Полгода спустя

Спустя полгода.

Кабинет Селины почти не изменился за это время. Те же ровные стены, тот же жёлтый свет, который делал помещение чуть более пустым, чем оно было. Ковёр с красной розой лежал на своём месте — слишком яркий, будто кто-то специально оставил здесь единственный живой цвет, чтобы напоминать, что даже в идеальном порядке должна быть деталь, цепляющая взгляд.

Мира стояла напротив дивана, не садясь. Её спина держалась ровно, но в плечах чувствовалось напряжение, словно она сдерживала не усталость, а желание сделать шаг вперёд и сказать лишнее. Глаза выдавали больше, чем голос. Гнев там был, плотный и горячий, но он не находил выхода.

— На этом я больше ничего не узнала, — закончила отчёт Мира.

Селина слушала молча, не перебивая ни разу. Её лицо оставалось спокойным, почти равнодушным, как будто она принимала не чей-то секрет, а обычную сводку по складам и цифрам. 

— Отлично, — сказала Селина. — Подойди к моему секретарю. Он выдаст тебе две таблетки. Их хватит на две недели. После чего приходи с новым отчётом.

Мира на секунду задержала взгляд на Селине. В этом взгляде было всё сразу: раздражение, бессилие, ненависть, и ещё что-то глубже, почти стыд за то, что она стоит здесь и вынуждена кланяться.

— Поняла.

Она поклонилась плавно, как учили в любом приличном доме, и так же плавно повернулась к двери. Ручка была холодной. Мира открыла дверь без звука и закрыла за собой осторожно, как будто боялась, что даже хлопок станет лишней эмоцией.

Когда шаги стихли, в кабинете снова остался только ровный гул лампы под потолком. Селина не спешила двигаться. Несколько секунд она просто смотрела на ковёр, на красную розу.

«Тц. Эти четверо не перестают удивлять. Все уже четверо повысили культивацию. Нерокс на третьей стадии. Остальные на второй. И как только им удаётся так быстро продвигаться? Их кто-то поддерживает из кланов? Нет, маловероятно. Я достигла третьей стадии только неделю назад. Примерно как Сирон и Арден. Нерокс же достиг её полтора месяца назад… значит, он уже близок ко второму уровню культивации».

Удивительным было даже не то, что он продвинулся быстрее неё. Селина привыкла, что в Академии встречаются таланты. Удивляло другое — он делал это почему-то тихо. Без демонстрации. Без попытки подмять под себя внимание. Как будто его интересовало не соревнование, а какая-то задача, которую он решал в одиночку, и все остальные были просто средством для выполнения этой задачи.

Но беспокоил не один он.

За полгода многие сдвинулись с места. Кто-то встал на первый уровень культивации. Кто-то, наоборот, оставался обычным человеком, не сумев сделать даже первый шаг. Из-за этого разрыв стал слишком заметен. 

Арена, которую когда-то открыли для опыта в битвах, была закрыта. Решение объяснили просто: баланс между стадиями не соблюдён, и тем самым, толку от боёв меньше, чем вреда. Слишком много тех, кто хотел получить очки. 

Академия любила говорить, что здесь каждый выбирает сам. Но даже в таком месте понимали, что хаос мешает системе. И когда хаос начинает мешать системе, его убирают.

Селина выдохнула медленно, почти беззвучно, и перевела взгляд на стол. На нём лежало несколько тонких планшетов, но она почти не пользовалась ими. Ей было проще держать всё в голове. Память у неё работала как сухая бухгалтерия, только вместо цифр там были люди.

Она подняла браслет, отправила короткое сообщение.

Нерокс шёл по аллее Академии, уже поймав привычный темп. Плиты под ногами были тёмные, почти чёрные, с лёгким блеском, будто их мыли совсем недавно. Если внимательно смотреть, можно было заметить, что на некоторых местах поверхность чуть стёрта — там чаще всего проходили люди. Академия была чистой, но не стерильной. Следы жизни всё равно оставались.

