Глава 11.0

Просторный зал, залитый светом разноцветных люстр и заполненный дорогими платьями. Изысканные блюда для создания настроения и мелодичная музыка оркестра. Это было место, где собирались аристократы и их дети, ведя свои тайные подковерные игры.

Издалека я смотрел в чью-то спину. Рядом с отцом стоял мой брат. Точнее, я смотрел на брата Эмбера — Старва Гелиоса. Причиной, по которой все сегодня собрались, было празднование дня рождения Старва. Как старший сын, он был практически гарантированным наследником титула главы семьи Гелиос. В том, чтобы выслужиться перед ним, не было никакого вреда, поэтому дворяне толпились вокруг него.

Из-за этого ко мне в детстве относились как к пустому месту. Изредка мелкие дворяне с окраин подходили ко мне, надеясь привлечь внимание, но быстро уходили. В то время я был слишком молод, у меня не было последователей — едва ли я был тем, на кого стоило тратить время. Поэтому я просто сидел в уединенном углу, ковыряясь в еде и глядя на брата Старва завистливыми глазами.

Внезапно подступило чувство тревоги. Я обыскал свою память, но этой сцены в романе не было. Если так, то была ли вся эта картина воспоминанием, запечатленным в теле Эмбера…? Всё казалось настолько живым и реальным, что я почувствовал дезориентацию.

Пока я пытался заглушить одиночество едой, кто-то подошел. Я решил, что это очередной мелкий дворянин, и даже не поднял головы. Я знал, что это грубо, но после того, как ситуация повторилась десятки раз, накопилось раздражение. Юный Эмбер, как выяснилось, был менее терпелив, чем я представлял.

— Это вкусно?

Чистый, нежный девичий голос. Непринужденный тон, как если бы она обращалась к сверстнику, отбросив этикет. Трудно было поверить, что такой голос звучит в зале, полном аристократов. Прежде чем я успел остановить себя, я повернул голову.

Золотистые волосы, мерцающие в свете люстр. Голубые глаза, в которые, казалось, выплеснули само небо. Несмотря на маленький рост, ее уверенная поза и выражение лица почти заставили меня рассмеяться — но я сдержался.

— Ты не умеешь говорить? Вкусно?

Девочка указала на еду, которую я ел. В тот момент я как раз грыз большую жареную куриную ножку. Как только я откусил кусок, брызнул сок — это было восхитительно.

— Вкусно.

Раз уж она говорила со мной просто, я ответил тем же. Девочка, казалось, ничуть не смутилась и продолжала пристально смотреть на мою тарелку. К чему был этот любопытный взгляд? Едва я успел заподозрить неладное, ее губы зашевелились.

— Можно мне кусочек?

Благородная леди ест чьи-то объедки? Это было немыслимо. Я слышал, что простолюдины часто делятся едой из-за нужды, но это был дворянский прием. Еды было в избытке. Если она хотела, могла просто взять себе порцию. К тому же, я не хотел отдавать то, чем наслаждался сам.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я это ем.

— Хм…

Девочка приставила палец к губам, погрузившись в раздумья. Я даже не был уверен, что это требует таких серьезных размышлений.

— Тогда… если мы станем друзьями, ты поделишься едой?

Я был настолько удивлен, что потерял дар речи. Как она пришла к выводу о дружбе из этого диалога? Я всего лишь не хотел отдавать свою курицу. Мне стало ужасно любопытно, что творится у нее в голове.

Не дожидаясь моего ответа, девочка слегка приподняла подол платья обеими руками и присела в реверансе. Это было надлежащее приветствие благородной леди. Ее движения были почти безупречны, что развеяло мои подозрения о том, что это простолюдинка, тайком надевшая платье.

— Меня зовут Летиция Алета. Я старшая дочь семьи Алета. Рада знакомству.

Семья Алета была знаменита тем, что когда-то входила в круг центральной знати, прежде чем была вытеснена на окраины. Они славились выдающейся воинской доблестью, но также полным неумением плести интриги. Увидеть ребенка из этой семьи воочию было неожиданно. Но больше всего поражало то, что, несмотря на изгнание, Летиция выглядела сияющей.

Наверное, всё началось именно тогда. Когда я впервые заинтересовался этой девочкой.

— Я Эмбер. Эмбер Гелиос.

Глаза Летиции расширились от удивления.

— Ты из семьи Гелиос?

— Ты заговорила со мной, не зная этого?

— Да. Ты сидел в углу, и я подумала, что ты такой же дворянин с окраин, как и я.

Все, кто подходил ко мне с начала бала, делали это ради престижа семьи Гелиос. Летиция была первым человеком, который подошел ко мне, не зная ровным счетом ничего.

