Святая и будущее

Сегодня стоял тёплый, приятный день.

Самое то, чтобы выбраться куда-нибудь.

До конца весенних каникул оставалось совсем немного, и сегодня Мицуки шёл по улице вместе с Аей. Они направлялись в развлекательный комплекс с боулингом, караоке и игровым центром. Сходить куда-нибудь в день закрытия каникул предложила Хиёри, заявив: «Хочу в боулинг!»

Сначала место выбрали втроём, без Аи: Мицуки, Акира и Хиёри. Когда потом он рассказал ей об этом, она сразу согласилась пойти. Ему и самому хотелось провести с ней время, так что он был только рад.

Более того, Ая захотела сама позвать Сидзуку. Убедившись, что Акира и Хиёри, разумеется, не против, она пригласила её. Похоже, Сидзука была так счастлива, что её позвала именно Ая, что Мицуки даже услышал её радостный голос из телефона, пока Ая сидела рядом с ним и разговаривала с ней.

И вот сегодня они собирались уже впятером. Жили все в разных местах, так что решили встретиться сразу там. Сейчас Мицуки и Ая как раз шли к месту встречи.

— Я так жду, когда мы все наконец соберёмся.

— Впятером мы правда идём впервые. Но я всё равно удивился, когда ты сказала, что хочешь сама позвать Сидзуку, Ая.

— Мы же друзья, вот мне и захотелось самой позвать её. А не просто ждать, пока позовут меня.

— Это круто. Я вот сам почти никого никуда не зову, так что уважаю.

— У меня вообще почти не было возможности куда-то ходить с друзьями. Так что я подумала, что можно позволить себе немного жадности.

— Да это нормально. Даже наоборот, можешь быть ещё жаднее.

— Тогда если мне откажут, тебе придётся пойти гулять со мной.

— Я согласен.

Когда он ответил, идущая рядом девушка радостно улыбнулась. От того, как она довольно прищурилась, у него и самого на душе стало светло. Ему очень нравилось вот так проводить с ней время. Даже если ничего особенного не происходило, сам разговор с ней уже был чем-то особенным и приносил радость.

И всё же ему казалось, будто чего-то не хватает.

Мы ведь встречаемся... да?

На днях он признался ей, но потом понял, что так и не сказал главных слов: «Давай встречаться». Он сказал, что любит её, и попросил позволить ему быть рядом. Она тоже сказала, что любит его, и попросила не уходить от неё.

Если вспомнить их разговор, признание прошло успешно. Но что именно изменилось в их отношениях, по-прежнему было не до конца ясно. Они теперь встречаются? Стали парнем и девушкой?

А как это видит сама Ая?

Дома между ними почти ничего не изменилось. Разве что времени вместе стало больше: иногда она заходила к нему ещё и днём. Но сама дистанция между ними и то, как они проводили время, остались почти такими же, как и до признания. Мицуки почему-то думал, что если люди начинают встречаться, то сразу становится больше случайных прикосновений, больше близости, и они всё время липнут друг к другу, прямо как Акира и Хиёри. Но у них с Аей ничего такого не было.

Сейчас тоже. Они просто шли рядом и даже за руки не держались. Не то чтобы ему хотелось постоянно её трогать. Но и сказать, что ему совсем не хотелось этого, он тоже не мог.

Но если Ая вообще не считает, что мы встречаемся, тогда, наверное, ей бы и не понравилось, если бы я начал к ней лезть.

Он бросил взгляд на весёлую Аю и тут же понял, что сильнее этого желания в нём страх испортить её выражение лица. Поэтому на необдуманные действия он так и не решался.

Ну почему я тогда просто не сказал: «Пожалуйста, давай встречаться»? Вот же я идиот.

Чем больше он думал о том, что, будь у них всё проговорено ясно, он, возможно, хотя бы смог бы взять её за руку, тем сильнее становилось сожаление. Спросить у неё теперь напрямую, что именно между ними, казалось жалко. Не спросить тоже было жалко. Что вообще в такой ситуации правильно?

— У тебя такое серьёзное лицо. Что-то случилось?

— Нет, ничего. Просто подумал, что твой сегодняшний наряд тебе очень идёт.

— Правда? Я впервые иду в боулинг, так что просто посмотрела в интернете, в чём туда лучше идти, и выбрала что-то, в чём легко двигаться.

— Верх и брюки у тебя и правда такие, что в них удобно двигаться.

— Это топ и облегающие брюки.

— Вот как это называется. Я как раз думал, как бы это описать.

— Так вот почему у тебя было такое серьёзное лицо?

— Для меня одежда это одежда, брюки это брюки, а юбка это юбка.

— Разве это не просто констатация очевидного?