Он выглядел так, как выглядел последние недели: чуть сутулый от усталости, в простой тёмной одежде без знаков и украшений. Короткие тёмно-русые волосы были слегка растрёпаны, как будто он снова встал раньше будильника или вообще не уснул нормально. Под глазами лежали синяки — не яркие, но заметные, особенно в дневном свете. Они придавали лицу тот самый вдумчивый, почти отрешённый вид, который окружающие легко принимали за спокойствие. На самом деле он просто постоянно что-то прокручивал в голове и редко позволял себе расслабиться до конца.

Аллею обдувал равномерный ветер, без порывов. Он приносил запах влажного камня, листьев и где-то на грани — холод металла. Фонари, ограждения, аккуратные элементы, которыми Академия напоминала не парк, а хорошо построенную систему, отдавали этим запахом даже на расстоянии.

Деревья стояли по краям ровными рядами, кроны подрезаны так, чтобы давать тень, но не закрывать обзор. Трава была слишком идеальной, словно здесь никто не ходил по газонам, даже если это не запрещено. В этом было что-то успокаивающее и одновременно раздражающее — как будто мир вокруг пытался сказать, что всё под контролем.

Нерокс на мгновение поднял взгляд. Между деревьями виднелись корпуса: высокие, светлые, с ровными линиями, с окнами, отражавшими небо так, будто внутри нет помещений, внутри просто свет.

«Из-за домашнего задания по энергии и расчётам я всю ночь просидел над задачей. Не обязательно, но тысяча баллов на дороге не валяется».

Он вспомнил, как утром сдавал работу. Кабинет был полупустой, в воздухе пахло бумажной пылью и слабым озоном от обучающих артефактов. Учитель просмотрел листы быстро, почти не меняясь в лице, потом отметил несколько строк.

В итоге Нерокс получил восемьсот баллов вместо тысячи. Всего пара ошибок отделяла его от оценки «отлично».

Теперь он шёл к зданию миссий.

За полгода многое стало привычным. Их маленькая группа двигалась вперёд ровно и быстро — не потому, что им кто-то помогал, а потому, что они нашли свой способ работать.

Когда Рино, Калэн и Дэрис продвинулись по стадиям, Нерокс смог открыть им больше энергетических каналов. Чем больше каналов открыто, тем быстрее ты поглощаешь энергию из окружающей среды. И тем быстрее тело привыкает к нагрузке, которая раньше казалась невозможной.

Им повезло и с миссиями. На одной из них они нашли пару мест, богатых источником энергии. Они не говорили об этом громко, не обсуждали при посторонних. Запомнили координаты, вернулись и провели там неделю. Нерокс до сих пор помнил, как воздух там был свежее. Как кожа ощущала тепло, хотя вокруг было прохладно. 

Сейчас, вероятно, там уже ничего не осталось. 

Мысль о том, что кто-то может заметить их продвижение, всё равно оставалась. 

Шум, который отвлёк его от воспоминаний, был знакомым. Он шёл от нового здания. За полгода оно успело стать частью Академии так, будто стояло здесь всегда, но свежий металл на фасаде всё ещё отдавал лёгким запахом, особенно в прохладную погоду.

Корпус Миссий.

Рядом, чуть дальше по дорожке, стояло ещё одно новое здание — Регистратура Клубов. Оба построили быстро, слишком быстро для такого масштаба. Это было возможно только потому, что деньги в Академии могли решать вопросы так же легко, как сила.

Корвис вложился в строительство, и за один месяц здесь выросли аккуратные, строгие корпуса. Много его людей теперь работало внутри, но их держали под присмотром совета лучших учеников. Если точнее, система, созданная для этих организаций, была подконтрольна только им. Работники Корвиса могли выполнять функции, могли принимать заявки, выдавать листы, оформлять миссии, но доступ к конфиденциальным данным был строго контролируемым.

Нерокс слышал, что в их контракте прописали жёсткое условие: нарушишь конфиденциальность — мгновенное увольнение и штраф. Причём не только для исполнителя, но и для начальника. Миллион никс. Цифра звучала так, что многие даже не могли представить её вживую.

Реакция Корвиса на условия была слишком спокойной. Он всё равно согласился. Это означало только одно: его цель была не в данных. Или, по крайней мере, не только в них.

Нерокс вошёл внутрь.

Там было тепло, но не душно. Воздух пах свежим камнем, металлом и лёгкой смесью человеческих запахов — кто-то недавно тренировался, кто-то пришёл из столовой, кто-то стоял рядом слишком близко. В коридорах гудели разговоры. Кто-то обсуждал награды, кто-то спорил, кто-то просто жаловался на правила.

