Фестиваль

Глава 8: Фестиваль.

Утро семнадцатого августа выдалось суматошным.

Селина носилась по дому как угорелая — готовила корзину с едой, проверяла, всё ли взяли, переодевалась три раза и каждый раз спрашивала Рейнольда, как она выглядит. Отец, который уже час сидел на крыльце и точил свой меч (хотя тот был острым до безобразия), каждый раз отвечал: «Красиво, дорогая». Судя по интонации, он даже не смотрел.

Я сидел в своей комнате и крутил в руках меч.

Рейнольд разрешил взять его на фестиваль. Сказал: «Ты уже достаточно взрослый, чтобы носить оружие. Только не вздумай никого им тыкать. И не доставай без нужды. И держи при себе. И вообще, лучше не доставай».

Я пообещал.

Меч висел на поясе, уменьшенный до удобного размера. Чёрный клинок с тёмно-синей рукоятью. Я к нему уже привык настолько, что без него чувствовал себя голым.

— Лиам! — крикнула из гостиной Селина. — Ты готов? Мы выходим через десять минут!

— Да, мам!

Я ещё раз проверил, хорошо ли закреплён меч, не вымазался ли я, и вышел.

Родители уже стояли у двери. Рейнольд был в своей парадной форме главы стражи — чистая рубаха, тёмный жилет, на поясе меч. Селина надела своё лучшее платье — синее, с вышивкой по вороту, волосы убрала в высокую причёску. Выглядела она лет на двадцать, не больше.

— Ну как? — спросила она, крутанувшись.

— Красиво, — ответил я, и она засветилась от счастья.

Рейнольд хмыкнул и подмигнул мне: мол, учись, сынок.

«А ты-то чего ухмыляешься? Это вообще-то я сделал ей комплимент!»

＊＊＊

До центра деревни мы дошли пешком. Дорога заняла минут двадцать — по пути к нам то и дело присоединялись соседи, здоровались, перекидывались парой фраз. Я тащился сзади, разглядывая дома и людей.

Народу было много. Очень много. Не только из нашей Юноны, но и из окрестных деревушек — я узнавал их по одежде и говору. Все нарядились, все улыбались, все куда-то спешили. Впрочем, очевидно куда, и понятно почему их так много. Всё как в прошлые годы.

Фестиваль Адара.

Ещё издали было слышно музыку — волынки, барабаны, чьи-то пьяные выкрики. Пахло жареным мясом, выпечкой и ещё чем-то сладким. В воздухе висела пыль, поднятая сотнями ног.

У входа на рыночную площадь мы остановились.

— Так, — Рейнольд повернулся ко мне. — Ты где хочешь быть? С нами или с друзьями?

— С друзьями, — ответил я, оглядывая толпу в поисках знакомых лиц.

— Тогда так. Встречаемся у главных ворот на закате. Если что-то случится — сразу ищи стражу или беги к нам. Ты знаешь, где мы обычно стоим.

— У сцены, где маги выступают, — кивнул я.

— Правильно. — Отец потрепал меня по голове. — И меч не доставай понапрасну.

— Я помню.

«Я, конечно, понимаю его заботу, я всё-таки ребёнок, но это уже слишком, он повторял мне это уже миллион раз».

Селина наклонилась, чмокнула меня в макушку и прошептала:

— Веселись, сынок.

Я кивнул и нырнул в толпу.

＊＊＊

Я шёл сквозь толпу, лавируя между взрослыми. Кто-то задел меня плечом, кто-то чуть не наступил на ногу, но я привык — на фестивале всегда так. Главное — не останавливаться и не пытаться пробиваться напролом, а просто течь вместе с людьми, как вода.

Найти компанию оказалось проще, чем я думал. Кир орал громче всех.

— ЛИИИААМ! — завопил он, увидев меня, и замахал рукой так, будто тонул. — Мы здесь!

Они собрались у старого колодца, который сегодня почему-то не работал — видимо, специально для фестиваля его перекрыли, чтобы мелкие не лазили. Компания была почти в полном сборе: Кир, Митяй, ещё пара пацанов, несколько девчонок, среди которых я сразу заметил Кури.

Она сидела на краю колодца и, увидев меня, улыбнулась своей обычной улыбкой.

— Пришёл, — сказала она, когда я подошёл.

— Пришёл.

— Меч принёс?

Я похлопал по поясу. Кури присмотрелась, кивнула.

— Красивый. Чёрный.

— Артефакт, — не удержался я.

— Правда? — Кир тут же подскочил. — Дай посмотреть!

— Нельзя. — Я покачал головой. — Отец запретил доставать без нужды.

— Эх, — разочарованно протянул он. — Ну хоть потрогать можно?

— Трогать можно.

Кир тут же запустил руку к моему поясу и пощупал рукоять. Остальные тоже подтянулись, загалдели. Пришлось каждому дать прикоснуться к мечу, чтобы успокоить.

Кури не стала. Просто сидела и смотрела.

— Пойдёмте уже, — сказала она наконец. — А то всё самое интересное пропустим.

＊＊＊

Фестиваль кипел.