— Прости уж за мою безграмотность...

— Похоже, всё то желание приодеться и выглядеть мило ради тебя для тебя проходит впустую.

— Я могу понять, когда человек постарался. Вот как сегодня у тебя.

Светло-голубой топ и чёрные облегающие брюки, названия которых он не знал, не только не мешали двигаться, но и очень ей шли. Похоже, Ая хорошо понимала, какие цвета ей подходят. И то, что несколько прохожих невольно обернулись ей вслед, было отличным тому доказательством.

К тому же сегодня она ещё и слегка накрасилась. На губах была розовая помада, а от неё пахло слаще обычного. Волосы были заплетены в косу, и из-за этого она выглядела чуть иначе, чем всегда. Названий вещей он по-прежнему не знал, но прекрасно видел: она потратила время и силы, чтобы сегодня нарядиться.

— ...Ты это серьёзно?

— Ты и так всегда милая, но сегодня, по-моему, особенно очаровательная. И коса тебе очень идёт.

— ...Какой же ты хитрый, Мицуки-кун. Даже при том, что совсем не разбираешься в одежде.

— Это сейчас была похвала или укол?

— А сам как думаешь?

— Думаю, и то и другое.

— Верно.

— И что это было?

Ая прибавила шаг и пошла чуть быстрее, тихонько посмеиваясь. Похоже, настроение у неё было отличное. И то, как по-детски она выражала свою радость, было таким милым, что смотреть на неё ему не надоедало.

Чтобы не отстать, он пошёл следом и заодно вёл её, потому что сюда она ехала впервые.

— А, Аяя~

— Аяччи! Мы вас уже ждали~

Когда он безошибочно вывел её к месту встречи, Акира, Хиёри и Сидзука уже были там. Похоже, Хиёри и Сидзука очень ждали появления Аи, потому что сразу бросились к ней.

— П-привет.

Ая выглядела слегка растерянной, но и счастливой тоже, ведь наконец увидела подруг. Щёки у неё мягко расслабились. Решив, что девушкам стоит дать пообщаться между собой, Мицуки подошёл к Акире.

— Здорово, Мицуки. Давно не виделись.

— Ага, давно.

— Ты же говорил, что тебя не будет дней десять, а вернулся довольно рано.

— Подумал, что ты без меня заскучаешь.

— Ага-ага~ Это ты, наверное, скучал, потому что без меня не мог. Кя-а.

Акира прижал ладони к щекам, будто смущаясь, и Мицуки почему-то ощутил ледяной ужас. Его даже передёрнуло, и он на полном серьёзе отступил на пару шагов.

— ...Я вообще-то пошутил, так что, по-моему, смотреть на меня таким холодным взглядом необязательно.

— Даже зная, что это шутка, выдержать её было тяжело.

— Эй! Ты вообще такое другу говоришь?

— Именно потому и говорю, что мы друзья. Больше так не делай.

— Настолько всё плохо!?

Акира в шоке опустил плечи. Ему даже стало немного жаль его, и Мицуки успокаивающе похлопал его по спине.

— Почему в итоге меня утешает Мицуки?

Пропустив это мимо ушей, он перевёл взгляд на Аю. Та держалась за руки с Сидзукой.

— Спасибо, что позвала меня сегодня, Аяччи. Я так обрадовалась.

— Мне самой тоже хотелось погулять с тобой, Сидзука-сан. Мы же друзья.

— Ой, ну какая же Аяччи милая! Я тебя обожаю!

Похоже, Сидзука окончательно расчувствовалась и с размаху обняла Аю. По виду объятие вышло довольно крепким. Ая расширила глаза от неожиданности. Щёки у неё чуть порозовели, будто ей стало неловко.

— Н-не обнимай меня.

Хотя она это и сказала, отталкивать Сидзуку не стала, значит, по-настоящему ей это не мешало.

— ...Хорошо быть девушками.

— ...Что с тобой, Мицуки? За каникулы у тебя тут что-то совсем разыгралось?

— Да нет. Просто девушки могут вот так запросто друг к другу прижаться. И я им ужасно завидую.

— Так глубоко задумался только потому, что сам хочешь потрогать Ичиносэ-сан... ну-ну.

— В точку, но всё же немного мимо.

— А? Это как?

Он ещё не решил, рассказывать ли кому-нибудь о том, что у них с Аей, если они всё-таки встречаются, но Акира уже был старшим товарищем с девушкой. Возможно, стоило спросить у него совета. И потом, своему другу Акире ему хотя бы хотелось это рассказать.

— Слушай, я хотел у тебя кое-что спросить...

— Эй-эй! Пошли уже внутрь!

