Предел

Система произнесла:

— Бой номер сто сорок шесть,

участники: тридцать семь и сорок девять,

выходите на арену номер девять.

Голос системы был лишён эмоций — сухой, словно команда исходила не от человека, а от самой стали.

Нерокс стоял на краю круга, ощущая, как ледяной пол пронизывал его ступни даже через подошву ботинок.

Звуки были непрерывными, но в них уже можно было уловить отдельные оттенки — свист, короткий вздох, шорох одежды. Эти звуки всегда возникали перед началом боя, как дыхание арены — она словно жаждала крови.

Противник появился с противоположной стороны. Это был молодой человек среднего роста, с массивными плечами и мощной шеей. Его короткие волосы придавали ему строгий вид. Он двигался с уверенностью, словно знал, что победа уже за ним.

Нерокс обратил внимание на его походку — чуть неуклюжую, но решительную. Такие люди часто называются «силовыми». Их оружие — не точность, а давление грубой силой.

Он глубоко вдохнул и опустил плечи.

На арене загорелась короткая надпись:

«Начали».

Противник бросился в атаку без промедления. Воздух наполнился свистом.

Удар обрушился сверху. Нерокс ловко уклонился влево, ощутив, как поток воздуха скользнул по его щеке. В тот же миг он услышал свист второго удара.

На этот раз атака шла снизу — тяжёлая и мощная, с целью опрокинуть стойку.

Нерокс действовал мгновенно: он скользнул под руку противника, нанёс резкий удар локтем в рёбра и тотчас же отскочил назад.

Удар попал в цель. Противник издал приглушённый звук боли, но не собирался сдаваться.

Толпа зашумела ещё громче.

Сверху раздался громкий крик:

— Добивай его!

Но Нерокс не пошёл вперёд. Он ждал.

Противник ринулся вперёд, обрушил новую серию ударов.

Каждый приближался к цели, но оставался в нескольких сантиметрах. Нерокс сохранял дистанцию, уклонялся от ударов и внимательно следил за противником. С каждым движением плечи врага поднимались всё выше. Дыхание становилось всё тяжелее и сбивчивее.

Он видел, как меняется ритм — как между замахом и шагом появляются ошибки.

Кулак противника просвистел мимо, и Нерокс перешел в контратаку.

Его кулак метко ударил под подбородок. Голова врага дернулась, ноги подкосились.

Тело рухнуло на спину, глухо ударившись об пол.

Противник сразу признал поражение.

На мгновение наступила тишина, потом система отозвалась короткой фразой:
— Участник сорок девять - поражение. Победитель - тридцать семь.

Нерокс стоял, тяжело дыша через рот. Он не получил серьёзных травм, но физическая усталость была ощутимой.

«+600 баллов. Отдых — 6 минут. После отдыха вы будете добавлены в очередь, если останетесь в зале ожидания.»

Он кивнул, осознавая, что система его не понимает. Затем он направился в зал ожидания.

***

Запах изменился: теперь в нём преобладали нотки пота и лекарственных средств.

В зале ожидания царила тишина, лишь изредка нарушаемая дыханием и короткими фразами. Большинство присутствующих отдыхали, восстанавливали силы и готовились к предстоящему поединку.

Нерокс подошёл к стене, сел на скамью. Пот струился по его вискам, оставляя солёный след на губах. Он потянулся к оставленной бутылке, сделал несколько глотков. Вода была тёплой, но всё же принесла облегчение.

Металлические конструкции издавали лёгкий скрип, когда кто-то
перемещался — вставал или садился.

Гул арены, словно волны, накатывал и отступал, напоминая о том, что тишина — лишь временное явление.

На основной арене располагались несколько меньших площадок, предназначенных для проведения одновременных боёв, но даже при этом ожидание могло растянуться на час. 

Он закрыл глаза.
На пару вдохов позволил себе просто слушать — шаги, удары, смех из-за стены.

Он медленно выдохнул.
«Повезло. Первый бой — легче, чем ожидал», — подумал он.

Пауза между боями всего шесть минут.
Мало, чтобы восстановиться, но достаточно, чтобы осознать, что ты всё ещё жив.

Он выпрямился и провёл ладонью по лицу. Пальцы дрожали от усталости, но где-то глубоко внутри его оставалось странное ощущение: будто тело ещё не исчерпало свои силы до конца. Возможно, именно это и было целью его прихода — узнать, сколько вдохов останется после последнего удара.

***

Голос системы снова разнёсся по залу:

— Бой номер сто сорок девять. Участники: тридцать семь и пятьдесят два. Выходите на арену номер одиннадцать.

Нерокс поднялся после шести минут отдыха, восстановившись после предыдущего боя, и шести минут ожидания в очереди.

Нерокс ступил на арену и увидел, что его противник уже занял позицию. Соперник возвышался над ним, крепкий и с коротко подстриженными волосами.
В его руках были перчатки с металлическими вставками, разрешённые правилами арены. Лицо оставалось спокойным, но в глазах читалось напряжение, присущее опытному бойцу.

