Первый шаг на Арене

Прошёл месяц.
Для Академии это было всего лишь мгновение, но для учеников — длинный отрезок, наполненный тренировками, болью и первыми успехами. В коридорах и на тренировочных площадках всё чаще звучали разговоры о прорывах: кто-то уже сумел достичь 1 уровня, кто-то остался на месте.

Имя Ардена Крайта произносили с особым акцентом. Он сам не скрывал, что достиг прорыва, и слухи о его успехе быстро разошлись по Академии. Селина Арден тоже шагнула вперёд. Говорили, что её переход на новый уровень был спокойным и уверенным, без малейших сбоев, будто для неё это было естественно.

Нерокс слушал эти разговоры молча. Маяк он так и не увидел — внутри оставалась только пустота. Но за эти недели он изменился: каждое утро и вечер он проводил в зале, истязая тело до изнеможения. Удары по деревянным манекенам, упражнения с весами, изнурительные пробежки по двору Академии — всё это сделало его движения крепче и увереннее.

После душа он задерживался у зеркала дольше обычного. Его тело больше не казалось хрупким. Под кожей проступали очертания мышц, руки и спина набрали силу, дыхание стало ровнее. Но в глубине отражения он видел ту же пустоту в глазах.

Нерокс понимал: если он будет ждать дальше, то скоро останется позади. Большинство перейдёт на первый уровень, а тогда догнать их станет в разы труднее. Он не мог полагаться на свой странный, невидимый маяк — но мог полагаться на тело и накопление опыта.

Опыт не дается в тренировочном зале. Его можно получить только в бою.

Мысль о том, чтобы выйти на Арену, не отпускала его последние дни. Там всё честно: ставка, соперник и исход. Победа или поражение. Никаких слов и слухов, только бой.

Он оделся в простую тренировочную одежду и направился к арене. Баллы были его слабым местом. За всю учебу в академии у него накопилось всего тысяча — смехотворная сумма для Академии. Ученики говорили, что «три сотни» — это минимум, без которого стыдно выходить на бой. У Нерокса проигрышей могло быть всего три. Дальше — пустой кошелек и долгий путь к восстановлению.

И всё же он шёл.

В Академии никто не запрещал убивать на Арене. Те, кто выходил туда, понимали: смерть — это часть правил. Для большинства это было местом, где проверяется не только сила, но и решимость жить.

Нерокс собирался войти в этот круг впервые и конечно испытывал страх смерти.

Арена находилась в глубине Академии, окружённая массивными стенами из белого металла. Снаружи она напоминала огромный купол с открытым верхом, где небо служило крышей. Внутри купол был разделён на десятки боевых кругов, и каждый из них был достаточно большим, чтобы вмещать сотни зрителей и двух бойцов.

Гул толпы сливался в единый поток: выкрики, азартные ставки, смех, разочарованные возгласы. На верхних рядах ученики занимали места, чтобы наблюдать, внизу ждали те, кто записался на бой.

Нерокс шагнул в зал ожидания. Здесь царила иная атмосфера: холодные стены, металлические стойки и длинная очередь кандидатов. Каждый перед боем подходил к полупрозрачной панели и вносил свою ставку. На ней загоралась цифра «300» — фиксированная сумма для каждого.

Он сделал то же самое, не произнося ни слова. Его тысяча баллов уменьшилась до семисот.
«Три боя я могу проиграть. Четвёртого не будет»

Затем он занял место в очереди. Люди переговаривались вокруг, кто-то обсуждал предыдущие сражения, кто-то смеялся, предвкушая лёгкую победу. Никто не обращал на него особого внимания — он был всего лишь очередным номером в списке.

Наконец, над залом прозвучал металлический, лишённый интонаций голос:

— Бой номер пятьдесят шесть. Участники тридцать семь и двадцать три. Приготовиться.

Нерокс поднял взгляд. Это был его номер.

Толпа оживилась, кто-то крикнул ставку, другие загудели. Внутри арены зажглись линии, очерчивавшие круг. Пол поблёскивал, будто его только что отполировали, и отражал свет факелов по краям.

Он сделал шаг, переходя границу круга. С противоположной стороны вышел его соперник — крепкий парень, выше Нерокса, с коротко остриженными волосами и тяжёлым взглядом. На его лице появилась самодовольная усмешка.

— Новичок, — протянул он, вставая в стойку.

Над ареной разнёсся тот же роботизированный голос:

— Напоминаю правила Арены Академии Меридиан. Каждый участник перед боем вносит триста баллов. Победитель получает шестьсот, проигравший теряет поставленное.
— Бой идёт до смерти, сдачи или потери сознания более чем на десять секунд. Если один из участников громко заявляет о капитуляции — бой немедленно прекращается. Если соперник теряет сознание и не приходит в себя — засчитывается поражение.
— На арене разрешено всё. Калечить, ломать кости, убивать — часть боя.
— Ответственность за последствия несёт сам боец. Академия не вмешивается. Ты сам выбрал путь.

Зал замер.

