Глава 26.0
За окном наступила осень.
Воздух стал суше, небо серым, и даже чуть пожелтевшая листва деревьев казалась тише обычного. Погода пока ещё мало отличалась от летней, но зомби, почувствовав прохладу, будто ожили — двигались быстрее, реагировали резче.
— И так каждую осень? — спросил Илья Борисович, наблюдая, как один из бойцов методично осматривает заваленный двор. Он переворачивал монтировкой куски шифера, чтобы убедится, что никаких сюрпризов под ним новые жители не найдут. Бойцов одолжили для зачистки нового участка — теперь подобные операции проходили почти без паники. В ходе последней вылазки Илья успел заработать себе не только уважение Саши, но и Виктории — женщины, чьё слово здесь значило больше, чем у большинства командиров. Стратегическое планирование, все дела.
Внизу, у облупленного забора, несколько зомби лениво тянулись вслед за кошкой. Или котом — Илья не разбирался в их физиологии на таком расстоянии.
— То ли ещё будет, — ответил боец, вскидывая монтировку на плечо. — В дожди они вообще бегают. А к зиме покрываются ледяной коркой и весело хрустят, когда двигаются.
— Очаровательно, — фыркнул Илья. — Вам стоит написать справочник по зомби. «Сто оттенков гнили» или что-то вроде того. Не пробовали стать биологом?
— Зачем? Мне и так неплохо. Люблю монтировкой помахать.
Он демонстративно напряг мышцы, и Илья мысленно закатил глаза. Просирать такой талант в наблюдательности — грех. Но кто будет слушать советы чудака с проводами и блокнотом?
Он же не Саша.
Илья отступать, впрочем, не собирался.
Нужно было лишь показать, что ты адекватный, ответственный и с лидерскими качествами — и люди к тебе потянутся. Ну ладно, с первым пунктом он уже провалился. Но это всего лишь значит нужно компенсировать другими.
— Осенью дети идут в школу, — пробормотал он, переводя взгляд на здание старой частной школы. Может, получится заработать очков у примерных, по меркам апокалипсиса, семьянинов?
Она стояла чуть поодаль от зоны зачистки, почти целая, с выбитыми окнами и облезлой краской. Наверняка во время всего трындеца там ещё шли уроки.
Приводить детей прямо сюда — плохая идея, но вот организовать школу где-нибудь в посёлке и перетащить оттуда всё нужное — звучало весьма заманчиво.
— Школа, значит, — переспросил боец, прищурившись. — Ты серьёзно?
— А почему нет? — пожал плечами Илья. — Если уж мы строим будущее, то надо и учиться. Не могу же я вечно объяснять детям, как работает генератор, а потом ловить их, когда они пытаются его разобрать.
— Учителей-то нет.
— В мире раньше каждый третий был педагогом, — усмехнулся Илья. — Или хотел им стать… Дадим объявление в гильдии. Найдём. Кто-то читал книжки, кто-то был родителем, кто-то просто умеет писать без ошибок — уже половина успеха.
Они прошли вдоль старой школьной ограды.
На облезших воротах висела табличка «Осторожно, ведутся уроки» — кто-то пририсовал к ней зомби с бантиками и улыбкой.
Илья усмехнулся, отодрал табличку и прикинул, как она будет смотреться на ярко-оранжевом доме неподалёку.
— Даже вывеску менять не придётся. Осталось только починить проводку и убедиться, что урок не прервётся, если какой-нибудь зомби решит получить образование.
Внутри здание оказалось удивительно целым.
Классные доски, парты, пожелтевшие плакаты, детские рисунки на стенах.
В учительской стояла кружка с засохшим чаем и журнал, последняя запись в котором датировалась сентябрём двадцать первого года.
Ровный женский почерк, темы, оценки.
«Сегодня говорили о будущем. Дети смеялись.»
— Мда, — тихо сказал Илья. — Вот и поговорили.
Наполнив рюкзак канцтоварами и парой методичек, которые могли бы пригодиться, механик покинул здание. Кошак, что улизнул от погони и теперь восседал на трупах зомби, заинтересованно смотрел инженеру вслед.
К вечеру Илья Борисович вернулся в поселение — уставший, пыльный, но довольный, как кот, который нашёл и провод, и коробку, и ещё успел ничего не сломать. В руках у него болталась пачка заметок, половина из которых была заляпана грязью, а поверху торчал весь измятый план нового района с правками, пометками и стрелочками.
В целом, всё было неплохо. Если не считать того, что провода, как всегда, оказалось меньше, чем хотелось. Пару десятков метров он не нашёл — точнее, нашёл, но они были намертво впаянные в стену, как будто кто-то специально решил потроллить инженеров будущего. Илья уже мысленно записал себе: “Срезать в другом секторе. Желательно ночью. Желательно без свидетелей”. Кто же будет разбираться, гений-гире-инженер срезал их или кто мимо проходящий?
На площади тем временем кипела жизнь. Рынок разворачивался так, будто они не в постапокалипсисе жили, а готовились к ярмарке выходного дня. Новоприбывшие притащили свои запасы: кто-то торговал старыми медикаментами, кто-то электроникой, кто-то даже книгами.