На арене загорелась короткая надпись:

«Начали».

Нерокс первым бросился в атаку. Он постепенно приближался к противнику, не давая ему времени на раздумья. Противник замахнулся, чтобы проверить реакцию Нерокса. Однако удар пришелся в плечо Нерокса для него неожиданно быстро, и он не успел среагировать. Острая боль пронзила левое плечо, но он стиснул зубы и контратаковал. Опустив левую руку ниже, он сместился в сторону и ударил противника по колену.

Противник удержался, но ушёл в защиту.
Толпа загудела — кто-то засвистел, кто-то крикнул имя.

Нерокс снова приблизился к противнику. Его движения были решительными, но не всегда эффективными. Он осознавал, что те, кто начинают бой первыми, часто выдыхаются к его концу. Это касалось и его самого, поэтому он стремился завершить схватку как можно быстрее.

Противник стремительно выполняет несколько движений: резкий выпад вперёд, шаг влево и серия коротких ударов.
Нерокс принимает первый удар предплечьем, второй принимает на плечо, но третий пропускает, что вызывает звон в ушах и кратковременное потемнение в глазах. Тем не менее, его руки и ноги слушаются, всё ещё слушаются его.

Нерокс пришёл в себя и заметил, что его противник не торопится атаковать. Целых две секунды Нерокс оставался без защиты, и его противник мог бы легко нанести решающий удар, но почему-то этого не сделал.

Кровь наполнила рот. 

«Очевидно, он тоже потратил много сил на эти удары, поэтому нужно выбрать подходящий момент для контратаки и завершить всё, но это касается и меня».

Мгновение тишины и снова движение.
Противник яростно пошёл вперёд, будто пытаясь выжечь усталость.

Нерокс уворачивался, напряжённый до предела. Его мышцы ныли, а плечи сводило от напряжения, но всё его внимание было сосредоточено на защите противника. Он выискивал малейшую слабость в противнике, готовый воспользоваться малейшим шансом для контратаки. 

Когда очередной удар противника прошёл мимо, Нерокс увидел шанс, сделал шаг, развернулся и нанес точный удар в солнечное сплетение. Противник согнулся, как будто из него разом вышел весь воздух. 

Нерокс не остановился на этом. Через мгновение он нанёс второй удар — по шее. Противник пошатнулся, его пальцы дрогнули, и он рухнул на колени.

Противник сразу признал поражение.

Когда человек уже собирался уходить, Нерокс остановил его и спросил:

— Почему ты не прикончил меня, когда я был беззащитен? Я же был полностью открыт! — Нероксу не хотелось принимать, что ему поддавались.

Парень улыбнулся в ответ и сказал: — Зная тёмных культиваторов, они обычно пробуждаются в самый опасный момент своей жизни. Твой экзамен вполне это подтверждает. Поэтому я отступил. Кстати, Селина передает привет — добавил он, махая рукой и уходя с арены.

«Получается, этот парень, возможно, был отправлен Селиной, чтобы довести меня до предела и проверить, являюсь ли я тёмным культиватором?»

Лицо Нерокса отражало целую гамму эмоций. Его проверяли без его ведома, и он даже не подозревал об этом!

«Она представляет опасность! Это точно не тот соперник, с которым я сейчас в силах справиться. Пусть следит, собирает информацию, но лучше пока не делать из неё врага».

Система вспыхнула:
«Участник пятьдесят два — поражение. Победитель — тридцать семь».

«+600 баллов. Отдых — 6 минут».

Он кивнул и снова пошёл в зал ожидания.
Теперь руки дрожали ещё сильнее. На коже оставались следы ударов, плечо болело. Он присел на ту же скамью, где сидел раньше. Рядом другой боец вытирал кровь с лица, глядя куда-то в пол.

Вода в бутылке закончилась, и он отправился к специальному крану в зале ожидания, чтобы налить фильтрованную воду.

Он посмотрел на панель.
Следующие бои шли один за другим. Гул арены не стихал ни на секунду. Время растягивалось, превращаясь в вязкое ожидание — между боями, между вдохом и выдохом.

Нерокс тихо выдохнул.
«Второй бой закончился. И я уже почти на пределе, думаю хватит ещё одного боя», — Нерокс и так желал дойти до своего предела сегодня, но после слов парня из второго боя, он решил окончательно дойти до этой цели.

***

В зале ожидания воцарилась тишина. Люди не перестали говорить, но шум словно отодвинулся на второй план. Нерокс погрузился в усталость. Прошло полчаса с последнего сражения. Этого времени хватило, чтобы мышцы перестали пульсировать, а боль в плече притупилась. Пот высох, оставив на коже солёную корку. Пустая бутылка, которую он вертел в руках от скуки, теперь снова лежала на столе.