— Бой начинается.

Толпа взорвалась ревом, когда Нерокс и его соперник двинулись друг к другу.

Противник двинулся первым. Его шаги были тяжёлыми, но уверенными. Он сразу пошёл в лобовую атаку, сжимая кулаки.

Нерокс вскинул руки, перехватил удар, но сила была такова, что его отбросило назад на несколько шагов. Гул толпы усилился.

«Сильнее, чем я ожидал…»

Парень снова рванул вперёд. На этот раз Нерокс не стал принимать удар напрямую. Он ушёл в сторону, пропуская соперника мимо, и ударил локтем в рёбра. Враг зашипел, но устоял, тут же развернувшись.

Серия быстрых ударов обрушилась на Нерокса. Он отражал часть, уворачивался от других, но один кулак всё же задел скулу. Боль пронзила голову, зрение на миг потемнело.

Толпа закричала громче.

Нерокс выдохнул и сосредоточился. Месяцы тренировок сделали тело сильнее, но они не дали ему опыта предугадывать движения. Соперник бился так, будто уже не раз стоял на арене.

«Слишком прямолинейный. Уверен в себе. Но его шаги тяжелы…»

Он начал наблюдать. Каждое движение противника было мощным, но слишком открытым. Нерокс ждал момента, отступая, чувствуя, как дыхание становится тяжёлым.

Наконец, когда соперник занёс руку для нового удара, Нерокс резко шагнул вперёд и ударил кулаком в подбородок. Глухой звук, голова противника дёрнулась, но он удержался.

Тот зарычал и вцепился в Нерокса, обрушив его на землю.

Толпа взревела.

Нерокс изо всех сил напряг мышцы, перехватил руку соперника и резким движением локтя вдавил его в бок. Парень застонал, хватка ослабла. Нерокс вывернулся и вскочил.

Дыхание горело, мышцы ныли. Но он не остановился. Один рывок вперёд, удар ногой в колено — соперник пошатнулся. Следом кулак в висок. Тот рухнул на пол, тело дёрнулось и обмякло.

Роботизированный голос прозвучал мгновенно:

— Участник двадцать три без сознания. Отсчёт начат.

Толпа замерла. Секунды тянулись.

— Раз… два… три…

Нерокс стоял, тяжело дыша, наблюдая за неподвижным телом.

— …десять. Победитель — участник тридцать семь.

Гул толпы взорвался, кто-то кричал от восторга, кто-то свистел, недовольный проигрышем фаворита.

Нерокс опустил руки. Лоб был в поту, дыхание тяжёлое, тело ломило, но он стоял.

«Первый бой… А такой тяжелый»

Победа принесла Нероксу не радость, а лишь тяжёлое дыхание и ноющую боль в мышцах. В зале ожидания он опустился на скамью, облокотился локтями на колени и закрыл глаза.

«Всего один бой, а тело уже гудит…»

Прошло полтора часа. Он успел восстановить дыхание, смыть кровь с лица и выпить холодной воды. Боль не ушла, но стала терпимой.

Металлический голос снова прорезал гул толпы:

— Бой номер шестьдесят второй. Участники тридцать семь и сорок первый. Приготовиться.

Нерокс поднялся. На этот раз его встречал другой соперник — худощавый парень с прищуренными глазами и лёгкой улыбкой. В отличие от предыдущего, он не шагал напролом. Его движения были плавными, уверенными, словно он заранее знал, чем всё закончится.

— Я видел твой первый бой, — сказал он, наклоняя голову набок. — Сильные удары, крепкие мышцы. Но на арене этого мало. Сила хороша против новичков. Против моей скорости она бессильна.

Нерокс молчал.

— Бой начинается, — прозвучал безэмоциональный голос.

Толпа загудела, когда соперник рванул в сторону, оборачиваясь боком. Он не стал нападать сразу, кружил вокруг, вынуждая Нерокса поворачиваться за ним. Движения быстрые, пружинистые, взгляд цепкий.

Первый удар пришёл внезапно — резкий выпад ногой в бедро. Нерокс попытался закрыться, но скорость подвела: боль пронзила мышцу, нога дрогнула. Второй удар кулаком пришёлся вскользь в плечо.

Толпа оживилась.

«Он не бьёт в полную силу. Проверяет меня».

Нерокс шагнул вперёд, пытаясь навязать ближний бой. Соперник резко отступил и ударил в живот. Воздух вырвался из лёгких, Нерокс согнулся, но сумел поднять руку и отразить следующий удар.

Бой превратился в изматывающий обмен. Соперник бил коротко и быстро, избегая прямых столкновений. Нерокс же вынужден был тратить больше сил, стараясь удержать его на расстоянии.

«Он ждёт, пока я устану… Но ошибки делает каждый».

Минуты тянулись мучительно. Лоб покрылся потом, дыхание стало хриплым. И всё же момент настал: соперник, увлёкшись серией ударов, сделал слишком широкий шаг.

Нерокс рванул вперёд. Кулак в живот согнул соперника пополам, локоть по затылку сбил его на колени. Они оба рухнули на землю, но Нерокс оказался сверху.

