Глава 27

Глава 27

Взгляд бабули был прикован к Реймону. Бедняга Реймон, с него Луна прямо сейчас сдирала волосы.

— Да, ну… мы в одном классе.

— Тогда не мог бы ты взять его с собой?

— Что?

— Он приходит сюда каждый день и просто сидит. Наверное, у него нет друзей. Поиграй с ним, хотя бы сегодня.

— Но…

— Я волнуюсь, как бы он не кончил, как тот ребёнок. Поэтому и прошу тебя об этой услуге.

Бабуля протянула руки и ласково сжала мои. И вложила в них кое-что. Холодный металл, но для меня он был обжигающе тёплым!

«Судя по весу… золото!» Не медь, не серебро, а золото. Сумма, достаточная, чтобы твой Реймон стал нашим Реймоном.

— Кеке, положись на меня. Я устрою ему незабываемый день.

— …Я в тебе ошиблась. Ты только внешностью похож на того доброго ребёнка.

Кеке! Какое нахальное замечание! Несмотря на внешность, я человек с идеальным, как у Будды, характером!

— Реймон, иди-ка сюда.

— Ай, ай… Зеро, мне так больно.

— Луна, это уже чересчур. Издеваться над моим лучшим другом Реймоном!

— …?

Я протянул руку и подхватил Реймона. Кеке, иди-ка, 1 золотой… то есть Реймон. Сегодня, только сегодня. Мы с тобой лучшие друзья.

————————————————————

Дневник Попугая #2

— Эй, друг! Смотри сюда! Я принёс твой любимый фрукт!

Я спланировал вниз, широко расправив крылья.

Хвать!

— А?

Лютерус уставился на свою пустую руку. Я с лёгкостью выхватил фрукт прямо у него из пальцев.

— Ах, чёрт. Я собирался использовать это как повод поиграть с тобой сегодня.

Лютерус опёрся о ствол дерева. О то самое дерево, на котором сидел я.

Прошла неделя, как я ошиваюсь у Академии. Друга завести всё ещё не выходит. Я – попугай, Лютерус – человек.

— Кажется, они собираются на совместную тренировку. За-авидно.

— …

— Эх, я бы тоже хотел собраться с друзьями в команду и поиграть. Вечно ноль баллов за командную работу. Учителя слишком строги, не находишь?

Похоже, заводить друзей здесь считается особым умением. Могу понять. Что за требовательная Академия. Будь такая у попугаев… «Я бы тоже получил ноль». Я уже наполовину склевал фрукт, когда лицо Лютеруса внезапно выросло рядом с моим.

Шмяк!

— Ух ты!

Бумс! Лютерус рухнул на землю внизу. Там было не меньше двух метров. Когда он успел залезть?

— Ай… Прости. Я не хотел тебя пугать.

Из глаз Лютеруса потекли слёзы. Должно быть, от боли – спиной приложился, упав с дерева.

— Я… совсем не гожусь? Неужели я совсем не могу завести друзей? Только из-за того, как я выгляжу?

Лютерус всхлипывал. Из его узких глаз бесконечно текли слёзы. Неужто я ненароком разбередил его душевные раны? Не знаю.

«Надо улететь». Только время теряю. Поэтому надо улететь.

Но пропланировав какое-то время, я вдруг снова оказался перед Лютерусом.

— Попугай?..

Мы разные по виду. Разные по биологическому виду. Едва общаемся. И всё равно.

«Можем ли мы стать друзьями?» Не знаю. Наверное, просто иметь такие мысли, задаваться этим вопросом – уже неправильно. Но. Мне захотелось хоть на миг развеять его одиночество. И своё собственное.

Медленно раздувая горло, я выдавил слова, которые давно сдерживал:

— Друг! Друг!

Лютерус расцвёл улыбкой. Только на миг. Только на самый краткий миг мы друзья. Пока каждый из нас не найдёт других друзей.

————————————————————

Я и Реймон, связанные узами лучших друзей из-за 1 золотого. Но вскоре мне пришлось пожалеть об этом решении.

— Лу-учший друг… я так счастлив.

Реймон извивался и краснел. До чего раздражает, когда парень такой жеманный. Даже когда его топтала Луна или когда Роделин и Луна смотрели на него с презрением, были моменты, когда я чувствовал, что открываю в себе новые предпочтения. Но эти предпочтения – точно нет. Морально, социально и даже с точки зрения цензуры(?). Во многих отношениях это меня доконает.

В общем, стеснительность Реймона была проблемой, но главная беда в другом…

— Эй, ты правда лучший друг с ним?

— Кеке, да.

— Почему?

— …Потому что мы друзья?

— Разве мы с тобой не друзья? Тогда, выходит, мы тоже лучшие друзья?

— …Наверное, можно и так сказать.

— Кто тебе позволил? Мне не нужен друг, которому не хватает верности.

Верность нужна даже между друзьями? Но я не мог сказать: «О, как удивительно!» – потому что взгляд Луны был слишком свиреп.

«У меня плохое предчувствие…» Допрос Луны на этом не прекратился.

— Когда вы стали лучшими друзьями?

— Ну… в тот раз, когда я расстался с тобой. Понимаешь.

— Я видела, как ты зашёл в общежитие. И с тех пор ты не выходил из комнаты.

Откуда она знает, что я не выходил? Моя любимая дочурка(?) – сталкер?

