Глава 107.0

— А, и это тоже примите.

Рудвиль достал из внутреннего кармана браслет.

Браслет с выгравированным гербом дома Эксепсион выглядел весьма дорогим.

— Ох, боже… Святая, это же…

— Это значит, что вы в любое время можете явиться в герцогский замок и будете приняты как почётный гость.

Именно так.

На первый взгляд — знак близости и доверия, который дарят дорогим гостям…

Но едва увидев браслет, Оделли вздрогнула.

«Это же магический артефакт для отслеживания местоположения...»

Кандалы, которые, однажды надев, уже нельзя снять…

В одной из поздних жизней, когда Рудвиль был в самом разгаре своего безумия, Оделли неоднократно сбегала от его одержимости, и в конце концов он надел ей на руку именно этот браслет и заточил её.

Аделла, не знавшая истинного назначения, растерянно надела браслет.

Теперь, даже если она попытается бежать, её тут же найдут.

«...И когда он успел такое сделать? И он всё время носил это при себе? Зачем?»

Оделли не могла отвести от Рудвиля настороженного взгляда.

Неужели он всё это время таскал его с собой, чтобы однажды надеть на неё…

Почувствовав её взгляд, Рудвиль начал нести чушь:

— Вы ревнуете?

— Нет…

Какая тут ревность, к чёрту…

Это же устройство слежения.

Он ещё крепче обнял её за талию и лениво прошептал на ухо:

— Разве вам не интересно, почему я хочу забрать эту женщину?

Конечно, он явно собирается как-то её использовать.

«Если он хочет, чтобы я ревновала, ему следовало бы прилипнуть к ней, а не ко мне…»

Но Оделли побоялась даже пошутить: а вдруг он решит, что «предал жену», и снова проткнёт себе ладонь.

«...Что именно он вспомнил благодаря Аделле?»

Оделли никогда не предполагала, что Рудвиль начнёт вспоминать.

Ведь за тысячи регрессий она ни разу не осознавала воспоминания о прошлых жизнях.

Какая переменная сработала?

Оделли невольно подняла глаза на Рудвиля. Она просто пыталась понять, что именно могло спровоцировать его память, но Рудвилю её взгляд показался совсем иным.

Безмолвный, но отчётливо умоляющий.

Рудвиль замер.

Он застыл, словно заворожённый, не в силах отвести взгляд от этих глаз.

— А…

И тут же посмотрел на неё горящими глазами.

— Всё в порядке. Как только приедем, я сразу брошу её в подземелье. Если вас это так беспокоит, можете присутствовать при допросе. Нет, я даже хочу, чтобы вы были рядом. Всё время крепко держали меня за руку…

— …

«Он точно подозревает, что я — та самая голубоглазая женщина».

Но он пытается скрыть тот факт, что видел воспоминания.

Он догадался, что Оделли попытается помешать ему.

«Аделлу нельзя забирать в замок… Но от приюта её всё равно нужно оторвать».

Оделли вспомнила детей, у которых наконец спала температура.

«Всё ради того, чтобы заманить нас в этот приют, она понемногу вытягивала из детей жизненную силу, вызывая лихорадку».

И явно собиралась использовать эту силу где-то ещё.

Она вытягивала ровно столько, чтобы дети заболели, но не умерли — лишь минимум.

И всё только ради того, чтобы заманить сюда Оделли и Рудвиля.

Тем более это было отвратительно.

«К счастью, жизни детей пока вне опасности».

Если она открыто выступит против того, чтобы забирать Аделлу… загнанная в угол Аделла может натворить что угодно.

Сейчас нужно мыслить рационально.

Рудвиль прав.

«…Ничего не поделаешь».

Сейчас нужно отступить на шаг.

«Как только приедем в герцогский замок… нет, уже сейчас нужно вырвать у Аделлы клыки».

Единственный способ — убрать все переменные, которые она могла получить от Гавина.

А потом сразу вышвырнуть её за пределы замка, и у Рудвиля не останется повода держать её при себе.

* * *

Ночь была поздняя, поэтому они переночевали в приюте и выехали только утром.

За это время Аделла попыталась сбежать, но, разумеется, была почти мгновенно поймана.

— …

Могла ли она подумать, что браслет, который надела лишь для того, чтобы избавиться от любопытных взглядов, останется с ней навсегда?

«Чёрт…»

Колёса кареты громыхали: тук-тук, тук-тук.

Небо уже отливало пепельным.

