Эпилог

Ая проснулась от будильника, который поставила раньше обычного, и собиралась в школу дольше, чем всегда. Она даже не забыла лишний раз проверить в зеркале, не растрепались ли волосы и достаточно ли мило выглядит её улыбка. Всё это было ради одного: ей хотелось, чтобы Мицуки счёл её милой.

До сих пор она всегда следила за собой лишь затем, чтобы никому не было неприятно на неё смотреть. Но теперь ей было всё равно, что подумают остальные. Она делала это только ради него одного — чтобы именно он видел её милой. От одной мысли, что в ней есть и такая сторона, внутри становилось чуть щекотно.

— ...Да. Так хорошо.

С формой всё было в порядке. Теперь можно было без всяких проблем идти к нему.

Собравшись, она вышла из квартиры и запасным ключом открыла дверь в квартиру Мицуки. Они ни о чём не договаривались заранее, но ей так хотелось поговорить с ним до школы в первый день нового учебного года, чтобы немного взбодриться. И ещё потому, что ей просто хотелось услышать его голос. И увидеть его самого.

— Хотя вчера мы болтали по телефону почти до самого сна... какая же я жадная.

Как и всегда, они ужинали вместе. С весенних каникул и до самого вчерашнего дня ей хотелось увидеть его как можно скорее, и почти всё время они проводили рядом, даже обедали вместе. А по вечерам болтали и веселились до самого последнего, пока ещё могли не спать.

И всё же стоило ей утром открыть глаза, как снова хотелось увидеть его. Услышать его голос. Ей уже казалось, что она слишком сильно его жаждет, и от этого самой становилось немного не по себе.

В гостиной его не было. В ванной тоже. Похоже, он ещё спал. Осторожно заглянув в его комнату, она увидела Мицуки, мирно спящего в постели. Он закутался в одеяло, дышал ровно и спокойно.

— Спящее лицо Мицуки-куна... такое милое.

Она опёрлась щекой на ладонь и присела на край кровати, любуясь его лицом. Обычно его острый взгляд казался холодным, но с закрытыми глазами он выглядел моложе своих лет, и от этого казался ей милым. Вряд ли, правда, кто-то ещё с ней бы согласился.

— Могу смотреть сколько угодно и не устану.

Она встала пораньше, потому что хотела провести с ним перед школой хотя бы немного времени. Но в каком-то смысле сейчас было ещё довольно рано, и он вполне мог спать дальше. Ему было так уютно, что будить его она не собиралась. Не каждый день удаётся увидеть его спящее лицо, так что это тоже был шанс насладиться моментом.

— Сейчас я могу трогать его сколько захочу.

Стараясь не разбудить его, она провела ладонью по его волосам, а потом ткнула пальцем в щёку. Пользоваться тем, что он спит, и трогать его в своё удовольствие... даже ей самой трудно было поверить, что она так делает. И всё же с тех пор, как они начали встречаться, ей всё чаще хотелось касаться его в самые неожиданные моменты, и она поддавалась этому желанию. Недавно она даже взяла его за руку. Для неё это был смелый шаг, и она до сих пор ярко помнила, как счастлива была, когда он сказал, что чувствует то же самое.

И всё это благодаря Хиёри-сан.

В тот день, когда они ходили в боулинг, Хиёри и Сидзука утащили её в туалет и устроили допрос, потому что она называла его по имени. В итоге ей пришлось признаться, что они встречаются. Те обе тут же схватились за руки и завизжали от восторга, но ей самой тогда было вовсе не до этого, и она решила посоветоваться с Хиёри.

Впервые в жизни она встречалась с парнем и не знала, как ей теперь быть как девушке. Что для него делать? Как с ним себя вести? Можно ли трогать его, когда ей этого хочется? Она не понимала слишком многого, а потому хотела, чтобы её научила Хиёри, которая встречалась с Акирой.

