Пролог

Пролог: Совет одиннадцати

Пространство не имело ни стен, ни пола, ни потолка. Оно просто существовало, бесконечное и пустое, как взгляд в бездну. Тьма здесь была не отсутствием света — она была плотной, почти осязаемой.

В центре этой пустоты висел длинный стол, вырубленный из цельного куска обсидиана с вкраплениями пульсирующих красных кристаллов. Казалось, будто по чёрной глади струится расплавленная лава, но никакого тепла она не источала. Вокруг стола стояло двенадцать кресел — высоких, с резными спинками, на которых были высечены личные символы их хозяев — рыцарей Ада.

Одно кресло пустовало. Одиннадцать были заняты.

Вельз сидел во главе стола. Его пепельно-белые волосы аккуратно зачесаны назад, открывая пронзительный сиреневый глаз (второй по-прежнему скрывала прядь). Длинный алый плащ с чёрной отделкой накинут на спинку кресла. Он выглядел спокойным, но внутри всё ещё горело раздражение. Слишком свежи были воспоминания о той деревушке Юнона. Слишком отчётливо он помнил ослепительную вспышку белого пламени, едва не сожравшую его заживо.

Справа от него, вытянув длинные ноги на стол, сидел высокий худой демон с вечно сонным выражением лица. Его звали Зефар, и он был третьим в их иерархии. Его специализация — ментальные атаки и иллюзии. Сейчас он лениво крутил в пальцах кинжал с изогнутым лезвием, на котором, казалось, всегда была капля чьей-то крови, даже если он не использовал его годами.

Слева от Вельза, напротив Зефара, сидел коренастый демон с кожей цвета старой бронзы — Берфидор. Его тяжёлая голова слегка опущена, мощные руки скрещены на груди. Он был молчалив и задумчив, что для него привычное состояние.

Далее сидели остальные. Всего одиннадцать фигур, окутанных аурой древней, чудовищной силы. Они не были равны. Между ними существовала своя иерархия, свои симпатии и, конечно, своя многовековая вражда. Но сейчас их объединяла одна цель.

— Мы собрались не для того, чтобы любоваться друг на друга, — голос Вельза, низкий и вкрадчивый, разнёсся по пустоте, не встречая эха. — Докладывайте.

Он обвёл присутствующих тяжёлым взглядом.

— Три условия из четырёх выполнены, — начал он, не дожидаясь вопросов. — Печати, удерживающие нашего Господина, стремительно разрушаются. Уцелела меньше половины.

На этих словах сидящая на другом конце стола демоница Биана резко выпрямилась. Девятая в их рядах, она была стройна и быстра, с длинными фиолетовыми волосами и глазами, в которых постоянно плясали отблески безумия. Она хлопнула ладонью по столу, и красные кристаллы на миг вспыхнули ярче.

— Мы тянем слишком долго, Вельз! — её голос, похожий на звон разбитого стекла, резанул по ушам. — Печати не ждут. Если мы не успеем подготовить всё к моменту их окончательного разрушения, наш Господин восстанет в неполной форме. И тогда...

Она не договорила, но все и так поняли.

— Тогда нам конец, — спокойно закончил за неё Вельз. — Именно поэтому мы и собрались. Обсудить последнее, четвёртое условие. И наши дальнейшие шаги.

Он повернул голову к демону, сидящему в тени в самом конце стола. Четвёртый рыцарь, Бэриа, был почти неразличим в темноте. Его фигура казалась размытой, словно он состоял из дыма и теней.

— Бэриа, — обратился к нему Вельз. — Твоё задание было самым простым. Но мы не получили от тебя отчёта.

Бэриа шевельнулся. Из тени показалось бледное, почти прозрачное лицо с пустыми белыми глазами. Он кивнул, и его голос, безжизненный и монотонный, поплыл над столом:

— Условие для всадника Чумы выполнено. Я устроил небольшую... вспышку. В одной деревушке на границе Бенфеста. Панфист, кажется. Этого оказалось достаточно. Заклинание, которое ты дал, Вельз, сработало безупречно.

Он достал из рукава небольшой чёрный камень, который на мгновение полыхнул багровым светом, и снова спрятал.

— Энергия чумы накоплена.

Вельз удовлетворённо кивнул. Панфист. Он помнил это название. Та самая деревня, из-за которой караваны пошли в обход через горы Химе. Чума сработала даже лучше, чем ожидалось.

— Остальные условия были подтверждены ранее, — продолжил он. — Для всадника Войны послужил тот человечишка — тиран, что правил Бенфестом триста лет назад. Его безумные завоевания, его жажда крови стали идеальным катализатором. Для всадника Голода... — он перевёл взгляд на Зефара, — мы подтолкнули империю. Война, которую мы спровоцировали, выкосила целые провинции. Голод был ужасен. Условие также выполнено.

— Скучная была работёнка, — зевнул Зефар, не прекращая крутить кинжал. — Наводить морок на императора, чтобы он отказался от поставок зерна. Одно движение пальцем — и тысячи трупов. Даже не интересно.

— Тебе лишь бы повоевать, — хмыкнул кто-то из тени.

