Глава 128.0

Сила, направленная на Оделли.

Древний круг призыва активирован.

Ритуал насильственного вызова, проводимый кем-то с той же кровью…

Сложив слова кота, вывод был только один.

Лица Оделли и Рудвиля мгновенно застыли, они одновременно посмотрели друг на друга.

Несколько секунд серьёзного обмена взглядами, затем Оделли повернулась к котёнку и спросила ещё раз:

— …Гавин сейчас проводит ритуал, чтобы призвать меня?

Понятие «призыв» ей было известно.

Демонов, духов, мёртвых… ритуал, пробивающий границу между мирами и вытаскивающий существо из другого мира в этот.

Но до сих пор это было лишь сказками и выдумками.

И вдруг оказывается, что в древности такое действительно существовало.

Но только что освобождённый из печати котёнок лишь наклонил голову:

— Гавин? Это кто?

— Ты же сказал «человек». «Тот, у кого та же кровь, что у меня».

— Я просто сказал, что чувствую!

Он выглядел таким беззаботным, что Оделли лишь растерянно посмотрела на него сверху вниз.

Независимо от того, что скрывалось внутри, снаружи это был лишь пушистый котёнок. Её мучила совесть, не позволяя ругать его.

— Рудвиль, опусти его.

— …

Он явно был недоволен, но послушно поставил кота на пол.

— Никакой особой силы не видно. И пользы тоже.

— Кья? Да быть не может! Я же великий дух-зверь… дух… дух чего-то там…

— …

На тыльной стороне ладони Рудвиля проступили вены.

Холодный, тяжёлый взгляд готов был раздавить кота.

— Так кто ты вообще такой?

— Я?

Котёнок тупо пробормотал:

— …А кто я?

— …

— Где я? Кто я?..

От такого абсурдного ответа на лбу Рудвиля вздулась толстая вена.

В тот миг, когда убийственная аура уже готова была обрушиться на кота, Оделли быстро вмешалась:

— Ты сам сказал: «тень дракона, что рассекает небеса». Ты же это сказал.

Круглые кошачьи глаза сильно дрогнули.

— Я? Я был тенью дракона?

— …

— Да, точно… я был сильным и великим. Воспоминания мутные, но я точно помню, что был очень силён и велик…

Оделли не могла понять, искренне он это говорит или просто хвастается из гордости.

Но, вспомнив надпись на древнем языке и ауру, что вырвалась при снятии печати, это явно не было пустой ложью.

— У-у-у… голова болит… А, почему я ничего не помню? Было же что-то важное…

Котёнок ещё какое-то время бормотал, потом уткнулся лбом в пол и начал тихо стонать.

«Говорил, что дух-зверь дракона, а теперь котёнок с амнезией».

Оделли схватилась за виски.

— Киса.

— Не называй меня кисой! Я не какая-то жалкая тварь! Я был великий… ну, что-то очень великое!

Оделли на миг задумалась, не поднести ли ему зеркало, чтобы он увидел реальность, но это было бы слишком жестоко, поэтому сменила тему:

— Вернёмся к делу… Что такое древний круг призыва? Я слышу впервые, объясни, что ты знаешь.

— О, это я знаю!

Котёнок оживился и начал тараторить:

— Изначально его создавали, чтобы спасать людей издалека. Вытаскивать тех, кто застрял в разрушенных войной или катастрофой замках, соединять города, отрезанные непреодолимыми препятствиями. Но…

Он яростно поскрёб пол крошечными когтями.

— Это быстро стало запретным, потому что эта сила могла «насильственно» вызывать кого-то. Её стали использовать не для спасения тех, кого нужно спасти, а для насильственного призыва жертв или козлов отпущения. Поскольку даже записи были сожжены, неудивительно, что презренные люди об этом не знают!

По шее Оделли пробежал холод.

Не спасение, а жертва… Гавин точно использует это во зло.

Но как он вообще узнал о технике, которую не нашёл даже регрессор Рудвиль?

Записей же не осталось…

— Есть способ снять круг призыва?

— Нет.

— …Нет?

— Изначально он был для спасения. Глупые люди сделали так: «Если жизнь можно спасти — спасай любой ценой». Даже если человек без сознания, если он обозначен целью, его всё равно затянет в круг. Никаких исключений.