Внутри всё было устроено просто. Ряды стоек, за которыми сидели регистраторы. Раньше всё делалось дистанционно, и многие брали задания, даже не читая толком. Теперь нужно было прийти сюда, постоять среди людей, услышать чужие разговоры, ощутить реальность выбора. Что было менее оптимизировано чем раньше, но таково было решение совета.

Нерокс занял очередь и стал ждать.

Две девушки впереди обсуждали, как их знакомый взял миссию «на сбор ресурсов», а потом оказалось, что зона кишит зверями, которые даже не должны были там быть. Кто-то позади смеялся, рассказывая, как его друг чуть не замёрз ночью, потому что решил сэкономить на тёплом плаще. Где-то сбоку парень ругался, что арена закрыта, и теперь «нормально очки не поднять». Ему отвечали, что арена была бардаком, и что те, кто там получал очки, просто били слабых.

Нерокс слушал без интереса. Он не жалел о закрытии арены. Она давала быстрые очки, но она же давала быстрые проблемы. А ещё она притягивала тех, кто любит показывать себя.

Его очередь подошла быстро.

Регистратор был молодым, с нейтральным выражением лица. На его столе лежали планшеты, рядом стоял небольшой принтер, который печатал тонкие листы с миссиями. Всё выглядело слишком деловито для места, где каждый второй ученик мог сломать человеку кость одним ударом.

— Дайте мне, пожалуйста, листок с доступными миссиями, — сказал Нерокс.

Регистратор кивнул, не задавая лишних вопросов, и нажал несколько команд. Принтер тихо зашуршал, выплёвывая лист. Бумага была плотной, с чётким шрифтом и маленькими метками для подтверждения.

Нерокс взял лист и отступил в сторону, чтобы не мешать очереди.

Он пробежал глазами первые пункты. Сбор материалов, охота на зверя, разведка зоны, патруль вокруг периметра. Раньше на каждом задании стояла оценка сложности. Теперь её не было.

Лиан Эрвей подняла вопрос о рейтинге, и совет поддержал идею. Она говорила, что в жизни оценка не решает, насколько тяжело будет выполнение миссии. Что награда должна зависеть от отдела, который решит, сколько платить после выполнения. Если оценить сложно — привлекают учителя или достойное лицо.

Отдел, как говорили слухи, состоял из работников Корвиса.

Нерокс помнил, как Калэн рассказывал об этом, будто между делом, но с тем выражением лица, когда он явно понимает, что система становится сложнее. И, вспоминая это, Нерокс вдруг поймал себя на другой мысли.

Он давно не видел Лиан.

В начале они пересекались часто. Споры, взгляды, напряжение, её привычка смотреть на него так, будто уже решила, кто он. А потом она исчезла из его поля зрения. Не буквально, конечно. Просто они больше не сталкивались. Как будто Академия сама развела их по разным линиям.

«Надо узнать о ней побольше», — отметил он и поставил эту мысль в голове как галочку.

Он листал дальше.

И нашёл.

— Я беру это, — сказал он и положил лист на стол, указав на нужное задание.

Регистратор посмотрел, кивнул и активировал процедуру подтверждения. Браслет Нерокса на запястье слегка нагрелся, как всегда, когда система фиксировала обязательство. На экране вспыхнул короткий текст: миссия принята, отказ невозможен, срок выполнения ограничен.

— Подтверждение личности обязательно, — ровно сказал регистратор. — Если принесёте не тот идентификатор — миссия не зачтётся.

— Понял.

Регистратор выдал ему второй лист — с деталями, описанием цели и зоной поиска. На бумаге была маленькая метка, которую браслет мог считать. Нерокс убрал лист в внутренний карман одежды и отошёл.

Он остановился на пару секунд, чтобы прочитать карточку полностью, уже без спешки.

Цель: Вейр Таллен.
 Пол: мужчина.
 Уровень культивации: первый уровень, вторая стадия.