Пункт назначения — герцогский замок.

До прибытия оставалось ещё полдня.

В карете царила тишина.

Аделла сидела в углу, опустив взгляд.

Глаза беспрестанно дрожали, пальцы нервно мяли ткань юбки на коленях.

«…Я вообще ничего не понимаю, что происходит».

В голове у Аделлы был полный хаос.

Она пыталась использовать на великом герцоге духи, но он проткнул себе руку и мгновенно пришёл в себя.

Потом этот псих заставил её стоять на месте, угрожая, и ещё и ковырял свою рану, а потом внезапно объявил, что забирает её в замок.

«Он точно не потому забрал меня, что вдруг заинтересовался…»

Даже самый глупый не стал бы так заблуждаться.

Любой, кто хоть раз видел, как он смотрит на великую герцогиню, понял бы.

Тогда зачем…

Аделла внезапно вспомнила предупреждение «того человека»:

— Не распыляйте духи более трёх раз. Тогда он вызовет не тоску, а галлюцинации. Человек может обезуметь.

Он сказал: может увидеть галлюцинации и сойти с ума.

А вдруг ему понравились эти галлюцинации, и он забирает её ради них?

«Чтобы продолжать их видеть?»

Как только эта мысль пришла в голову…

«…Это же шанс».

Аделла поняла, что ситуация не обязательно плоха для неё.

Наоборот — это может быть шанс.

«Все зависимости в мире так устроены: постепенно затягивают, пока человек не станет зависимым».

Мгновенно захватить его уже не получится.

Но если понемногу, стабильно подкармливать его этими галлюцинациями…

Возможно, великий герцог не сможет жить без них.

«Если бы он понял, что это духи, он бы просто отобрал флакон и избавился от меня».

Но он этого не сделал.

То, что он тащит её в замок, несмотря на все хлопоты, — доказательство, что он до сих пор не понял точную причину галлюцинаций.

Значит, хочет допросить и выяснить.

Но если до конца не раскрывать о существовании духов?

«Он не сможет меня отпустить».

Да, значит, ещё не всё потеряно.

— Аделла.

В этот момент неожиданно заговорила Оделли.

В карете, кроме Аделлы, ехала и сама Оделли.

Под предлогом того, что им есть о чём поговорить.

— Д-да?

Оделли сидела напротив и спокойно смотрела на неё.

Через некоторое время она слегка наклонилась вперёд.

Когда расстояние сократилось, Аделла невольно сглотнула.

— Не могла бы ты меня немного подлечить?

— П-подлечить?

— Да, меня всё время знобит. Похоже, я переутомилась и подхватила простуду. Была бы благодарна, если бы ты использовала свою силу. Спасатели говорили, что ты и такие мелочи, как простуда, лечишь начисто.

Простуда? Из-за какой-то простуды...

Но ослушаться великую герцогиню она не могла.

Отступить в таком шатком положении — значит лишь усилить подозрения.

«Ничего, у меня ещё есть запасённая сила очищения и жизненная сила. С простудой справлюсь…»

Аделла изобразила ту самую «нарисованную» улыбку, которую обычно использовала, притворяясь святой, и взяла руку Оделли.

— Конечно, великая герцогиня.

И уже довольно умело потянула силу из накопленного в устройстве запаса.

Оделли молча смотрела ей в глаза.

Казалось, они просто сидят друг напротив друга и молчат…

Но на самом деле через соприкасающиеся руки Оделли прощупывала спрятанный в теле Аделлы магический артефакт.

«Вот он».

Оделли мгновенно определила местоположение устройства.

Ведь в нём была «сила очищения», которую Кардель извлёк из Оделли, — искать было несложно.

Оделли почувствовала силу очищения, а сила очищения почувствовала Оделли.

Она не пыталась насильно вытянуть или поглотить её.

В этом не было нужды.

Сила очищения уже сама всё решала.

Кто настоящая хозяйка.

Кто сильнее, чище и совершеннее как сосуд.

Лёгкое течение энергии задрожало и стремительно потекло в сторону Оделли.

Всё, что оставалось в устройстве Аделлы, полностью перешло к Оделли.

Словно кусочек пазла, вставленный не туда, сам нашёл своё место и щёлкнул.

— !..

Пальцы Аделлы дрогнули — она почувствовала неладное.

Не понимая, что именно произошло, она инстинктивно ощутила: что-то пошло не так.

— Ч-что… что это!..