Стоило ему только начать, как его перебила Хиёри. Тайминг у неё был настолько плохой, будто она специально караулила этот момент. Но по её виду было ясно: она просто не могла больше ждать и уже хотела играть.

— Тоже верно. Пошли.

К этому времени рядом уже стояли и Ая с Сидзукой. Говорить при них он не мог, поэтому осёкся на полуслове и сменил тему. Пока что стоило просто насладиться боулингом.

Впятером они прошли регистрацию, переобулись в специальные ботинки и пошли к дорожкам. Дорожек у них было две, и Хиёри первым делом предложила на время разделиться по полу.

— Какой шар мне взять?

— Лучше тот, который ты сможешь бросать без напряжения. Слишком лёгкий плохо собьёт кегли, но если шаром неудобно пользоваться, удовольствия тоже не будет.

Он объяснял Ае, которая растерянно стояла перед стойкой с шарами разного веса. Для начала она подняла один перед собой.

— Ух ты. Он куда тяжелее, чем кажется.

— Вот так разок поднять и проверить очень важно.

— Понятно. И какой же мне... ух ты. Этот тоже тяжёлый.

Пока Ая перебирала выставленные шары, пытаясь найти тот, который удобно ляжет в руку, Мицуки уже взял свой и успел вернуться.

— Я решила. Возьму вот этот.

Как раз когда он вернулся, Ая тоже определилась и потянулась за вторым шаром того же веса.

— А этот по весу подойдёт? — спросил Мицуки.

— А, д-да. Спасибо.

— Да без проблем. Это мелочь.

Не то чтобы он совсем не хотел показаться крутым, но ему просто хотелось уметь делать такие вещи естественно. Чтобы порадовать Аю. И ради себя тоже.

— Эй! Почему только Аяччи? Мидзукиччи, мне тоже донеси. Вот.

— Ты ведь уже держала его, пока это говорила...

— Ну и что? Будет грустно, если Хиёри будет носить Акираччи, а Аяччи Мидзукиччи, и только у меня одной никого не окажется. И вообще, ты же не заставишь такую хрупкую девушку таскать такую тяжесть, правда?

— Ладно, ладно.

— Ура, спасибо! Тогда я пойду за вторым.

— Ага-ага... Ая, ты пока иди вперёд.

— Точно... Мицуки-кун, тебе не тяжело?

— Всё нормально. Нет, правда нормально.

Чтобы её успокоить, он нарочито непринуждённо несколько раз приподнял шары и опустил обратно. Почему-то Ая постоянно считала его ненадёжным во всех физических делах и начинала чересчур переживать, но уж с этим он точно справлялся.

— Мм, ну если так, значит, правда в порядке. Тогда пошли.

Убедившись, Ая вернулась к дорожке, а он пошёл за ней. Ему было приятно, что она за него беспокоится, но сил у него всё-таки хватало и на то, чтобы держать её на руках. Хотелось бы, чтобы она немного больше в него верила.

Ладно. Постараюсь показать себя с лучшей стороны хотя бы в боулинге.

С новым решительным настроем Мицуки вышел к дорожке.

В последнее время он не играл, но ещё в средней школе часто ходил в боулинг с семьёй, а прошлым летом выбирался сюда с Акирой и Хиёри. Так что кое-что он умел. Тело помнило и как замахиваться, и когда отпускать шар. После нескольких бросков он выбил спер, а затем и в других фреймах шёл довольно хорошо.

— Ух ты! Мидзукиччи, да ты хорош!

— Спасибо. А ты как, Сидзука?

— Я в боулинг почти не играла, так что пока чаще всего бросаю в жёлоб.

— В начале у всех так.

— Хиёри вообще нереально хороша.

— Ага. В прошлый раз, когда мы были втроём, я ей проиграл.

Стоило ему это сказать, как брошенный Хиёри шар с весёлым лёгким стуком снёс все кегли.

— Ура, страйк! Аки-кун, гляди!

— Умница, Хиё! Отличный страйк!

Разделив радость с Акирой хлопком ладонями, Хиёри довольно улыбнулась и направилась к Ае.

— Ну же, Аяя. Давай пять!

— ...Поздравляю.

Ая тоже подняла ладонь в ответ, но выражение лица у неё было довольно мрачное. Мицуки наблюдал за её бросками, и у неё один за другим были сплошные жёлоба, так что, похоже, она правда расстроилась.

— А, у меня сейчас ход, так что я пошла.

Когда Сидзука отправилась бросать, Мицуки подошёл к Ае.

— У тебя опять серьёзное лицо.

— Мицуки-кун...

— Весело?

