Глава 8.0

Слова, сказанные Чжэнь Лин, пролетели мимо ушей Лу Шуя. Он лишь бесстрастно взирал на толпу: раз уж они явились в таком количестве, стоило посмотреть, чего они добиваются.

Цяо Цяня подняли на ноги. Одарив своих людей яростным взглядом, он прошипел:

— По-вашему, я похож на того, с кем все в порядке?!

Видя своего молодого господина в столь плачевном состоянии, сопровождающие пришли в негодование. Мужчина средних лет выступил вперед и, сверля Лу Шуя взглядом, произнес:

— Молодой господин Лу, пока мы шли сюда, мы не видели, чтобы наш господин причинил вам хоть какой-то вред. Не кажется ли вам, что распускать руки — это уже слишком? Мы — почетные гости вашего Третьего Старейшины. Неужели в Великом Клане Лу так принято встречать гостей?

Чжэнь У и Чжэнь Лин нахмурились. Если дело примет такой оборот, им несдобровать. Нарушение законов гостеприимства — серьезный проступок, за которым неизбежно последует суровое наказание.

Лу Шуй, однако, оставался невозмутим. Он спокойно посмотрел на мужчину и спросил:

— И как же, по-твоему, нам следует поступить?

Мужчина ответил с напускной вежливостью:

— Прошу молодого господина Лу принести извинения, а затем позволить нашему господину вернуть вам те две пощечины.

Услышав это, Цяо Цянь тут же выкрикнул:

— Именно! Вы ударили меня, я ударю вас — всё честно!

Лу Шуй скользнул взглядом по поясу мужчины, где висел крошечный флаг.

«Стяг Кровавой Скверны... Надо же, какая наглость. Неужели в Клане Цяо совсем не осталось достойных людей, раз они позволяют подобным личностям находиться в свите?»

Стяг Кровавой Скверны требовал подпитки человеческой кровью; ради него приходилось регулярно совершать убийства. Владелец такой вещи был не кем иным, как темным практиком. Судя по ауре, этот артефакт совсем недавно получил свежую жертву.

И этот еретик осмелился так открыто явиться в поместье Клана Лу?

Забавно.

Лу Шуй слегка кивнул:

— Вполне разумно. Но ведь бил его Чжэнь У. Вы хотите ударить его или меня?

У Чжэнь У похолодело внутри. Мысль о том, что ему придется стоять и безропотно сносить побои, была невыносима. Он крепко сжал рукоять меча, но мгновение спустя ослабил хватку. В глазах Чжэнь Лин тоже отразилась тень разочарования — определенно, им не стоило связываться с этим никчемным наследником.

Цяо Цянь тут же встрял:

— Приказ отдал ты, значит, и ответственность нести тебе!

Лу Шуй перевел взгляд на мужчину средних лет:

— Ты тоже так считаешь?

Тот ответил с прежней учтивостью:

— Мы полагаемся на волю нашего молодого господина.

Лу Шуй понимающе кивнул, словно резюмируя:

— Значит, я должен извиниться и позволить вашему господину ударить меня, и Чжэнь У тоже должен подставиться под удар, верно?

Мужчина нахмурился. Его смущало чрезмерное спокойствие юноши, но, вспомнив о дурной славе наследника, он всё же кивнул:

— Именно так, молодой господин Лу.

Лу Шуй вновь кивнул и развернулся, собираясь уходить. Пока окружающие в недоумении гадали, что он замышляет, раздался его голос:

— Истребите их всех. Даю вам одну минуту.

С этими словами Лу Шуй продолжил путь, совершенно не обращая внимания на шокированные взгляды за спиной. Даже Чжэнь У и Чжэнь Лин не ожидали такого. Чжэнь У уже внутренне приготовился к унижению, но и в самом диком сне не мог представить, что их господин отдаст приказ о казни.

Мужчина из Клана Цяо, услышав приказ, мгновенно преобразился:

— Молодой господин Лу, вы поистине не ведаете границ. Раз вы сами развязали этот конфликт, нам не остается ничего, кроме как...

Договорить он не успел. Вспышка меча отбросила его назад — Чжэнь У нанес удар первым.

Было ли это безрассудством господина или очередным капризом — неважно. На этот раз Чжэнь У обнажил клинок с искренним рвением.

Одна минута? Что ж, этого более чем достаточно.

Как только Чжэнь У вступил в бой, остальные тоже сорвались с мест. Чжэнь Лин не осталась в стороне.

Цяо Цянь едва не лишился чувств от страха. Он и представить не мог, что этот «мусор» из Клана Лу окажется настолько безумным, чтобы приказать убить их. Неужели он не боится? Это же открытое объявление войны Клану Цяо! Если их действительно перебьют, какое наказание ждет самого Лу Шуя?

