Правота и зло мести (1)

Когда лекция второго урока подходила к концу, я перевел взгляд в центр класса.

— Зиг взял выходной?

Я вспомнил того парня с факультета героев, с которым у нас вчера произошла стычка.

Учитывая обстоятельства, у меня не было другого выбора, кроме как проделать дыру в ладони Зига, но его жизни ничего не угрожало. Это такая травма, которая полностью заживет за ночь с помощью вспомогательной магии, но он мог бы сегодня отдохнуть на всякий случай.

— Итак, время обеда! Пора есть!

Когда прозвенел звонок, возвещающий о начале обеденного перерыва, Гран громко объявил:

— Гран, я пока зайду в уборную. Иди вперед.
— Понял. Займу нам места.

Я отпустил Грана вперед и направился в туалет.
Когда я собирался спуститься по лестнице после его посещения, я увидел знакомую девушку.

— Ах, Туэйт.
— Элисия?

Они заметили друг друга и подошли немного ближе.

— Зига сегодня нет, не так ли?
— Да... я думал, что они что-то замышляют, но, похоже, мои опасения были напрасны.
— Пока не знаем. Вчера он вел себя необычно.

Как сказала Элисия, поведение Зига вчера было ненормальным.
Возможно, пока лучше не терять бдительность. Я кивнул.

— Кстати, где ты обычно обедаешь?
— В столовой.
— Хм... Может, мне тоже стоит пойти. Обычно я ем хлеб из школьного магазина во дворе с Мизе, но сегодня Мизе пошла поесть с другими ребятами.

Пока Элисия что-то бормотала себе под нос, я спросил то, что только что пришло мне в голову.
— Я давно об этом думаю, но неужели у тебя нет друзей на факультете героев?

— Это немного грубо... но ты прав.
— Ты совсем одна?
— Нет! Это гордое одиночество! — с нажимом ответила Элисия. — Как ты, наверное, заметил, студенты факультета героев относятся к обычным студентам свысока. Мне не очень нравятся такие разговоры, поэтому я не хочу вписываться в их коллектив.

Каждый студент этой академии знал, что факультет героев относится к общеобразовательному факультету свысока. Однако не все студенты-герои были довольны таким положением дел. Некоторые, как Элисия, утверждали, что обычные студенты также заслуживают уважения.

— Кстати, у тебя воротник растрепался.

По подсказке Элисии я посмотрел на свой воротник.
Да, это немного неряшливо. Когда я только начал учиться, я всегда застегивал верхнюю пуговицу и следил за своим внешним видом, но недавно понял, что таких меньшинство. С тех пор я взял Грана и других учеников с обычного курса за образец для подражания и стал расстегивать верхнюю пуговицу, проводя свой день в умеренно неформальном виде.

Вспоминая изменения в своих привычках за последние несколько дней, я неосознанно приподнял уголки губ.

— Что это за лицо?
— Нет... просто сам еще совсем недавно не мог себе такого представить.
— Ты ведь работал в сфере уборки до поступления в академию, верно? ...Хм. Кажется, в наши дни клининговые компании отличаются безупречными манерами.
— Да, если начальство увидит растрепанный воротник, голова с плеч слетит в мгновение ока.
— Неужели всё настолько строго?!

Я кивнул.
Кстати, фраза «голова слетит» — это не метафора, а буквальное описание того, что произойдет.

— По их логике, если человек не может соблюдать правила в повседневности, он провалит их и на задании.
— Ничего себе, какая жесткая дисциплина... В следующий раз, когда увижу в городе уборщиков, пожалуй, ненавязчиво выражу им свою благодарность, — тихо пробормотала Элисия.

«Возможно, я вношу свой вклад в улучшение статуса уборщиков по всей стране», — подумал я.

— Но мне кажется, ты выглядишь лучше, когда опрятен и аккуратен... Вот. Я сейчас все исправлю, так что не двигайся.

С этими словами Элисия протянула обе руки и схватила меня за воротник.
Наши лица неизбежно приблизились друг к другу. Идеально очерченные черты лица Элисии заполнили всё моё поле зрения.

Для меня самое сильное впечатление об Элисии сложилось, когда мы объединились на вступительном экзамене. Она — сильная, воинственная и невозмутимая девушка. Но, в отличие от этого характера, у неё очень утончённые черты лица, обладающие красотой, словно нетронутой в боях. Сохранившиеся лёгкие детские нотки также создают впечатление невинной девушки.