Мы бродили по рядам, разглядывая товары. Чего тут только не было! Сладости, игрушки, ткани, украшения, какие-то амулеты (явно поддельные, но кто ж разбирается), еда на любой вкус. Кир умудрился выпросить у родителей мелочь и теперь скупал всё подряд — леденцы, пряники, какую-то дудку, которая противно пищала.

— Кир, убери уже эту дудку, — взмолился Митяй. — У меня уши в трубочку сворачиваются.

— Не нравится — не слушай! — Кир дунул ещё громче.

Я отошёл подальше, делая вид, что не знаком с этим ненормальным.

Митяй нашёл лавку с оружием и залип там, разглядывая ножи. Я тоже задержался, но быстро понял, что это хлам. Обычная сталь, грубая ковка, никакой магии. На фоне моего артефакта — просто мусор.

— Скучно, — сказал я, и мы пошли дальше.

Кури шла рядом, чуть касаясь меня плечом. Иногда она брала меня за руку, когда толпа становилась совсем плотной, и отпускала, когда мы выходили на свободное место.

＊＊＊

Ближе к полудню мы вышли к игровой площади. Здесь было шумно — мужики играли в кости, в карты, в какие-то местные игры с деревянными фишками. Крики, споры, звон монет.

— О, смотрите! — Кир ткнул пальцем. — Там дядя Мирон и твой отец играют!

Я присмотрелся. Действительно, за одним из столов сидел Рейнольд. Перед ним горкой лежали медяки и пара серебрушек. Напротив пыхтел какой-то толстый мужик, явно проигрывающий.

— Отец умеет играть, — сказал я. — Только мама не любит, когда он этим занимается.

— А чего он тогда играет?

— Фестиваль же.

Кир хмыкнул и потянул меня дальше.

Мы зашли в палатку с пряниками. Там пахло мёдом и корицей так, что у меня слюнки потекли. Кури купила два больших пряника в виде рыбок и один протянула мне.

— Держи.

— Спасибо, — я взял, откусил.

— Твоя мама не будет ругаться, что ты угощаешься у чужих? — спросил я с набитым ртом.

— Я своими деньгами купила, — пожала она плечами. — Мне бабушка дала на фестиваль.

— А, ну тогда нормально.

＊＊＊

К вечеру мы выбрались к главной сцене.

Здесь уже собралась толпа — человек двести, не меньше. Все ждали магов. Я встал на цыпочки, пытаясь разглядеть сцену, но ничего не вышло.

— Лиам, — позвала Кури. — Давай сюда.

Она нашла место у какого-то забора, откуда было видно чуть лучше. Я протиснулся к ней, встал рядом.

— Спасибо.

— Не за что.

На сцену вышли трое. Те же, что и три года назад? Не знаю. Выглядели они стандартно — мантии, посохи, важный вид. Один из них поднял руку, призывая к тишине.

— Жители славного баронства Зент! — его голос, усиленный магией, разнёсся над площадью. — Сегодня, в честь великого праздника — фестиваля Адара, мы покажем вам истинную силу магии! Смотрите и запоминайте!

Толпа загудела.

Маги встали в круг, начали читать заклинание. Я узнал его — по книжкам, по описаниям. То же самое, что и три года назад. Призыв огненного дракона.

— О дух солнца, что даруешь нам свет, о драконы, что стали его верными учениками, позвольте нам, скромным проводникам, указать вашим...

БАХ!

У трёх магов покатились головы с плеч. А на сцену опустился некий старик.

Я же, как и все остальные, пребывал в шоке.

Что происходит?

Они остались без голов?!

Почему?

Послышались крики двух магов, которые стояли по соседству со сценой.

— Ваше превосходство! Что вы творите!

На что этот пожилой маг кинул на них взгляд, словно они идиоты.

Когда все наконец-то отошли от шока, они начали убегать с места преступления.

— А, точно, я же всё ещё под магией иллюзий.

После слов этого старика его внешность исказилась, и он вернулся к своей исходной внешности. Белые волосы, красный плащ, символ Инь-Ян на спине. А его лицо приобрело красивые, точеные черты.

— Ч-ч-что? ГДЕ НАШ ГОСПОДИН! ОТВЕЧАЙ! — прокричал один из магов, поспешно вскидывая на него руку.

— Господин? Ааа, вы про того старика? Нууу, примерно в десяти километрах от этого места, в месте вашего последнего привала мы поменялись.

— Поменялись! Что ты сделал с ним?! Отвечай!!!

— Эх, вы, маги, такие высокомерные. Он, по идее, ещё жив. Маг такого уровня так просто не умрёт.

С этими словами он слегка наклонил голову, и двое оставшихся магов были просто вертикально рассечены магией.

Лиам видел это отчётливо, хоть он и убегал, он периодически оглядывался.

В деревне начался хаос.

＊＊＊

Послышались крики. Много криков. Люди бежали в разные стороны, давя друг друга. Кто-то упал, и его затоптали, не заметив.

— К колодцу! — крикнул я Кури. — Там наши!

Мы пробивались сквозь толпу. Сзади слышались новые крики — маг на сцене что-то делал, но я не оборачивался. Не хотел видеть.