Он зажал противника и обрушил серию ударов в лицо. Толпа взревела. Соперник дёргался, но с каждым ударом его движения слабели. Последний кулак пришёлся в висок — тело обмякло.

— Участник сорок первый потерял сознание. Отсчёт начат, — сообщил безэмоциональный голос.

— Раз… два… три…

Нерокс тяжело дышал, чувствуя, как руки дрожат от усталости.

— …десять. Победитель — участник тридцать семь.

Толпа взорвалась — часть свистела, часть кричала в восторге.

Нерокс поднялся, с трудом разжимая пальцы. Победа была за ним, но тело отзывалось болью и слабостью.

«Два боя. И я уже на пределе…»

Он покинул арену, зная, что сегодня больше не выйдет.

Воздух за пределами арены казался другим — прохладнее, чище. Шум толпы стих за спиной, уступая место звукам вечернего двора. Нерокс шёл медленно, чувствуя, как каждая мышца откликается болью. Два боя подряд дали о себе знать: кулаки были сбиты, рёбра ныли, а дыхание всё ещё было тяжёлым.

«Хватит на сегодня. Нужно перекусить и отдохнуть»

Он свернул к корпусам, намереваясь добраться до столовой. Но остановился, заметив фигуру у стены здания. Девушка стояла, прислонившись к холодному металлу, словно случайный наблюдатель. Красные волосы выделялись даже в полумраке.

Селина Арден.

Её взгляд был направлен прямо на него. Казалось, она ждала.

Нерокс чуть замедлил шаг, но не остановился. Решил пройти мимо, не оборачиваясь.

— Стоять, — прозвучал её голос.

Он всё же остановился, повернул голову.

— Чего тебе нужно?

— Даже не поздравишь за прорыв? — в её тоне не было высокомерия, лишь лёгкая усмешка.

— Я уверен, что лести в твою сторону и так хватает, — ответил он спокойно. — Переходи к делу.

Селина цокнула языком, затем каблуком, звук прозвучал коротко и резко, словно насмешка.

— Я видела твои бои. Скажу честно — не ожидала. Ты анализируешь и выкручиваешься там, где другие просто лезут напролом.

Нерокс задержал взгляд на её лице и произнёс без эмоций:

— Неужели я тебе всё-таки понравился? Не нужно ходить вокруг да около. Давай сразу сходим на свидание.

Красные глаза Селины сузились — то ли от неожиданности, то ли от раздражения.

— Нет. Пожалуй, откажусь, — ответила она холодно и сразу же развернулась, удаляясь вдоль стены.

Нерокс продолжил путь, не оглядываясь.

«Отличный способ отвязаться хотя бы на время»

Мысль прозвучала спокойно, как констатация факта.

Впереди ждал ужин и отдых, а завтра — новые тренировки.

В столовой было шумно, как всегда вечером. Длинные ряды столов, запах тушёного мяса и горячего хлеба, громкие голоса — всё это смешивалось в привычный гул.

Нерокс взял простую еду: тарелку каши, кусок рыбы и воду. Он не ждал никого, но едва успел сесть, как напротив него плюхнулся Калэн, сияющий улыбкой.

— Ну что, герой дня, — сказал он, ткнув ложкой в сторону Нерокса. — Ты решил скрывать от друзей, что пошёл на Арену?

Нерокс поднял глаза.
— Ты быстро узнаёшь слухи.

— Слухи? — Калэн фыркнул. — Да я сам там сидел! Я видел, как ты уложил того здоровяка. Признаться, я думал, он тебя сломает за минуту. А потом — бац! И ты уже сверху. Это было шикарно.

— Шикарно, говоришь… — тихо произнёс Рино, присаживаясь рядом. — Больше похоже на риск. Если бы он промахнулся — сам бы лежал без сознания.

— Вот именно! — поддержал Дэрис, заняв место с другой стороны. — Не думал, что ты настолько безрассудный.

Калэн тут же расхохотался.
— Ну, хотя бы теперь ясно, почему он вечно молчит. Всё копил силы, чтобы удивить толпу. Нерокс, ты скрытный стратег.

Нерокс пожал плечами и принялся есть.

— На арене всё иначе, — сказал он после паузы. — Там нет правил, кроме самых простых. Проиграешь — теряешь баллы. Заснёшь — можешь не проснуться. Академия не вмешивается.

— Так и должно быть, — спокойно заметил Рино. — Жизнь не делает скидок.

— А я всё равно бы не пошёл, — Калэн сделал вид, что поёжился. — Мне и так хорошо. Пусть другие себе руки ломают, я лучше найду задание попроще. Может, буду собирать травы в саду. Представляете? Я — великий культиватор-огородник!

Рино покачал головой, а Дэрис впервые за вечер усмехнулся.

Нерокс не ответил, но краем губ дрогнула лёгкая улыбка.

Его друзья спорили и шутили, а он думал о том, что впереди будет ещё много таких боёв.