Но ответ Хиёри оказался для неё совсем неочевидным. Оказывается, никакого правильного ответа нет, и лучше всего просто делать то, что самой хочется. Несмотря на то что Ая тогда так сильно переживала, Хиёри с Сидзукой толком её не слушали, только забрасывали вопросами, заставляли краснеть и в итоге почти ничем не помогли.

И всё же, когда она просто потому, что ей захотелось, взяла Мицуки за руку, он в ответ сжал её ладонь. И тогда ей показалось, что она наконец поняла, о чём говорила Хиёри.

— Но всё же слишком уж распускать руки нехорошо. Если я его разбужу, будет обидно.

Если честно, ей так хотелось увидеть его, услышать его голос и прикоснуться к нему, что самой становилось страшновато, и всё равно она до сих пор не понимала, что именно скрывается за её «нравится» к нему. Наверное, это была расплата за то, что раньше, когда ей признавались, она никогда не пыталась понять чувства тех людей и только принимала их благодарно. Она могла с уверенностью сказать, что он ей дорог и что он особенный для неё больше, чем кто бы то ни был. Но так и не разобралась, совпадает ли её чувство с тем, о котором говорил он.

— Смогу ли я когда-нибудь сказать это как следует... что люблю тебя так же?

Раз уж они встречаются, ей хотелось однажды сказать это по-настоящему. Хотелось быть рядом с ним, чувствуя то же самое. Тогда, наверное, им будет ещё проще ладить, и они станут ещё больше походить на настоящую пару.

— ...Смогу. Обязательно. Так что подожди меня до тех пор.

Она не собиралась вечно оставаться в этой неопределённости. Когда он признался ей, она была так счастлива. И теперь ей очень хотелось вернуть ему эти чувства как следует.

Вдруг его телефон громко завибрировал. Это сработал будильник. Значит, пора было будить его. Он слегка приоткрыл глаза и посмотрел на неё сонным, рассеянным взглядом.

— ...Ая?

— Доброе утро.

Наверное, сначала он решил, что всё это ему снится. Даже выключив будильник, он всё ещё смотрел на неё в недоумении, но в следующую секунду, похоже, окончательно проснулся и резко сел.

— Э? Ая!? Почему!?

Он так поразился, что смотрел на неё чуть ли не как на подозрительного человека. Конечно, она и правда вломилась без спроса, но всё же его реакция показалась ей чересчур бурной.

— И так ты смотришь на свою девушку?

Ей хотелось, чтобы он обрадовался чуть сильнее, и потому она слегка надулась.

Хотя это я вошла без разрешения... опять веду себя эгоистично.

Пока она упрекала себя за это, Мицуки вдруг приоткрыл рот и широко распахнул глаза. В его удивлении было что-то не то. Это уже не очень походило на простую растерянность человека, который только проснулся и увидел её перед собой. Почувствовав неладное, она озвучила вопрос, который была обязана задать, чтобы удостовериться.

— ...Эм. То есть... разве я не твоя девушка?

— ...Звучит жалко, но в тот день, когда я сказал, что люблю тебя, я ведь так и не произнёс: «Давай встречаться». Поэтому я всё это время переживал, как ты на это смотришь. Встречаемся мы вообще или нет.

Почёсывая щёку, он смущённо объяснил всё, и Ая сразу поняла, о чём он. Тогда он сказал ей много приятных слов: что любит её, что хочет быть рядом. Она тоже сказала, что он ей дорог, и попросила не уходить от неё. Но самого главного они и правда не проговорили — кем именно хотят стать друг для друга.

Не то чтобы она об этом совсем не думала. Он сказал, что любит её, она ответила, что он ей нравится. Он сказал, что хочет быть рядом, и она тоже захотела того же. Их чувства совпали, и потому ей просто казалось естественным, что они уже встречаются. Но он был прав. Никто из них не выразил это словами. И вполне естественно, что из-за этого он тревожился.

— Я люблю тебя, Мицуки-кун. Пожалуйста, давай встречаться.

Она не собиралась упрямиться и рисковать тем, что в итоге так и не станет его девушкой, поэтому призналась ему так же естественно, как дышала.