— Почему ты здесь один? Сегодня же день рождения твоего брата.

Ее тон подсказывал, что она действительно не понимает сути дворянских интриг. Я перевел взгляд на брата Старва, который беседовал с центральной знатью рядом с отцом. Всё внимание было сосредоточено на нем. Со стороны дворян — и даже со стороны семьи. Чувство пустоты в груди стало больше, и я снова посмотрел на Летицию. Честно говоря, это задевало мою гордость, и мне не хотелось очернять ее невинность. Я решил отмахнуться туманным оправданием.

— Я просто… не хотел мешать.

— …

Почему-то Летиция молча смотрела на меня. Казалось, эти голубые глаза видят меня насквозь, отчего мне стало не по себе. Затем Летиция расплылась в лучезарной улыбке и схватила меня за руку.

— Разве здесь не душно? Хочешь пойти поиграть на улицу?

Словно в трансе, я отставил еду и последовал за Летицией в сад. Там не было величественной музыки или люстр, как внутри особняка, но небо было полно ярких звезд, а смех эхом разносился на свободе. Мы сбросили тяжелый груз дворянских обязанностей и носились как обычные дети. Груз, давивший на грудь, исчез, сменившись освежающим чувством свободы. Мы играли, пока не выбились из сил, а затем улеглись прямо на траву. Обычно нам бы никогда не позволили такого — но взрослых рядом не было, так какая разница?

— Говорят, что герои, совершившие великие подвиги, после смерти становятся звездами.

Сам того не осознавая, я пересказал легенду из книги сказок. Я не видел выражения лица Летиции, но чувствовал, что она внимательно слушает. Славные деяния героев, запечатленные на небесах. Я протянул руку, чтобы коснуться их, но схватил лишь воздух. Думая о наследии, которое эти герои оставили на континенте, я продолжил:

— Я хочу стать таким же героем, как они. Великим и великолепным, чтобы не посрамить предков моей семьи.

— Так стань им!

Летиция, которая до этого слушала молча, вдруг вскочила на ноги. На фоне сияющего Млечного Пути она широко развела руки.

— Ты сможешь, Эмбер! Давай усердно тренироваться! Стань героем, который спасет мир! А я буду рядом и помогу тебе!

Тогда я и представить не мог, что однажды мы с Летицией вместе посадим космеи и даже станем помолвлены. Что в далеком будущем мы будем стоять плечом к плечу в Подземелье Гоблинов.

Я проснулся от сна, почувствовав на лице что-то влажное. Зрение было затуманено, но после того, как я несколько раз моргнул, всё прояснилось. То, что я увидел, заставило меня замереть от шока.

Летиция тихо всхлипывала, крупные слезы катились по ее лицу, а сама она шмыгала носом. По ощущению под затылком я понял, что она позволила мне уснуть у нее на коленях.

Кто такая Летиция? В Академии ее знали как 「Ледяную принцессу」 — человека, чьи губы едва изгибались в улыбке, даже если случалось что-то хорошее. Знаменитая своей сдержанностью, сейчас Летиция плакала как ребенок. Нет — возможно, тот холодный образ существовал только в романе. Как я видел во сне, когда-то она была яркой и эмоциональной девочкой. Ее чувства иссохли, потому что окружение не давало ей дышать. Оказавшись на грани жизни и смерти в Подземелье Гоблинов, она, должно быть, позволила всем подавленным эмоциям вырваться наружу.

Когда наши глаза встретились, Летиция вздрогнула и поспешно вытерла слезы рукавом. Но покрасневшие глаза выдавали ее с головой. Постоянное шмыганье носом делало очевидным, что она плакала буквально только что.

— Если ты проснулся, мог бы и сказать.

Ее голос охрип. Стоит ли мне притвориться, что я ничего не заметил, из уважения?

— Прости. Ты присматривала за мной, пока я был без сознания.

— Я не настолько бессердечна, чтобы бросить того, кто упал в обморок. К тому же, ты очнулся быстрее, чем я ожидала.

Несмотря на рост привязанности, ее тон оставался прохладным. Можно ли вообще доверять системе?

— Если ты в сознании, пожалуйста, встань.

Значит, это правда — она действительно устроила мне 「подушку из коленей」. Чувствуя неловкость, я покинул этот уютный уголок. Оглядевшись, я увидел груды трупов гоблинов, сложенные в высокие кучи. Вид был довольно внушительный. Я тайком открыл Окно Статуса, чтобы проверить свои характеристики.

[Эмбер Гелиос]

Ур. 1

Статус:

Сила 450

Ловкость 378

Магическая сила 240

Выносливость 391

Защита 420

[Навык Героя]

— One-Step Moonwalk.