— Объясни точно: когда, где, с кем, что, как и почему вы стали лучшими друзьями.

Я должен объяснять, почему мы стали лучшими друзьями, методом «четырёх W и одного H»? Буду я ещё заморачиваться.

— Кеке, Луна. Для того чтобы стать лучшими друзьями, нет причины. Просто так случается, когда сердца совпадают.

— Вот это мне и любопытно! Как ваши сердца совпали? Вы же раньше даже не встречались.

А, ясно. Когда дело доходит до вопроса дружбы, скользкие отмазки не работают. Итак, я узнал кое-что новое. Хотя это могло стоить мне жизни.

— Что же это? Какая причина-а? А?

Луна напирала, медленно придвигаясь всё ближе. И тут Реймон вклинился между нами и закричал:

— Прекрати! Если ревнуешь – ревнуй меня!

— Ревную? О чём ты? Я бы ни за что не стала ревновать. Тем более такого, как ты, – неверного и грязного.

— Это ревность! Это уродливо! Ревность – это правда уродливо!

— …Уродливо?

Хрусь, хрусть-хрусть… Шея Луны издала зловещий звук, изогнувшись.

Жутко. Кроме шуток, реально жутко. Фильм ужасов прямо наяву. О, а она, кстати, напоминает финального босса, если приглядеться.

— И-ик!

Реймон спрятался за моей спиной. Сделать из Луны финального босса – и спрятаться за меня. Это так в духе нашего Реймона.

— Я тебя фарширую… Название будет «Друг, который не смог стать лучшим другом». Не волнуйся, совсем не больно.

Чтобы фаршировать, надо снять шкуру полностью. Это по умолчанию. То есть базовая настройка. Луна, изогнув шею почти на девяносто градусов, приближалась. Я выпалил первое пришедшее в голову оправдание.

— Кеке, Луна. А нам точно нужно называть наши отношения лучшей дружбой? Мы ведь с тобой в отношениях, где делимся секретами.

Пауза.

— Даже будучи лучшими друзьями, люди же не делятся секретами так запросто, верно?

— Хм-м… Верно.

Наконец шея Луны вернулась на место. Луна глянула в сторону Реймона и сказала:

— Мы делим много секретов, очень тайные и липкие(?) отношения.

Нет, это не так. Невзирая на мои мысли, на губах Луны поселилась улыбка. Улыбка победы. Увидев это, Реймон принялся тараторить:

— Я, я люблю милые вещи.

— …

— Зеро, ты знал? Когда я был маленьким…

Думает, что если поделится секретами, это сделает его больше, чем просто другом? Реймон без умолку болтал. Он даже нашёптывал секреты, которые я совершенно не хотел знать. Ах, я устал. Серьёзно.

— Ладно, хватит болтовни. Можем мы сосредоточиться?

Роделин призвала к порядку. Кажется, она наконец привела мысли в систему.

— Я упорядочила информацию. Двадцать лет назад тут был инцидент. Исчезновение Священного меча, пропажа студента, следы демона, появление попугая, признаки эрозии и так далее.

— Что ж…

— Это могут быть несколько не связанных между собой событий, либо все они взаимосвязаны. Это только предположение, но как минимум три из них, вероятно, имеют отношение друг к другу.

На деле все они переплетены, но Роделин не могла утверждать наверняка.

— Проблема в том, что мест для сбора информации больше нет. У кого-нибудь есть идеи?

Вопрос Роделин, но все молчали. В конце концов, единственным человеком здесь, способным на такие выводы, была сама Роделин.

«Ну, за исключением меня». Интересно, рассчитывает ли она на меня. Роделин скользнула взглядом в мою сторону. Решив оправдать ожидания, я заговорил.

— Место, где Священный меч, возможно.

— Священный меч? Но это же…

— Вы подумали, что это наименее вероятно, да? Потому что слишком очевидно.

— …!!

Глаза Роделин расширились. Мы искали следы демона. Точнее, исследовательскую лабораторию или объект эрозии. Так что место упокоения Священного меча исключили бы первым. Это – не более чем точка, где меч был воткнут в землю, покинутый владельцем. Пятно, непрерывно излучающее святую силу. Кто бы стал строить демоническую лабораторию возле такого места? Это безумие.

— Именно поэтому оно более вероятно.

— Да… тогдашние следователи наверняка думали так же, как мы. Они бы не стали обыскивать всё вокруг Меча досконально.

— Хм-м…

— Знаете поговорку: «Самое тёмное место – под подсвечником»?

— Самое тёмное место – под подсвечником…

Роделин пробормотала, повторяя мою позу. Может, осознала, что эта поза помогает дедукции? Подумав с мгновение, Роделин заговорила:

— Стоит расследовать. Безопасность студентов превыше всего.

— Отличное решение.

— К сожалению, пока мы не можем запросить поддержку Академии. Нет ничего конкретного…

Я улыбнулся про себя, глядя, как Роделин бормочет себе под нос. Вся информация, которую мы собрали, была основана на слухах. Без веских доказательств мы не могли опрометчиво просить о подмоге.

«Лучшее нужно вкушать в одиночку». Если бы в нашей группе был кто-то сильный, его бы отослали прочь аккурат перед встречей с Осколком Демона. С какой стати студентам сражаться с демоном?

— Идёмте.

Так мы и направились к могиле Священного меча.