Внешность:
 возраст:18 лет.
 рост: 175–183, телосложение сухое, жилистое,
 волосы тёмные, короткие, обычно растрёпанные под капюшоном,
 глаза серые или тёмно-карие, взгляд тяжёлый, избегает прямого контакта,
 особые приметы: тонкий шрам под правой скулой; на левой кисти ожог или пятно, как от кислоты или энергии,
 одежда: тёмный дорожный плащ с высоким воротом, перчатки; сапоги с усиленным носком; на поясе лёгкие ножны или кобура,

Суть: цель подозревается в серии убийств и разыскивается несколькими сторонами. Поступил заказ на устранение.
 Задача: обнаружить цель в указанной зоне и выполнить ликвидацию. Подтверждение личности обязательно.

Нерокс закрыл глаза на секунду и выдохнул.

«Он не слабее меня. Просто на стадии ниже. Но если он реально убивал… значит, опыт у него есть».

Он активировал браслет и отправил сообщение друзьям.

— Я направляюсь выполнять задание. Меня не будет две или три недели.

Нажал отправку.

Сообщение ушло, и на экране появилась короткая отметка, что доставка подтверждена. Нерокс не ждал ответа. Если они увидят — поймут. Если не увидят — узнают позже.

Он вышел из корпуса и направился к своему жилью.

Сборы заняли меньше времени, чем могло бы. У него не было лишнего. Пара смен одежды, сухие пайки, небольшой запас воды, аптечный комплект, верёвка, простые инструменты. Он добавил тёплый плащ, хотя погода в Академии была мягкой. За периметром могло быть иначе.

Когда всё было готово, он сел на край кровати и проверил браслет ещё раз. На карте высветился сектор. Северо-восток. Пятно на экране выглядело маленьким, но он знал, что вживую это будет лес, камни, перепады, укрытия, где человек может спрятаться где угодно.

Он вышел из корпуса и пошёл к периметру.

И он вышел наружу.

За периметром Академии мир был другим. Не хуже и не лучше — просто настоящим. Трава не была ровной. Земля местами была влажной, местами сухой. Камни лежали так, как их положила природа, а не дизайнер. Ветер здесь не шёл по расчёту, он менялся, цеплял лицо, приносил запах хвои и сырой земли.

Нерокс натянул плащ повыше и пошёл по направлению, которое показывала карта.

Первые километры были спокойными. Он двигался ровно, не торопясь, но и не расслабляясь. 

Он время от времени останавливался, слушал.

Лес жил своим шумом. Ветки скрипели, листья шуршали, где-то далеко щёлкнула птица. Это было обычное, но именно в обычном проще всего пропустить чужой шаг.

Через некоторое время он заметил первое.

Следы.

Не звериные. Человеческие. Лёгкие, почти аккуратные, будто человек старался не оставлять отпечатков. Но земля здесь была мягкой, и даже осторожность не помогала полностью.

Нерокс присел, провёл пальцами по краю следа и поднял взгляд, оценивая направление.

«Кто-то здесь был. Не так давно».

Он поднялся и пошёл дальше.

И тогда он почувствовал запах.

Кровь.

Не свежая, но и не старая. Слабая, почти скрытая, но он уловил её, потому что вокруг был чистый воздух. Он пошёл на запах, осторожно и скрываясь, чтобы не раскрыть самого себя.

Через пару минут он увидел небольшую поляну. Там лежало тело.

Человек был одет в обычную одежду. Рядом валялся разорванный мешок, из которого посыпались сухие продукты. Грудь была пробита.

Нерокс остановился на краю поляны и не подходил сразу. Он осмотрелся.

Ветер шёл сбоку, значит, запах мог увести его в сторону. Тишина вокруг была неправильной. Птицы не пели. Даже листья шуршали будто осторожнее.

Он сделал шаг вперёд и в этот момент увидел ещё одно.

На земле, возле тела, был след от руки. Не отпечаток ладони, а мазок, как будто кто-то коснулся земли грязной перчаткой. И рядом — маленькая царапина на камне, будто по нему прошли металлом.

Нерокс выдохнул медленно.

Он поднял голову и посмотрел в темные места между деревьями.

Там, в глубине, на секунду мелькнуло движение.

Нерокс не двинулся сразу. Он просто стоял, в небольшом оцепенении, прошло меньше двух часов, и так быстро найти свою возможную цель, а после и убить, простому человеку было крайне сложно быть спокойным.