Ая оглянулась по сторонам, и её губы мягко тронула тонкая улыбка. Акира как раз бросал шар, а Хиёри громко подбадривала его. Сидзука, похоже, уже немного освоилась, и теперь радовалась, когда ей удавалось сбить хоть часть кеглей. Перед вторым броском она даже жаловалась Хиёри: «Ты и меня тоже подбадривай!»

— Весело... но мне обидно, что у меня ничего не получается.

— Я так и думал.

— Почему он никак не катится прямо?

Мимолётная улыбка исчезла, и теперь она, будто всерьёз распалившись, надула щёки. То, как она с досадой сжимала кулаки, делало её младше своих лет.

— Может, у тебя в момент броска дрожит кисть.

— Правда?

— Или ты слишком зажимаешь руку и пальцы?

— Не знаю... — Ая склонила голову набок и начала ощупывать руку и большой палец, но, похоже, всё равно не понимала. Брови её нахмурились.

— Трудно, потому что во время броска сам не замечаешь таких вещей.

— Да. Это сложно...

— Думаю, если уловишь ощущение, у тебя тоже быстро начнёт получаться. Но словами объяснить тяжело... а, точно. Можешь встать на минутку?

Ая, по-прежнему ничего не понимая, поднялась, а он зашёл ей за спину и взял её за руку.

— Хя!

— Э?

Из Аи вдруг вырвался такой милый звук, что уже он сам растерялся и тут же отдёрнулся. Ая повернулась к нему, вся дрожа и ярко покраснев.

— Ч-что ты делаешь так внезапно...?

— А, ну... я просто хотел показать тебе сам момент...

— Е-если так, то надо было сначала сказать. Ты меня напугал.

— П-прости...

Раз словами не получалось, он подумал, что лучше будет показать прямо движением, но, похоже, идея вышла неудачной.

А вдруг Ая вообще не считает, что мы встречаемся?

Если бы они встречались, он думал, что держаться за руки было бы вполне нормально. Но, возможно, для неё это совсем не так. Он ничего не понимал, и от мысли, что ей это просто неприятно, стало больно. Он опустил голову.

— ...Так ты что, не собираешься меня учить?

— ...Ты не против?

— Я не говорила, что против. Я хочу научиться лучше.

— Понятно... ну тогда... с твоего позволения.

На этот раз, заранее предупредив, он снова взял её за руку и начал показывать движение.

— Отпускать шар надо примерно здесь, но не бросать его, а как будто перекатывать. Как маятник.

Совсем рядом с ним были её белые, аккуратные уши, и, когда он говорил вполголоса, он чувствовал, как напрягается всё её тело. В руку явно ушла лишняя сила.

— Если слишком зажмёшься, шар опять не пойдёт прямо, так что во время броска постарайся расслабиться.

— ...И как ты думаешь, по чьей вине мне сейчас трудно расслабиться?

Ая надула губы, будто обижаясь, и Мицуки мгновенно встревожился, не сделал ли он опять что-то не так. Он ни за что не хотел задеть её, и потому отчаянно пытался понять причину. У него ладони вспотели и ей неприятно? Пока он судорожно об этом думал, Ая вдруг вырвалась почти бегством и отправилась к дорожке. На её место подошла Сидзука.

— Аяччи вся красная. Это ты что сделал?

— Если бы я сам это понимал, мне было бы куда легче...

— Хм.

— Эй, Мицуки! После Аки-куна твой ход!

— Подожди минуту. Я хочу сначала посмотреть, как бросит Ая.

— — — ...Ая? — — —

Он смотрел ей в спину, пытаясь понять, получится ли у неё бросить так, как он объяснил. Плечи и локти у неё всё ещё были напряжены, но перед броском она, кажется, попыталась расслабиться и глубоко вдохнула. Какая же она серьёзная, подумал он и мысленно стал болеть за неё. Шар, который она мягко перекатила вперёд маятниковым движением, пошёл прямо к кеглям и наконец достиг их как надо. Когда Ая обернулась, на лице у неё была чистая радость, и она лёгким бегом подскочила к нему.

— Благодаря твоему совету у меня получилось хорошо бросить, Мицуки-кун.

— А-а, ага.

Похоже, про второй бросок она уже забыла и теперь с довольным видом просто докладывала ему об успехе. И вдобавок протянула ладонь, будто ждала чего-то. Наверное, хотела хлопнуть по руке.

После того, что было минутой раньше, он немного боялся касаться её по своей воле, но подвести этот ожидающий взгляд не мог. Он вытер вспотевшую ладонь о брюки и только потом осторожно приложил свою ладонь к её.

— Поздравляю.

Тёмно-карие глаза Аи ярко засияли, и от того, насколько она выглядела счастливой и милой, он сам тоже улыбнулся.

— Аяя. Тебе ещё один раз бросать.

— Ой, точно. Тогда быстро брошу и поменяюсь с Хиёри-сан.