Наблюдая за ней, я заметил, что Элисия пристально смотрит на меня.

— ...Эй.
— В чем дело?
— Тебя что, вообще не интересует противоположный пол?

О чём это она вдруг заговорила?
Словно видя меня насквозь, Элисия продолжила:
— В такой ситуации, я думаю, было бы вполне естественно, если бы ты проявлял больше смущения.
— Даже если я говорю «такая ситуация»... на самом деле ты всего лишь поправляешь мне воротник.
— А так?

Элисия наклонила лицо еще ближе.
Наши носы слегка соприкоснулись. Я почувствовал сладкий аромат.
Когда Элисия посмотрела мне прямо в глаза, ее щеки постепенно начали краснеть.

— Элисия.
— ...Что?
— У тебя длинные ресницы.

Внезапно щеки Элисии вспыхнули.
Ее лицо стало красным, как яблоко, и она медленно отстранилась от меня.

— Чт-, а, э...
— Если уж тебе суждено смущаться, то лучше вообще этого не делать.
— Н-но я никогда не думала, что ты скажешь что-то подобное...
— Разве не этого ты добивалась?
— Хватит! Пошли скорее в столовую!

Несмотря на то, что именно Элисия инициировала контакт, она выглядела крайне растерянной, возможно, не имея никакого опыта подобного флирта.
Следуя за быстро идущей Элисией, я направился в столовую.

— Во всем виноват ты...!
В конце концов, Элисия указала на меня, и слезы навернулись ей на глаза.
— Несмотря на то, что мы общаемся совершенно нормально, в тебе все еще есть что-то загадочное... Теперь, когда дело дошло до этого, я полна решимости разоблачить тебя!
— Ну, человеку свойственно хотеть открыть плотно запечатанную коробку, но разве нам не следует хотя бы подумать о том, как это сделать?
— ...Тебе следовало бы сказать это мне прошлой.

Сказала Элисия, опустив плечи.

— Теперь я определила тебя в своём сознании.
— И кто же я?
— Ты подозрительный тип! Абсолютно подозрительный!

Честно говоря, я не могу согласиться с такой оценкой.
Тем не менее, я стараюсь жить обычной жизнью, стремясь быть как можно более обычным человеком.

— Я был готов к тому, что меня назовут чудаком, но никак не ожидал, что меня назовут подозрительным типом... Неужели я настолько подозрительный?
— Да, это очень подозрительно. Потому что, когда я нахожусь так близко к тебе, я не могу не замечать странностей. Например, ты всё это время ходишь совершенно бесшумно. Ты делаешь это специально?
— Нет, это просто привычка. Я не думаю, что её нужно исправлять, но стоит ли мне попытаться это сделать?
— Дело не в том, что я считаю, что это нужно исправить или что-то в этом роде...

Сказала Элисия со сложным выражением лица.
Я понимаю, что немного отличаюсь от других людей. Это естественно, учитывая, что я вырос в уникальной среде с раннего возраста и до настоящего времени. Однако я так и не смог точно понять, что именно делает меня непохожим на других.

— ...Однако подозрение в подозрительности не только оскорбительно, но и проблематично.
— Самая большая проблема в том, что ты об этом даже не догадываешься.
— Не буду отрицать... Элисия, извините, что беспокою тебя, но не могла бы ты назвать еще какие-нибудь причины, по которым я кажусь тебе подозрительным?

Я шел по соединительному коридору, направляясь в столовую, после того как вышел из здания школы.
Внезапно мне показалось, что я краем глаза увидел что-то странное, и я замолчал.

За школьными воротами стояла женщина со светло-розовыми волосами, одетая в черную униформу.
Женщина махала мне рукой.

«Крис? Что она делает в академии?»

Личная встреча с бывшей начальницей меня несколько смутила.
Это не работа.
Если речь идёт о работе, со мной должны были связаться заранее по каналу связи.
В любом случае, это нельзя игнорировать.

Я повернулся к Элисии и извинился.
— ...Извини. У меня возникло срочное дело, поэтому, пожалуйста, иди в столовую сама.

Когда я это сказал, Элисия бросила на меня ужасно холодный взгляд.
— Вот именно об этом я и говорю.

Это должно быть что-то очень важное.
Элисия еще раз ясно это повторила:
— Вот именно об этом я и говорю.