Удивительно, но записанные значения были выше, чем когда я временно повышал статы через Магазин Привязанности. Похоже, мои усилия в бою были должным образом вознаграждены опытом. С таким темпом достижение 2-го уровня не заставит себя ждать. Риск жизнью того стоил.

Пока я сдерживал улыбку, до моих ушей донесся голос Летиции:

— Если тебе уже лучше, давай поскорее уйдем отсюда. Мы не знаем, когда гоблины возродятся и нападут снова.

Когда монстры в подземелье погибали, их трупы через некоторое время исчезали. Спустя еще какое-то время рождались новые монстры. Проще говоря, в замкнутом пространстве подземелья смерть и рождение продолжались бесконечно. Поскольку мы убили так много, респаун, скорее всего, задержится — но мое состояние было ужасным. Выжав из себя последние силы, я чувствовал тяжесть во всем теле, словно оно было погружено в воду. Мне больше всего на свете хотелось вернуться в особняк и рухнуть в кровать.

Но оставалось еще кое-что важное. Летиция последовала за моим вялым руководством. Мы подошли к табачным листьям высшего сорта, растущим в углу подземелья. Я достал кинжал и осторожно срезал только листья. Наблюдая за мной, Летиция спросила:

— Что ты делаешь?

— Собираю табачные листья.

— Тогда почему—

— Разве я не объяснял? Я пришел в Подземелье Гоблинов, чтобы исцелить наши тела и собрать табачные листья.

Разговор резко оборвался, сменившись тяжелым молчанием. Казалось, иголки впиваются мне в спину. Когда я обернулся, Летиция смотрела на меня так, будто я был каким-то насекомым. Она определенно что-то недопоняла.

— Нет, всё не так.

— Что значит 「не так」? Куришь ты или нет — меня это не касается.

— Это материал, необходимый для возрождения космей.

— О, вот как. Понятно.

Несмотря на согласные слова, ее взгляд оставался ледяным. Даже если бы я хотел сказать ей правду, факт того, что Святая София любит сигареты, был табу. Да и если бы я сказал, сомневаюсь, что Летиция бы мне поверила. В итоге я покинул Подземелье Гоблинов и вернулся в особняк с растущим чувством недопонимания.

Наступил день приезда Софии. Я намеренно вышел к воротам в назначенное время, чтобы встретить ее. Поскольку приехал человек, способный возродить космеи, Летиция стояла рядом со мной.

К особняку подкатила карета с эмблемой Церкви. Карета остановилась, и из нее медленно вышла женщина. Ее внешность идеально соответствовала описанию из романа — я сразу понял, кто это. Я глубоко поклонился, приветствуя ее.

— Добро пожаловать в семью Гелиос.

София замерла от неожиданности, затем поспешно поклонилась в ответ.

— Спасибо, что вышли встретить меня.

— Вы всё-таки важный гость.

Взгляд в сторону показал, что у Летиции на лице было выражение недоверия.

— Эта женщина — моя невеста, Летиция Алета.

— Р-рада знакомству.

Летиция грациозно приподняла подол платья и поклонилась. Даже будучи в замешательстве, она соблюдала безупречный этикет. После обмена приветствиями мы направились в сад к космеям.

София некоторое время осматривала сад в одиночестве. Тщательно изучив состояние цветов, она нашла центр, опустилась на колени и сложила руки вместе. Видеть Святую за молитвой — то, о чем я только читал — было глубоко трогательно. Вскоре от Софии начало медленно распространяться теплое голубое сияние, окутывающее сад космей.

К счастью, цветы быстро восстановили свою жизненную силу. По пути не произошло ничего странного. Поскольку я не был вовлечен напрямую, казалось, система не могла вмешаться. Совершенно случайно я раскрыл еще один секрет системы.

— Видишь? Я же говорил, что был прав.

— …

Я обратился к Летиции с чувством гордости, но она молчала. В ее голубых глазах отражался лазурный свет, исходящий от Софии. Золотые волосы смешивались с этим сиянием, создавая сказочную картину. Она была так прекрасна, что я не мог отвести глаз. Как и ожидалось от первой красавицы мира романа.

У меня нет выбора, кроме как признать это.

Я уже перестал ждать ответа, когда до моих ушей донесся тихий голос.

— Ты всё-таки был прав.

Совсем как тогда, на балу, Летиция лучезарно улыбнулась во весь рот.

[Привязанность конкретного лица резко возросла!]

[Летиция Алета: 32 → 42]

[Выполняется Системное принуждение!]

[Часть привязанности цели будет вычтена!]

[Летиция Алета: 42 → 34]