— Не спеши. Удачи.

— Да. Тогда я пошла.

— Ага, удачи.

Когда она отвернулась, он с облегчением выдохнул. На этот раз, кажется, всё прошло без того, чтобы она почувствовала отвращение, но ему по-прежнему было непонятно, что для неё всё это значит. Неизвестно. Иногда стоило ему случайно прикоснуться к ней, и она реагировала странно, а иногда сама будто просила этого. Что же тогда правильно?

— Как же мило было, что Аяччи прибежала к нам отчитываться, хотя просто смогла бросить прямо и сбила всего четыре кегли.

— Полностью согласен.

Он кивнул словам Сидзуки, сказанным с каким-то почти торжественным чувством. Ая без проблем сделала второй бросок, поменялась с Хиёри и вернулась.

— Аяччи, у тебя так быстро начало получаться!

— Это всё потому, что меня научил Мицуки-кун.

— Ясно. Нечестно, что только Аяччи. Я тоже хочу стать лучше, так что научи и меня.

— Бросать надо вот так.

Мицуки показал движение взмахом руки, и Сидзука тут же одарила его недовольным взглядом.

— Так я вообще ничего не понимаю. Хочу, чтобы ты показал мне прямо рукой в руке, как Аяччи.

— Ты что, видела...?

Сидзука бы наверняка не стала возражать, если бы он к ней прикоснулся. Она была из тех девушек, которые и сами легко сокращают дистанцию, не особо думая, даже если грудью почти касаются чужой руки. И вряд ли отреагировала бы так же, как Ая, если бы он взял её за руку.

Но встречаются они с Аей или нет, Мицуки уже решил, что больше не будет по собственной воле прикасаться ни к какой другой девушке, кроме как по чистой случайности. Потому что, если бы Ая так же легко касалась какого-нибудь другого парня, его бы это точно задело.

— Попроси чему-нибудь такому научить тебя Хиёри.

— Почему? Я хочу, чтобы меня научил ты, Мидзукиччи.

— Просто. Ладно, сейчас мой ход.

— Ой, убежал.

— Сейчас очередь Мицуки-куна, так что не надо доставлять ему хлопоты. Я сама тебя научу.

— Раз Аяччи так говорит, ничего не поделаешь. Тогда учи.

Подслушав это, он понял, что Сидзука всё-таки смирилась. Но сможет ли Ая действительно нормально её научить? Он так переживал из-за происходящего за спиной, что сам начал бросать хуже обычного.

После первой игры Хиёри как-то слишком уж естественно собрала Аю и Сидзуку и увела их в туалет. Ему стало любопытно, что там происходит, но он сразу понял: вот он, удобный момент.

— Акира, я хотел у тебя кое-что спросить.

— Про Ичиносэ-сан?

Акира, отпивая спортивный напиток, сразу ответил вопросом на вопрос, и Мицуки невольно округлил глаза.

— Ты как понял?

— Смотрел на вас двоих и заметил, что между вами что-то поменялось. И вообще, вы теперь между собой по именам друг друга называете.

Он это совсем упустил из виду. С тех пор как начал звать её по имени, на улице это уже выходило у него совершенно естественно. Но со стороны Акиры такое, конечно, должно было выглядеть странно.

— В общем... мы с Аей, кажется... встречаемся.

— Чего!?

Похоже, Акира удивился всерьёз. Голос вырвался у него из самого живота, такой громкий, что Мицуки невольно зажал уши. На них тут же начали оглядываться люди вокруг.

— Серьёзно? Что? Как это вышло?

— Я понял, что люблю Аю. Что хочу быть рядом с ней.

— О-о...

Несколько раз моргнув, Акира беззвучно захлопал в ладоши. Было такое чувство, будто им восхищаются, и от этого ему стало немного неловко.

— Эй, хватит... я сказал, хватит.

— Нет, просто чтобы ты, Мицуки, сам признался... да я реально в шоке. Это главная новость года.

— Преувеличиваешь.

— Ничего я не преувеличиваю. Но это здорово. Поздравляю.

Акира с глубокомысленным видом кивнул и так сильно хлопнул его по спине, что почти вышиб дыхание. От его искренней радости, будто это случилось не с другом, а с ним самим, Мицуки вдруг особенно ясно почувствовал: у него правда хороший друг.

— В следующий раз я тебя чем-нибудь угощу.

— Рад слышать, но... слушай. Я не до конца уверен, что мы вообще встречаемся.

— М? В смысле?

Он рассказал Акире про тот день, когда признался. О семейной ситуации Аи умолчал, но саму сцену признания, свои слова и её ответ пересказал без утайки.

Выслушав его, Акира тяжело вздохнул, совсем уже не так, как минуту назад.

