не смей нас обманывать. Иначе мы расскажем кое-что о твоих «поисках» и «запретных книгах». Нам известно, что ты не так прост…

Он говорил полушёпотом, но угрозу я уловил: шантаж. Значит, «Т» действительно может обозначать «Теократы», или они хотя бы в доле. «Если я не приду, раскроют меня… Но и прийти — значит подставиться.»

Я (кивнув, выдав наигранную покорность):

— Ладно, завтра к вечеру постараюсь. Приготовлю нужные «трофеи».

Леви хмыкнул, исчезая. Я был в ярости: «Они хотят заарканить меня раз и навсегда!»

Вернувшись, я собрал Айлен и Симура в нашей тайной комнатке:

Я: «Теократы меня поджимают, хотят, чтобы я принёс им наши материалы и вроде бы прошёл обряд. Если не явлюсь, шантажируют…»

Айлен (сразу: «Давай нападу на них!») — импульсивно предложила, но я отрицательно покачал головой.

Симур: «Нужно придумать контр-обман: либо принести что-то не настоящее, либо инсценировать, что ты явился, но бежал…»

Обдумали план: подложить фальшивые ингредиенты, чтобы их ритуал не сработал как надо, а при первой возможности сбежать. Но риски запредельные. Возможно, перед тем как идти к теократам, запустим какой-нибудь отвлекающий манёвр.

Тем временем со стороны ворот стали доноситься тревожные гонги, указывающие, что кто-то пытается прорваться или приближается к крепости в ночи. Я выглянул во двор: мелькали факелы, слышались крики. Оказалось, небольшой отряд тварей (волки с чешуёй) выскочил к стенам. Стражи быстро их отпугнули. Но это ещё один знак: боясь монстров, все силы могут быть отвлечены, а теократы используют момент, чтобы провернуть своё.

Рано или поздно где-то да прорвётся. «Нужно быть готовым отыграть любой сценарий», — снова сказал я себе.

К концу дня напряжение достигло пика. Я стоял у окна в общей спальне, глядел на мерцающие огоньки факелов во дворе. В голове крутились варианты действий:

Подыграть теократам, сорвать их ритуал, сбежать или заманить их в ловушку?

Попытаться предупредить Лейну/Кусана, чтобы они арестовали Леви? Но тогда поднимется скандал, и я сам могу вылезти на свет.

Просто раскрыть их планы старейшинам? Но тогда меня обвинят, и неизвестно, кто поддержит…

Я ещё не принял финального решения — всё может поменяться, если в крепость ворвутся культисты или монстры, или теократы объявят открытый захват. У меня в кармане несколько карт — и, возможно, настанет ночь, когда все козыри придётся выкладывать.

Пока же я просто жду, слухаю шаги за дверями и крепко сжимаю кулаки. Завтра всё может перевернуться. Леви, возможно, ждёт меня на своём обряде, культисты вынашивают планы, а Лейна готовит отряды к обороне. Вторая жизнь бросает меня в самую пучину игры — и я, как и всегда, постараюсь остаться на плаву, не теряя свободы.

Во тьме за окнами сверкнула молния, где-то над горами грянул далёкий гром. Так и хочется сказать: «Буря близко… и я в самом центре, сжав в руках всё, что успел подготовить».

Ну что же, продолжим игру. Завтра наступит рассвет, и, возможно, это будет рассвет самой опасной главы моей истории.