Человек из прошлого мира
Тишина после слов Астериона стала почти невыносимой.
Даже существа замерли.
Будто сами боялись услышанного.
Каэль медленно поднял голову.
Боль внутри не исчезала.
Наоборот.
С каждым словом директора воспоминания становились ярче.
Слишком яркими.
— …что вы сейчас сказали?
Его голос прозвучал хрипло.
Астерион не отвёл взгляд.
— Первый мир погиб более тысячи лет назад.
Магические цепи вокруг него медленно вращались, освещая разрушенный сад холодным светом.
— История говорит, что причиной катастрофы стал носитель Восьмого Пути.
Пауза.
— Якорь Разрыва.
Шёпот пробежал по преподавателям.
Даже они слышали эту легенду только как миф.
Конец первого мира.
Падение древних цивилизаций.
Появление Путей.
И человек,
чьё имя было стёрто из истории.
Каэль почувствовал, как внутри что-то неприятно сжимается.
— Вы хотите сказать, что это был я?
Астерион молчал несколько секунд.
А потом ответил:
— Нет.
Пауза.
— Но ты связан с ним сильнее, чем кто-либо должен быть.
В груди стало холодно.
Элиана шагнула ближе к Каэлю.
Инстинктивно.
Словно боялась,
что он сейчас исчезнет.
— Что значит «связан»? — спросила она.
Астерион перевёл взгляд на неё.
— Мы не знаем.
Впервые директор звучал не как человек, у которого есть ответы.
А как тот,
кто боится их.
— Но Восьмой Путь никогда не выбирает случайных носителей.
Он посмотрел прямо на Каэля.
— И существа из первого мира называют тебя Якорем не просто так.
Существа снова зашевелились.
Одно из них подняло голову.
Пустое лицо повернулось к Каэлю.
— Ты обещал…
Голос звучал сломанно.
Будто остатки чужой памяти.
— Ты сказал… что спасёшь нас…
Каэль резко вздрогнул.
И в этот момент—
перед глазами вспыхнуло воспоминание.
Пылающее небо.
Город в руинах.
Люди кричат.
Пространство трескается прямо в воздухе.
А среди этого хаоса—
человек.
Стоящий посреди разрушенного мира.
Его лица не видно.
Только чёрные трещины на руках.
И голос.
Спокойный.
Уставший.
— Если Врата откроются полностью, погибнут все миры.
Кто-то хватает его за руку.
Женский голос дрожит:
— Должен быть другой способ!
Молчание.
А затем ответ:
— Уже нет.
Человек поднимает голову к чёрному небу.
И произносит:
— Тогда я стану Якорем.
Каэль резко пришёл в себя.
Дыхание сбилось.
Трещины на его руках вспыхнули так сильно, что пространство вокруг дрогнуло.
Элиана мгновенно схватила его.
— Каэль!
Он тяжело дышал.
В голове всё ещё звучали чужие слова.
Но хуже всего было другое.
Этот голос…
был его.
— Что ты увидел? — тихо спросила Элиана.
Каэль медленно поднял взгляд.
И впервые в его глазах появился настоящий страх.
— Я думаю…
Пауза.
— Я думаю, это был я.
Тишина ударила сильнее любого взрыва.
Даже Астерион побледнел.
Мирель смотрела на Каэля очень внимательно.
Без улыбки.
Без привычной насмешки.
Только серьёзность.
— Реинкарнация? — тихо произнесла она.
— Или остаточная душа, — мрачно ответил Астерион.
Элиана резко повернулась к директору.
— Это неважно!
Её голос сорвался впервые настолько открыто.
— Он — это не тот человек!
Все замолчали.
Потому что в её словах было слишком много эмоций.
Слишком много защиты.
Рэйвен медленно посмотрел на неё.
И внутри неприятно кольнуло.
Она действительно боялась потерять Каэля.
А это значило,
что связь уже стала глубже,
чем должна была.
Внезапно земля снова дрогнула.
Но теперь намного сильнее.
Из-под академии раздался глухой удар.
Будто гигантская дверь медленно открывалась.
Существа одновременно подняли головы.
— Врата…
Чёрный туман начал подниматься между башнями академии.
Студенты закричали.
Где-то вдали уже слышались взрывы магии.
Печати разрушались.
Астерион резко активировал новый круг заклинаний.
— Всем преподавателям немедленно к нижним уровням!
Мирель нахмурилась.
— Они уже не успеют.
— Успеют, если хотят жить.
Рэйвен шагнул вперёд.
Пламя Солнца вспыхнуло вокруг него ярче прежнего.
— Что именно находится за Вратами?
Тишина.
Астерион посмотрел вниз.
Под академию.
И тихо ответил:
— То, что осталось от бога Разрыва.
Мир словно замер.
Даже ветер исчез.
А затем—
из глубин под Астрэей раздался смех.
Тихий.
Древний.
И абсолютно безумный.