Вот оно как. Значит, я правда люблю его.

Никаких доказательств у неё не было, и толком объяснить это она бы не смогла. Но внутри появилось чувство, в котором она была уверена. Она любила его. Стоило ей это осознать, как всё, что до сих пор тяжело застревало в груди, исчезло, и на душе стало удивительно легко.

— Ну так что, твой ответ?

Ей было забавно смотреть, как он застыл с пунцовыми щеками, и она с улыбкой поторопила его. Сама она уже считала себя его девушкой с того самого дня, когда он признался ей, так что это было его наказанием за то, что заставил её волноваться. Не то чтобы она действительно допускала, что он ей откажет.

— Почему ты такая довольная?

— Потому что мне нравится смотреть, как ты краснеешь. Ну так что, твой ответ?

— Ты меня слишком торопишь.

— Потому что я и так знаю, что ты скажешь. Но хочу услышать это именно от тебя.

— Ну... исход всё равно ясен, но мне хотя бы хочется морально подготовиться... ты ведь Чёрная Святая.

— Но это же ты влюбился в такую, как я?

— Это да... дай мне секунду.

Несмотря на то что прежде он уже не раз говорил ей, что любит, сейчас верх над ним, похоже, всё-таки брал мандраж, и он несколько раз глубоко вздохнул. Потом тихо пробормотал: «Ладно», посмотрел на неё прямо и сказал:

— Я тоже люблю тебя, Ая. Так что... пожалуйста, будь со мной.

— Я знала, что ты так ответишь!

Может, она уже слишком распоясалась и только дразнила его, но всё дело было лишь в том, что он всё это время сомневался, встречаются ли они вообще. Так что даже если признание пришлось повторить, исход всё равно не изменился.

И всё же ей казалось, что это было важно. Они наконец выразили это словами.

— Что это вообще такое... Но, значит, так. Я встречаюсь с Аей. Я так счастлив.

Увидев его улыбку, по которой сразу было ясно, что он говорит от всего сердца, она почувствовала, как в груди разливается тепло.

Полюбив его, я и себя смогла хоть немного полюбить.

Раньше она ненавидела себя и не понимала, зачем вообще существует такая, как она, приносящая одни несчастья. Конечно, ей никогда не хотелось причинить себе вред, но и любить себя, такую обузу, она не умела.

Но теперь рядом с ней был человек, который полюбил её такой и был по-настоящему счастлив от того, что встречается с ней. Из-за него ей вдруг стало казаться, что и её существование не так уж плохо. Ей захотелось беречь ту себя, что дорога ему, чтобы не причинять ему боль.

— Я тоже очень счастлива. Намного больше, чем ты.

— Этого я уже так не оставлю. Я тебе не проиграю.

— Нет, проиграешь.

— Тогда насколько?

— Н-Насколько?

Слишком уж сложный вопрос. В словах такое всё равно не выразить.

— Кстати... мне сейчас хочется... как бы это сказать... обнять тебя.

— ...А?

— Это... нельзя?

Когда он, будто объясняя, чего хочет, раскинул руки, её щёки мгновенно вспыхнули.

— Т-ты хочешь?

— Да.

От одного только того, что он поднялся с кровати, сердце у неё уже забилось чаще.

— М-мы только начали встречаться, а ты уже хочешь... такого?..

— ...Тебе не хочется?

— Не то чтобы не хочется...

Ну конечно же ей хотелось, чтобы Мицуки её обнял. И по его глазам она прекрасно видела, что он признавался ей не ради того, чтобы добиться близости телом. Он был серьёзен. Она безоговорочно верила, что он будет дорожить ею.

Просто ей было... страшновато. Она не знала, что с ней станет, если он её обнимет. Вдруг потом ей будет хотеться этого каждый раз? Она и так уже чувствовала, что слишком сильно к нему тянется. Ей было немного страшно зайти туда, откуда уже не получится отступить.