— Почему ты просто не сказал: «Давай встречаться»?

— Я тогда был совершенно не в себе. Я вообще не собирался признаваться именно в тот момент, а обстановка была такая, что отступать уже некуда, вот у меня всё и вылетело из головы. Я думал только о том, что мне будет достаточно просто быть рядом с ней.

— А теперь мучаешься из-за этого. Совсем не похоже, что тебе достаточно просто быть рядом.

— ...Когда ты так говоришь, мне и возразить нечего.

— Какой же ты идиот.

— ...Потому и спрашиваю. Как тебе кажется, Акира?

— Ну, если Ичиносэ-сан тоже сказала, что ты ей нравишься, значит, признание прошло успешно, и вы, скорее всего, встречаетесь.

— Но у нас не так, как у вас с Хиёри.

— Как у нас с Хиё?

— Ну, вот это вечное «обнимашки, липнуть друг к другу и миловаться двадцать четыре часа в сутки». Даже совсем недавно она странно отреагировала просто на то, что я взял её за руку. Может, ей это вообще не понравилось...

— Это, скорее, потому, что у нас с Хиё и у вас с Ичиносэ-сан отношения совсем разные. Мы с Хиё вообще идеальная пара, лучше не бывает.

Акира с гордым видом ткнул в себя большим пальцем, и почему-то это его ужасно задело.

— Чего это? Мы с Аей тоже близки.

— Без возможности даже толком прикоснуться друг к другу? И при этом ты сам не уверен, встречаетесь вы или нет?

Ответить было нечего. Акира говорил правду. В таком неопределённом состоянии их отношения действительно не могли сравниться с отношениями Акиры и Хиёри.

— Ты так вспыхнул... значит, ты и правда очень её любишь, а, Мицуки?

— ...Люблю... Очень люблю.

Лицо мгновенно стало горячим. И почему-то говорить это Акире было совсем не так, как говорить ей.

— Поэтому мне и хочется к ней прикасаться...

— Даже если ты так говоришь... ладно, сколько вообще прошло после признания?

— Три дня.

— Три дня!? Если бы вы уже на третий день начали вести себя как мы с Хиё, это было бы даже странно.

— У вас с Хиёри было не так?

— На третий день после того, как мы начали встречаться, мы ещё даже за руки стеснялись взяться. Поначалу быть невинными это нормально.

— Тогда когда до этого доходит?

— Тут нет одного правильного ответа. У всех по-разному, зависит и от людей, и от места, и от ситуации. Так что, думаю, тебе не надо так себя изводить. Когда встречаешься, не только же к друг другу липнут. И потом, как бы там ни было, ты ведь уже рядом с ней, да? Значит, можно просто не спешить и понемногу самому разбираться, что вам подходит.

— То есть это так работает?

— Именно так. Не надо строить отношения по чужому образцу. Вы с Ичиносэ-сан можете просто вместе найти свой способ быть рядом. Не торопясь.

У него никогда раньше не было девушки, так что сам он ничего не понимал. Но слова Акиры звучали по-настоящему убедительно и были очень понятны.

— И потом, это просто моё ощущение, но не похоже, чтобы Ичиносэ-сан было неприятно, когда ты её касаешься...

— Простите, что заставили ждать!

Во главе с Хиёри вернулись Ая и Сидзука. У Аи щёки были красные, и выглядела она немного уставшей. А вот Хиёри и Сидзука, напротив, выглядели посвежевшими и довольными. Что именно там произошло, он так и не понял.

— Ну всё, давайте снова играть.

— Раз Хиё так сказала, на этом разговор и закончится.

Акира уже полностью переключился обратно на боулинг, принялся разминать руки и делать приседания. Как и ожидалось от человека, для которого Хиёри всегда на первом месте. Переключаться он умел мгновенно. Мицуки тоже отбросил свои мысли, потому что жаловаться на свои переживания при Ае всё равно было невозможно.

— А, и кстати. Поздравляю, Мицуки.

Мицуки прищурился на ухмыляющегося Акиру, который снова его поздравил.

— Спасибо.

Ему оставалось лишь надеяться, что эти слова впоследствии не окажутся ложью.

— Тогда увидимся в школе. Пока-пока! Пойдём, Аки-кун.

— Я тоже часть пути с вами.

После боулинга они поужинали в семейном ресторане и на этом разошлись. Как и по дороге сюда, обратно у всех были разные маршруты, так что с Акирой, Хиёри и Сидзукой они попрощались прямо на месте. Акира и Хиёри, конечно же, уже шли, держась за руки, а Сидзука, которая разговаривала с ними, пока Хиёри была посередине, почему-то выглядела почти как ребёнок рядом с родителями.