Неужели он настолько отчаялся в своей никчемности, что решил пойти на принцип «умру сам, но заберу вас с собой»? Цяо Цяню казалось, что Лу Шуй окончательно лишился рассудка. Знай он об этом раньше, ни за что бы не стал провоцировать этого сумасшедшего.

Пока Цяо Цянь дрожал от ужаса, перед его глазами сверкнула сталь. Лезвие меча уже коснулось его шеи. Смерть была неизбежна, если ничего не предпринять. В последний миг сработал его защитный артефакт. Раздался резкий звон — меч отлетел в сторону, но и само сокровище рассыпалось в прах. Цяо Цянь рухнул на колени, не в силах подняться. Земля под ним намокла, а сердце сковал первобытный ужас.

Они и вправду собирались его убить. Безумие... Кругом одно безумие!

— Дедушка! Спаси! Помоги мне! — закричал он, не зная, что еще предпринять. Страх неминуемой и нелепой смерти заставил его вопить во всё горло.

Чжэнь У, сражавшийся с темным практиком, услышал крик о помощи и приложил все силы, чтобы закончить бой быстрее. Мужчина лишь холодно усмехнулся. Даже если он сейчас в невыгодном положении, кто посмеет коснуться его, когда прибудет Тот Самый Человек?

Всего на миг он отвлекся, и этого было достаточно. Чжэнь У мгновенно нашел брешь в его защите и направил клинок прямо в горло врагу. Мужчина в ужасе замер.

В этот момент пространство пронзила мощная аура, и густой, рокочущий голос разнесся над поместьем:

— Почтенные, не окажете ли вы старику услугу и не прекратите ли этот шум?

С этими словами меч Чжэнь У замер в считанных дюймах от цели. Не потому, что он передумал, а потому, что его тело внезапно парализовало. Чжэнь Лин постигла та же участь. Прибыл истинный мастер, чья воля сковала всех присутствующих железными оковами.

Страх в глазах мужчины средних лет мгновенно сменился торжеством. Он с вызовом посмотрел на Чжэнь У. В конечном счете, ему не смогли причинить вреда. Правда на их стороне, и расплачиваться за всё придется наследнику Лу.

Чжэнь У кипел от негодования. Довести дело до конца сейчас было бы лучшим выходом, но он не мог даже пошевелить пальцем.

Лу Шуй, наблюдавший за сценой, захлопнул Писание Небесных Знаков, которое до этого читал, и негромко произнес:

— Убей.

Как только слово слетело с его губ, оковы, сжимавшие Чжэнь У, пали. Не теряя ни секунды, он обрушил свой меч вниз. Лицо торжествующего врага вновь исказилось от ужаса.

«Нет... Это невозможно! Почему он может двигаться?!»

Раздался глухой удар, и тело мужчины отлетело прочь. Он до последнего не верил, что клинок опустится. Не верил, что его жизнь оборвется именно здесь. Впрочем, даже сам Чжэнь У не понимал, как ему удалось вырваться из плена чужой воли. Он слышал голос Лу Шуя, но разве мог этот никчемный господин обладать такой силой? Нет, это исключено. Должно быть, вмешался кто-то из великих мастеров клана.

Чжэнь У бросил быстрый взгляд в сторону главных покоев поместья.

— О? — в этот момент неподалеку показались старик и молодая девушка.

Старец окинул взглядом Чжэнь У, затем посмотрел в сторону центральных зданий поместья, и в его глазах промелькнула догадка.

— Дедушка! — Цяо Цянь на четвереньках подполз к старцу и, указывая дрожащим пальцем на Лу Шуя, запричитал: — Он... он пытался нас убить без всякой причины!

Чжэнь У и Чжэнь Лин мгновенно заслонили собой Лу Шуя, опасаясь, что прибывший мастер сорвет на нем свой гнев. Старик перевел тяжелый взгляд на юношу.

— Так ты и есть наследник Лу, Лу Шуй? — в его голосе чувствовалось подавляющее величие.

Лу Шуй понимал, что перед ним сильный противник, с которым лучше не враждовать понапрасну. Но прежде чем он успел ответить, перед ним возникла фигура его отца, Лу Гу.

— Почтенный Цяо, какими судьбами? — произнес Лу Гу спокойным, но твердым голосом, не выказывая ни тени страха.

Старик посмотрел на него:

— А, это ты, Лу Гу. Как ты вырос.

Затем он бросил взгляд вглубь поместья и добавил:

— Мне нужно повидать вашего Третьего Старейшину. Надеюсь, вы не примете близко к сердцу эту небольшую размолвку между младшими.

С этими словами старик двинулся прочь, уводя своих людей и попутно избавившись от тела убитого слуги. Лу Гу, видя, что никто из его людей не пострадал, не стал обострять ситуацию.