— Должен же быть хоть какой-то способ противодействия.

— Нет! Если бы был, круг бы не запретили! Хозяйка, ты что, глупая?

— …

Оделли тихо выдохнула.

Вдруг навалилась усталость.

— А почему ты зовёшь меня «хозяйка»?

— Потому что… ты просто хозяйка. Так было с самого начала.

— …

Ни одного нормального ответа.

Тревога медленно подползала, Оделли посмотрела на стоящего рядом Рудвиля.

Он больше не выказывал гнева.

Просто смотрел на кота, как эксперт оценивает бракованный товар…

«Опять… опять этот взгляд».

Глаза, как у мёртвой рыбы, лишённые света.

Единственная надежда — кровавый кристалл — привёл к этому крошечному коту.

Да, он предупредил об опасности, и это уже полезно, но существо в кошачьем облике было бессильным и даже память потеряло.

Осознание, что верёвка, за которую она ухватилась, оказалась гнилой, не вызвало у Рудвиля ни капли смятения.

Он уже холодно просчитывал другие пути.

Пути радикальные и ужасающе решительные…

— Ты сказал «чувствую». Можешь определить местоположение?

— Ну… примерно? Если подойдём ближе?

Рудвиль спокойно схватил кота за шкирку и снова поднял.

Покачивая маленькое тельце в руке, он, будто ничего не случилось, развернулся.

— Отлично. Начнём с того, что отрежем Гавину голову.

Сказал это легко, будто «пойдём на утреннюю прогулку».

Так и знала.

Знала, что из его уст вылетит именно такой обыденный радикализм.

— Стой, подожди!

Оделли схватила его за руку.

— Это может быть не только план Гавина.

— …

— Это не его стиль.

Даже если предположить, что Гавин внезапно стал гением, всё равно странно.

Откуда он взял запрещённую древнюю технику, записи о которой уничтожены?

Рудвиль остановился.

Раздалось тихое цоканье языком — похоже, он и сам это подозревал, но всё равно собирался идти резать Гавина…

— …Да, с высокой вероятностью есть внешнее вмешательство.

Убийство Гавина явно не решит проблему.

Но Рудвиль знал бесконечное количество способов выдавить правду из живого рта.

И первым делом решил применить их к этому странному существу в кошачьей шкуре.

— Это всё, что ты знаешь? Допустим, память пропала. Всё равно поройся в голове и выкладывай всё, что чувствуешь, до последней буквы.

— Кья-я-я-я…

Котёнок отчаянно забился, пытаясь дотянуться до Оделли.

— Хозяйка, этот злой человек меня мучает…

Оделли уже почти смягчилась и хотела сказать «хватит его мучить», как вдруг котёнок встопорщил шерсть и выпалил:

— Понял! Только что понял! Круг призыва активируется совсем скоро!

— !..

Воздух замёрз.

Взгляды Оделли и Рудвиля одновременно впились в кота.

— Когда?

— Девять.

— Через девять часов? Ты же не имеешь в виду через девять минут?

— Девять, восемь, семь, шесть, пять...

От внезапного отсчёта Оделли на миг потеряла дар речи.

Неужели девять секунд?!

Даже её всегда напряжённый мозг на этот раз застыл.

Времени на подготовку не было вообще.

Её сейчас затянет прямо к Гавину, что тут можно успеть?

Оружие не взять, да и владей она мечом, всё равно не успеет.

В мгновение ока под её ногами расплылся ослепительный узор.

Гигантский круг призыва завершался, готовый проглотить её.

Рудвиль рефлекторно обхватил её за талию и крепко прижал к себе.

С решимостью никогда не отпускать.

— Бесполезно! Ты не переместишься вместе с ней!

В этот миг взгляд Рудвиля, подобный молнии, впился в кота.

Глаза, как у демона.

Он впился в оцепеневшего, распушившего хвост кота… и в следующее мгновение швырнул зверя прямо в центр круга призыва.

Буквально впечатал в пол.

— …

— …

В тот же миг там, куда врезался кот, световые линии начали нестабильно искрить.

Огромный узор, который собирался завершиться, замер, словно прервалось дыхание.

Активация призывного круга прервалась, словно остановилось время.