— Нам тоже домой?

— Да.

Мицуки и Ая пошли к станции, чтобы вернуться к своему дому. Было ещё не так поздно, но уже начинало темнеть, и людей на улицах стало больше, чем днём. Стоя у края дороги, он всё смотрел на её покачивающуюся руку.

Вот он, шанс. Вокруг столько людей, можно сослаться на то, что они могут потеряться в толпе, и попробовать взять её за руку.

— ...Рука. Рука. Рука.

— Ру-ру-ру... Что с тобой?

Похоже, его желание взять её за руку вырвалось вслух, и он сам этого не заметил. Ая недоумённо склонила голову и посмотрела на него своими большими круглыми глазами.

— Ты сегодня много бросала шар. Я просто подумал, не болит ли у тебя рука.

Он тут же ушёл в безопасную тему и мысленно обругал себя за трусость. Но ничего не поделаешь. По её виду вообще нельзя было сказать, что она сама хоть немного хочет держаться за руки.

— Да. Всё в порядке. Но сегодня было очень весело.

Наоборот, её тёмно-карие глаза так и сияли от возбуждения, словно ей ужасно хотелось говорить о том, как хорошо прошёл день. Он не хотел снова тянуться к ней рукой и заставлять её чувствовать себя странно, как тогда в боулинге.

— По тебе и так видно. Достаточно просто посмотреть на твоё лицо.

— Тебе тоже было весело.

— Потому что и правда было весело.

— Да.

Ая прикрыла рот ладонью и тихо рассмеялась.

— Я впервые узнала, что ты так хорошо играешь в боулинг.

— А ты к концу тоже уже вошла во вкус.

— Но страйк я всё равно не выбила, так что хочу когда-нибудь взять реванш.

Во второй половине по предложению Хиёри он уже играл на одной дорожке с Аей, и когда ему удалось выбить страйк, радовались все вместе. Акира и Сидзука тоже сумели по разу выбить страйк, а вот у Аи так и не получилось, и это её по-настоящему задело.

— В следующий раз снова пойдём впятером.

— В следующий раз мне надо будет постараться набрать больше очков, чем сегодня.

— Только не переусердствуй.

— Моя конечная цель — набрать больше, чем Хиёри-сан.

— Это слишком высокая цель!

— По мне, может, и не скажешь, но я очень не люблю проигрывать. И тебя я тоже хочу победить, Мицуки-кун.

— Похоже, если ты во что-то втягиваешься, то уже всерьёз, Ая. Тогда и мне придётся постараться, чтобы не проиграть.

Пока они разговаривали, дошли до станции и сели на поезд. Примерно через двадцать минут они вышли на станции рядом с домом. Оттуда до квартиры было совсем недалеко. И, наверное, если бы он болтал с ней дальше, дорога показалась бы ещё короче. И всё же, едва они вышли со станции, Ая вдруг остановилась.

— Что такое?

— ...Я просто подумала, какая Хиёри-сан милая.

— Внезапно. То есть, да, я тоже думаю, что она симпатичная.

Черты лица у Хиёри были правильные, а её яркая, солнечная улыбка всегда притягивала взгляд. Даже он, человек незаинтересованный, считал её милой. Большинство парней наверняка назвали бы её красивой девушкой.

Но зачем было останавливаться среди улицы и так серьёзно об этом думать?

— Я не про внешность... хотя, конечно, и внешне она очень милая. Я про то, что она так открыто проявляет нежность к Тадокоро-куну. Берёт его за руку, просит погладить по голове, делится с ним едой.

— Для этих двоих это уже почти обычное дело.

— ...А мальчикам нравятся такие девушки, которые так открыто показывают свои чувства?

Он невольно представил Аю, которая всё время так прямо выражает свои желания и привязанность. Сладким голосом зовёт его по имени, в конце каждой фразы будто слышится сердечко, просит то об одном, то о другом. Картина была слишком хороша. Он даже ухмыльнулся, сам понимая, насколько это выглядит подозрительно.

— Н-ну... думаю, да.

Ответив с поднятым вверх большим пальцем, он увидел, как она опустила взгляд.

— ...Я не такая милая, как Хиёри-сан.

Почти шёпотом, с явным самоуничижением, она пробормотала это и будто совсем поникла. Почему-то она сравнивала себя с Хиёри и из-за этого расстраивалась. Мицуки тут же вытолкал из головы все свои подозрительные фантазии и отчаянно попытался подобрать слова.

— Тебе не надо себя с ней сравнивать. Да, Хиёри правда очень умеет честно показывать свои чувства. Но не все такие. И вообще, мне даже кажется, что девушка, которая обычно так не умеет, а иногда всё же становится ласковой, выглядит ещё милее. И мне это нравится больше.