Добежали до колодца. Кир был там, бледный, с трясущимися руками. Митяй сидел на земле и тяжело дышал. Остальные дети тоже были здесь — кто плакал, кто просто молчал, глядя в одну точку.

— Что это было? — спросил Кир дрожащим голосом. — Кто это?

— Не знаю, — ответил я, пытаясь отдышаться. — Нам нужно к родителям.

— Мои дома остались, — всхлипнула какая-то девчонка.

— Мои на рынке, — сказал Митяй. — Они там... там же этот...

Я посмотрел в сторону рынка. Оттуда доносились крики и звон стали. Похоже, стража уже вступила в бой.

— Сидите здесь, — сказал я. — Не высовывайтесь. Я пойду искать отца.

— Ты с ума сошёл? — Кури вцепилась в мою руку. — Туда же нельзя!

— Мой отец — глава стражи. Он сейчас должен находиться в районе азартных игр, нужно ему сказать!

Она посмотрела на меня своими жёлтыми глазами, потом отпустила руку.

— Возвращайся.

Я кивнул и побежал.

＊＊＊

Рынок пылал.

Не в прямом смысле — пожаров пока не было, но горели факелы, опрокинутые в суматохе, и от них уже загорались тенты торговцев. Люди метались, стража пыталась организовать защиту, но получалось плохо.

Я пробирался вдоль заборов, стараясь держаться в тени. Меч я всё-таки достал.

В центре площади, там, где была сцена, сейчас кипел бой. Я увидел отца.

Рейнольд стоял напротив того самого мага — белые волосы, красный плащ, символ Инь-Ян на спине. В руке мага был клинок — красный, будто светящийся изнутри. Отец держал свой меч двумя руками, лицо было сосредоточенным.

Вокруг валялись тела стражников. Штук десять, не меньше.

— Рейнольд Вейн, — улыбнулся маг. — А я уж думал, ты будешь прятаться за спинами своих людей.

— Кто ты? — голос отца был спокойным, но я знал его — так он говорил перед самой серьёзной дракой.

— Можешь называть меня Вельз. — маг слегка поклонился, театрально, будто на представлении. — Я здесь за тобой.

— За мной?

— Точнее, за твоей кровью. Но ты в комплекте, так что подойдёшь.

Рейнольд не стал отвечать. Он рванул вперёд.

Я никогда не видел отца в настоящем бою. Только тренировки, только спарринги, где он сдерживался. Сейчас он не сдерживался.

Он на секунду исчез из поля зрения и появился позади этого мага.

Меч отца описал дугу, целя в шею. Вельз ушёл в сторону, контратаковал — красный клинок мелькнул у лица Рейнольда. Отец отбил, но искры от столкновения клинков разлетелись в стороны.

— Неплохо, — оценил Вельз. — Для бывшего рыцаря Круглого стола. Но ты явно подрастерял форму.

— Проверим.

Они снова сошлись. Удары сыпались один за другим — быстро, почти незаметно для глаза. Я видел только вспышки клинков и тени. Отец держался, но я замечал — Вельз быстрее. Намного быстрее.

— Лиам!

Я вздрогнул. Сзади стояла Кури.

— Ты что здесь делаешь? Я же сказал сидеть у колодца!

— А ты что здесь делаешь? — она подошла ближе. — Это твой отец?

— Да.

— Он справится?

Я посмотрел на бой. Рейнольд только что пропустил удар — красный клинок полоснул его по плечу. Отец зарычал, но не отступил, ответил серией ударов, оттеснил Вельза назад.

— Не знаю.

Вельз засмеялся — громко, довольно.

— А у тебя есть сын, Рейнольд? Как мило. И он здесь, смотрит на нас. — маг повернул голову в мою сторону. Я встретился с ним взглядом. Сиреневый глаз смотрел на меня с интересом. — Какой хороший мальчик. Тоже с мечом. Растёт воин.

— Не смей трогать его, — рыкнул Рейнольд и снова атаковал.

Вельз отбил атаку, сделал шаг назад, ещё шаг. Он отступал? Нет, он что-то задумал.

— А что, если я его трону? — маг вдруг исчез.

Я не успел среагировать. Только почувствовал, как чья-то рука схватила меня за шиворот и подняла в воздух.

— Лиам! — закричала Кури.

Я болтался в воздухе, сжимая меч. Вельз держал меня одной рукой, разглядывая, как диковинную зверушку.

— Симпатичный. Глаза мамины, да? — он посмотрел на Рейнольда. — А волосы твои. Хороший гибрид.

— Отпусти его, — голос отца был тихим. Страшным. Я таким его никогда не слышал.

— Или что? — Вельз улыбнулся. — Ты меня убьёшь? Попробуй.

Он отшвырнул меня в сторону. Я пролетел метров десять, упал, покатился по земле, ободрав ладони и колени, врезавшись в ларёк. Меч выпал из руки.

— Лиам!

И в следующее мгновение по моей груди прошёлся разрез, из раны хлынула кровь.

Больно. Очень больно. Адски больно. И в итоге последнее, что я слышал, это чей-то незнакомый голос:

«— Посторонись, сопляк, теперь у руля встану я!»