— ...Наверное, пока рановато. Лучше двигаться постепенно, — сказал Мицуки.

— Не в этом дело.

И в ту самую секунду, когда он уже собрался отступить, она сама бросилась в его объятия. Нет, она не то чтобы совсем об этом не думала. Она знала, что однажды между ними наступит и такой момент. Более того, где-то в глубине души она сама этого ждала.

Я слишком слаба перед искушением.

Его руки медленно обвили её талию. Сердце застучало ещё громче и быстрее. Расстояние между ними исчезало, и её скованное тело оказалось в кольце мягких, бережных объятий, как будто именно так и должно было быть. От его нежного, любящего прикосновения ей стало спокойно, и вместе с этим нахлынуло сильное счастье.

Она сама дрожащими руками обняла его за широкую спину и прижалась к нему ещё крепче.

У Мицуки-куна сердце колотится так сильно. У меня тоже.

Плотно прижавшись, она чувствовала его сердцебиение. Громкое, быстрое. Её собственное билось точно так же. Было стыдно от мысли, что он слышит это, и всё же почему-то ей было очень уютно.

— ...Так неловко.

— ...Но ведь это ты сама этого захотела.

— Я не думала, что будет настолько неловко... Но и настолько же хорошо.

— ...Мне тоже.

— Я буду дорожить тобой. И сделаю тебя счастливым.

— Я тоже буду дорожить тобой и сделаю тебя счастливой. Так что давай проводить вместе ещё много времени. Обещаю.

— Обещаешь... Тогда, может, снова скрепим его мизинцами?

— Давай.

Она чуть отстранилась от него, и они переплели мизинцы. Даже если на коже не останется никакого следа, сегодняшний день она всё равно запомнит навсегда.

— Фуфу. Почему-то это уже стало чем-то нашим.

— Ну, для старшеклассников это, наверное, немного по-детски... Но обещаться с тобой мизинцами всё равно весело.

— Хмф. Значит, я, по-твоему, ребёнок?

— Если честно, да.

— Мы вообще-то ровесники. Ненавижу тебя.

— Правда, что ли?

— Чт...!

Она не ожидала, что он ответит с таким самодовольным видом, словно нарочно её подначивал. Конечно, это была ложь, но ей казалось, что, если человек, который тебе нравится, скажет «ненавижу», ты хотя бы немного дрогнешь. А на него это почему-то совсем не подействовало.

— Ну так что же ты на самом деле чувствуешь? Ненавидишь меня?

— ...! Нет. Не ненавижу.

— Я так и знал, что ты это скажешь.

Это была его месть за то, что только что смущалась одна она? Вид его ехидной улыбки был таким раздражающим, что она тут же надула щёки. Видимо, он заметил, что она дуется, потому что рассмеялся уже в голос.

— Серьёзно, мне никогда не надоест быть рядом с тобой.

— Вот как? Ну, рада слышать.

— Э? Ты что, злишься?

— Кто знает. Если ты и дальше будешь так много меня дразнить, может, я и правда начну тебя ненавидеть.

— Это уже будет проблема.

— ...Боже. Не надо принимать шутку так серьёзно.

Услышав его мгновенный ответ и вновь ощутив, как сильно он её любит, она сама вдруг сгорела от смущения.

— Шутка... слава богу.

— ...Я люблю тебя, Мицуки-кун.

Пока он с облегчением выдыхал, она привстала на цыпочки и шепнула это ему на ухо. Это была её месть за то, что краснела тут только она. И, судя по тому, как вспыхнули его уши, цель была достигнута.

— Эй... это нечестно.

— Уж от тебя-то я такого слышать не хочу.

— А?

Она отвернулась от растерянного Мицуки. Когда же украдкой оглянулась, он стоял, скрестив руки, и с самым растерянным видом не знал, что делать дальше. От этого зрелища её губы сами собой сложились в полумесяц.

Пусть и дальше впереди у неё будут такие же счастливые дни рядом с тем, кого она любит.

Конец