— А тебе лишь бы языком чесать, — огрызнулся Зефар, даже не повернув головы в сторону говорившего.

Вельз поднял руку, призывая к тишине.

— Хватит. Мы здесь не для пререканий. Три всадника готовы. Остался последний. Смерть. — Он выдержал паузу, и в наступившей тишине стало слышно, как потрескивают кристаллы в столе. — Но его условия совершенно иные. Я займусь ими как можно скорее.

При этих словах раздался смешок. Резкий, неприятный, похожий на лай.

— О, Вельз, — проговорил обладатель этого смеха. — Я слышал, ты не просто не смог убить того человечка, а ещё и сам едва ноги унёс.

Сидящий напротив Зефара коротышка с белыми, как иней, волосами и почти белыми, выцветшими глазами согнулся в приступе ехидного веселья. Седьмой рыцарь, Хацуги. Его рост едва ли достигал ста пятидесяти сантиметров, но в нём чувствовалась такая сила, что даже Вельз относился к нему с осторожностью. Он был безумен. Не так, как Биана, чьё безумие было горячим и взрывным. Безумие Хацуги было холодным, расчётливым и оттого ещё более страшным. Он получал удовольствие, унижая других, и его любимой мишенью часто становился Вельз.

— Заткнись, Хацуги, — холодно бросил Вельз, но в его глазах мелькнула тень раздражения.

— Да ладно тебе! — Хацуги спрыгнул со своего кресла (которое для него было слишком большим) и встал на стол, прохаживаясь по чёрному стеклу. — Великий Вельз, один из сильнейших среди нас, бежал от рыцаря Круглого стола! Это же прекрасно! Расскажи подробности! Я хочу знать, что за чудо-юдо тебя так напугало.

— Я сказал, заткнись, — голос Вельза стал низким, угрожающим.

— У-у-у, сердится, — Хацуги прижал руки к щекам, изображая испуг, но в его глазах плясали злые огоньки. — Боится, что его секрет раскроется? Что все узнают, как он, рыцарь Ада, опозорился перед каким-то отродьем?

— Это было не просто отродье, — сквозь зубы процедил Вельз. — У него артефакт пятого уровня с пробуждённым сознанием. И какая-то древняя сила, которую я не смог распознать. Он использовал белое пламя... Оно было подобно силе высших существ. Я даже предполагаю, что это была «Белая Богиня».

На мгновение в зале воцарилась тишина. Даже Хацуги перестал улыбаться и наклонил голову, разглядывая Вельза с новым, более пристальным интересом.

— Высших существ? — переспросил Берфидор, подавая голос впервые. Его низкий, гулкий голос, казалось, исходил из самой земли. — Ты уверен? Белая Богиня вполне способна на такое...

— Я знаю, что видел, — ответил Вельз.

— Значит, старые игры начинаются снова, — задумчиво протянул Берфидор. — Это меняет дело.

— Ничего это не меняет, — отрезал Вельз, возвращая себе инициативу. — Главное — мы знаем, где находится цель. Рейнольд Вейн жив, но я заполучил его кровь, а это значит, что он нам больше не нужен. Осталось выполнить ещё несколько условий — и врата Ада можно будет распахнуть.

Он посмотрел на Хацуги, который наконец спрыгнул со стола и сел обратно в кресло, скрестив ноги по-турецки.

— Говоря о рыцарях Круглого стола... — Вельз перевёл взгляд на Хацуги. — Твоя работа, кажется, была не полностью завершена.

Хацуги усмехнулся, обнажая острые зубы.

— Работа была выполнена блестяще, Вельз. Одиннадцать из двенадцати. Я лично перерезал глотки каждому, кто носил этот гордый титул. В их собственной цитадели, между прочим. Кровь лилась рекой. Это было весело.

— Кроме одного, — напомнил Вельз.

— Кроме одного, — беззаботно согласился Хацуги. — Рейнольд Вейн. Тот самый, кому ты ищешь компанию. Он был... шустрее остальных. И ему повезло. Нам тогда пришлось уйти, время поджимало. А этот хитрец сбежал. Да ещё и следы замел так, что даже мои ищейки не сразу его нашли. — Он пожал плечами. — Но ты же нашёл, Вельз? Значит, не всё так плохо.

Вельз помолчал, собираясь с мыслями. Воспоминание о встрече под дождём было неприятным.

Он вспомнил фигуру в длинном плаще с капюшоном. И очки — круглые стёкла, блеснувшие в свете луны. Информатор, что знал слишком много.

«Кто же ты такой?» — мысленно спросил Вельз, хотя ответа всё равно не знал.

Он тряхнул головой, отгоняя воспоминание, и вернулся к разговору.

— Кровь Рейнольда Вейна у нас. Никто не должен нам помешать довести дело до конца.

— Тогда чего мы ждём? — бросил Хацуги.

— Мы ждём подходящего момента, — ответил Вельз. — А пока — продолжаем выполнять свои задачи.

Он поднялся. Остальные последовали его примеру.

— На этом совет окончен.

Один за другим рыцари Ада растворились в темноте. Даже те, кто не произнёс ни слова за всё собрание.