Илья прошёл мимо стола, где обменивали товар, задумчиво почесал подбородок и с уважением хмыкнул. Ввести расчёт батарейками было одной из самых удачных идей — народ тут же начал экономить каждую, считать, беречь. Натуральный обмен работал только внизу — там, где тебе нужно было поменять два бинта на три морковки. Но батарейки? Батарейки стали почти денежной единицей.
От мем-койна пришлось отказаться, но сошедшиеся во мнении люди предложили батарейки. А что — ходовой товар. Осталось зарядку для аккумуляторов починить — и ты в шоколаде.
Саша стоял возле импровизированного штаба, держа в руках планшет, который то и дело моргал, как старый телевизор. Он изучал карты, списки, отчёты, и выглядел так, будто ему под шумок выдали ещё три дополнительных должности.
Увидев Илью, что подошел к нему, он кивнул:
— Опять таскался по развалинам? Ладно, молчи. Мне уже обо всем доложили…
— Я теперь директор, — гордо объявил тот.
— А я кто, завуч по дисциплине?
— Скорее физрук с уклоном в выживание.
Саша хмыкнул, и уголки его губ дрогнули.
— Хорошо. Только не забудь, что дети — страшнее зомби. Особенно, когда им скучно.
— Поэтому я и зову тебя помогать. Нужно сделать одно объявление. В том числе и в вашем бункере. — И, возможно, второе: в стиле “срочно нужно десять метров провода”. Но это потом.
Позже, в импровизированном кафе, Наташа слушала их перепалку, закатывая глаза.
Кафе, конечно, громко сказано: пара столов, сваренных из дверей, несколько стульев, собранных по помойкам, и самодельный кофейник, который Илья с гордостью называл «малым чудом инженерии».
На плитке тихо кипела вода. Пахло жжёным деревом и свежим хлебом — редкой роскошью, которую испекли на новой печи. Хозяин новоиспеченного кафе недавно нашел на складе RasberyPis и смог установить, не спалив к черту все поселение. Илья лично контролировал процесс.
К слову, большинство разговоров у новоиспеченных завсегдатаев бара все же велось по поводу скорого открытия школы.
— Так вот, — говорил Саша, — я ему говорю, что провод нужно было протянуть по стене, а не через окно.
— А я ему объясняю, — перебил Илья, — что пока он философствует, у нас уже весь этаж без света остался.
— Ты принес на этаж не свет, а хаос, — парировал Саша. — Там и без электричества светится — от его идей.
Наташа фыркнула, отпив из металлической кружки.
— Господи, вы вдвоём — как старожилы коммуналки. Осталось только спорить, кто опять не вынес мусор.
— Это инженер, — быстро сказал Саша.
— Это ложь, — не моргнув, ответил Илья. — Я был занят спасением цивилизации.
— От розетки, — уточнила Наташа.
— Технически, — пожал плечами электрик, — это была очень опасная розетка.
Саша откинулся на стуле и ухмыльнулся:
— Главное, что теперь она заземлена. В отличие от некоторых.
— Ага, — отозвался Илья. — Ты, кстати, сам заземлился хоть раз? А то тебя иногда искрит.
Наташа не выдержала и прыснула от смеха, чуть не расплескав кофе.
— Ох, вы два анекдота на ножках. Я почти чувствую между вами ток и напряжение.
— Смотри, — подмигнул Илья девушке, — кто-то понимает физику.
— Кто-то понимает, как её использовать, — парировала она. — И кто-то знает, что вы оба бездельники.
Илья развёл руками:
— Это неправда. Мы работаем. Просто... с перерывами на обмен остротами.
— И на кофе, — добавил Саша, пододвигая ей кружку. — Знала бы ты, что он сегодня ночью тебя ждал у ко… — за это он получил локтем по ребрам.
— Заткнись, — сквозь стиснутые зубы фыркнул инженер.
— Ладно-ладно, — в примирительном жесте поднял руки темноволосый. А сам улыбается, довольный, как кот.
Наташа вздохнула, но уголки губ дрогнули.
Всё это было таким странным — привычным и новым одновременно.
Смеяться, спорить, чувствовать себя живыми — почти забытое ощущение.
Илья посмотрел на Сашу, потом на Наташу.
— Знаете, — сказал он тихо, — если когда-нибудь всё это устаканиться, я открою настоящее кафе. С нормальными кружками. И меню.
— С твоими шутками в меню? — уточнила Наташа. — Нет, спасибо.
— А я приду, — сказал Саша. — Посмотреть, как ты обваливаешь бизнес в первый же день.
Илья улыбнулся и пожал плечами.
— Зато честно, — ответил он. — “Кофе. Горячий. Без гарантии”.
— И слоган под дверью, — усмехнулась Наташа. — “Выжил — приходи ещё”.
И все трое рассмеялись.
Тихо, без надрыва. Просто смех — живой, нормальный.
Такой, какого мир не слышал уже слишком давно.