— ...Правда?

— Это только моё личное мнение. Так что не переживай из-за этого, Ая.

Не то чтобы у него совсем не было желания видеть её такой же открытой и прилипчивой, как в его воображении. Если бы она сама так ясно показывала, чего хочет, ему, наверное, было бы проще понимать, как сделать её счастливой.

Но даже если это не так, его чувства к ней от этого нисколько не менялись. Если с детства рядом с ней не было никого, на кого можно было бы положиться или к кому можно было бы ластиться, то естественно, что она и не знает, как это делать, и ей это трудно. Куда важнее было методом проб и ошибок самому найти, как сделать её счастливой, чем заставлять её через силу делать то, что ей даётся плохо. Потому что он любил её любой.

— ...У тебя всё-таки вкусы немного странные, так что я не уверена. Поэтому позволь мне проверить.

Её правая рука коснулась его левой. Сначала она несмело дотронулась до тыльной стороны ладони, а потом, будто пробуя, переплела свой мизинец с его, словно обещание скрепляла.

— К-как тебе... так?

Спросила она, глядя влажными глазами, с ушами, покрасневшими от смущения. И почему-то сейчас сама проявляла нежность. Ужасно неловко. Невероятно неловко. Во всём остальном она такая умелая, а как только дело доходит до подобного, вдруг становится такой неуклюжей. Это было мило. Очаровательно. Невыносимо.

— Очень хорошо.

Он сам шевельнул мизинцем и аккуратно зацепился за её палец в ответ. Это было совсем не то держание за руки, о котором он мечтал весь день, и это даже трудно было назвать держанием за руки. Всего лишь сцепившиеся мизинцы, почти как детский уговор.

— В-вижу...

И всё же, глядя, как она стыдливо опускает глаза, он и сам почувствовал, как заливается краской.

— ...М-может, пойдём?

— Д-да.

Несмотря на то что по случайности они уже не раз касались друг друга, сейчас он нервничал так сильно, что тело совсем не слушалось и движения стали неуклюжими. Идти было неудобно, потому что шаг у них не совпадал.

Но отпускать её палец ему не хотелось, и он так и продолжал держаться за него.

— С-странно как-то...

— Н-ну так это ты сама начала.

— ...Т-тебе неприятно?

— Совсем нет. Я рад. Просто... мне любопытно, почему вдруг.

Он ведь с самого начала хотел взять её за руку, но от неё самой такого настроя совсем не чувствовалось. Когда он прикасался к ней, она то отдёргивалась, будто убегая, то вообще смущала его странной реакцией. Поэтому он, конечно, был счастлив, что она сама первой потянулась к нему, но всё же не понимал, что именно изменилось.

— ...Потому что мне захотелось сделать это с тобой.

От этих прямых слов он остановился посреди улицы. До этого он так и не смог до конца сформулировать, встречаются они или нет, но теперь хотя бы смутно понял, как она его видит.

Если бы между ними ничего не было, Ая бы никогда не подумала брать мальчика за руку. Хиёри и раньше открыто ластилась к Акире у неё на глазах, но всерьёз задумалась об этом Ая лишь теперь, уже после его признания. А значит, сравнивала она их потому, что в её понимании они с Мицуки тоже встречаются.

— ...Тебе... неприятно?

Наверное, из-за того, что он вдруг остановился, в её глазах появилось тревожное колебание.

— Нет. Совсем нет. Я и сам с самого утра хотел вот так идти с тобой.

— П-правда...!

Мицуки улыбнулся в ответ на её удивлённую, мягкую улыбку. Да, они так и не проговорили вслух, встречаются или нет. И всё же, если смотреть на неё сейчас, этого уже будто было достаточно.

— Пойдём так домой?

— Да. Пойдём домой.

Напряжение, которое было между ними раньше, куда-то исчезло, и теперь они могли общаться уже естественно. Шаги сами собой совпали, и между ними возникло какое-то удивительно гармоничное ощущение.

Наверное, он просто слишком спешил, хотя с признания прошло всего три дня. Акира был прав. Спешить некуда. Они могут постепенно, в своём собственном темпе, понемногу сокращать эту дистанцию между собой. Потому что теперь им и дальше быть рядом.

— ...Фуфу. Сегодня правда было очень весело.

— Но всё-таки немного стыдно вот так размахивать руками.

— Ничего страшного. Всё равно никто не смотрит.

Понимая, что спорить с Аей, которая так счастливо улыбается, у него нет никаких шансов, он пошёл рядом с ней дальше, покачивая рукой в такт её шагам.

И старательно следил за тем, чтобы их крепко сцепившиеся мизинцы ни на миг не разъединились.