Вдоль стены мелькали цифры. Они сменяли друг друга с монотонной регулярностью: поражение следовало за поражением, бой за боем. Кто-то покидал помещение, не дождавшись своей очереди.

В отдалении кто-то тихо разговаривал, их утомлённые голоса сливались в нечёткий шёпот, но Нерокс всё же услышал.

— Сейчас в очереди Арис Тарен, первый уровень, — произнёс один из них, не поднимая взгляда. — Говорят, у него был прорыв месяц назад.

— Первый уровень? — удивился другой. — Вы что, с ума сошли, пускать таких сюда?

— Он сам записался. Система же не запрещает...

Нерокс поднял взгляд. Он ничего не сказал, но внутри всё немного сжалось.

«Лишь бы не мне», — подумал он.

В памяти всплыли слова из одной лекции:

«Первый уровень — это объединение тела и энергии».

Эта фраза казалась простой и понятной.

Но теперь она звучала как приговор. Он знал, что сражаться с обычным человеком — это одно, но не с тем, кто способен вкладывать энергию в каждый удар.

Система ожила ровным голосом, и прервала его мысли:
— Бой номер сто пятьдесят девятый. Участники тридцать семь и девяносто один. Выйти на арену номер восемь.

Он поднялся, чувствуя, как тяжелеют ноги.
Воздух в коридоре дрожал от отдаленных криков. Каждый шаг отдавался эхом по стенам.

Из прохода на арену вышел высокий парень. Свет поймал серебристо-чёрные волосы и холодный блеск в серо-синих глазах. Его шаги были размеренными, будто каждое движение заранее занесено в память тела. Толпа на трибунах откликнулась сразу — короткий всплеск голосов, знакомое имя Арис.

Нерокс понял, что ему очень повезло, ещё до того, как система объявила:

«Начали.»

Он ругал судьбу беззвучно, сжав челюсть.

Арис не торопился. Просто стоял, глядя прямо. Казалось, даже расстояние между ними подчинено его дыханию. Нерокс напряг плечи, перенося вес на носки. Барьер вокруг арены погас — началось.

Арис двигался с поразительной незаметностью. Его плечо лишь слегка дернулось, и кулак оказался у лица Нерокса. Нерокс успел поднять блок, но удар прорвался сквозь защиту. Его тело отлетело назад на два метра.

Он успел вдохнуть — и снова вспышка. Новый удар — в грудь. Воздух вылетел из лёгких. Он рухнул на одно колено, ладонь опёрлась о пол.
«Удары они проходят через мышцы, будто выдавливает изнутри», — мысль вспыхнула и погасла.

Толпа загудела, кто-то засвистел. Арис шёл спокойно, не спеша добивать. Его движения были точными, отточенными, в каждом чувствовалось равновесие и гордость.
Он двигался как человек, привыкший к контролю над всем — даже над дыханием чужого противника.

Нерокс тяжело поднялся. Тело слушалось плохо. Рёбра ныли, в пальцах дрожь.. Он сделал шаг вперёд, пытаясь сблизиться. Арис чуть повернул корпус, встретил его коротким ударом в живот. Всё произошло слишком быстро.

Мир качнулся.
На миг всё замедлилось: мелькание света, гул толпы, звон крови в ушах.

— Сдавайся, — сказал Арис, — Шансов у обычного человека против культиватора нет.

Слова прозвучали с четким требованием, а после и угрозой.

— Я могу переломать тебе руки, — добавил Арис. — Или просто убить. Выбирай.

В груди у Нерокса кипело что-то среднее между страхом и злостью. Страх шептал: «Сдайся — выживешь».
Адреналин гнал: «Двигайся, пока можешь».
Разум оставался холодным, почти посторонним: «Если сдаться — всё зря».

Он стоял, покачиваясь на ногах, и пристально смотрел на своего противника.
Внезапно Нерокс бросился вперёд, не задумываясь о стратегии или рациональности. Кулак Ариса с силой обрушился на лицо, и реальность вокруг него взорвалась ослепительным белым светом. Арис оказался быстрее, и его удар застал Нерокса врасплох.

Тело Нерокса согнулось, и звук толпы растворился.

Он рухнул на колени, упираясь ладонями в ледяной металл арены. Пот и кровь струились по его шее, дыхание становилось всё более прерывистым. Но его взгляд не отрывался от врага.

«Не конец. Пока дышу — не конец», — пронеслось внутри.

Арис стоял на расстоянии нескольких метров, сохраняя полное спокойствие. Он принял решение закончить поединок и направился к Нероксу.

Внезапно пространство для Нерокса изменилось: гул толпы затих вдали, воздух вокруг стал свежее, а сердце забилось не в груди, а глубже, словно проникая под кожу.

На мгновение всё обострилось. Каждый луч света, каждый вздох в толпе стали невероятно отчетливыми. Он не мог понять, что происходит. Его руки вдруг стали легче. Внутри разлилось теплое чувство.

Глаза Нерокса полезли на лоб от увиденного.

«Что вашу мать… происходит?!»