Друзья

Глава 7: Друзья.

Лето в тот год стояло жаркое. Даже в нашей деревне, затерянной среди лесов, воздух дрожал от зноя, а пыль на дорогах поднималась столбами от каждого проезжающего воза. На дворе был август.

Я сидел на крыльце и тупо смотрел, как во дворе куры роются в земле в поисках червяков. Тренировка с отцом закончилась час назад, меч висел на поясе — уже привык к нему, как к части тела. Селина ушла к соседке за какими-то травами, Рейнольд умчался по делам в усадьбу барона. Я остался один.

И мне было скучно.

В прошлой жизни я ненавидел людей. Избегал их, прятался, радовался одиночеству. Сейчас, сидя на крыльце и глядя, как за забором недалеко от дома бегают деревенские дети, я поймал себя на мысли, что завидую им.

Они носились по улице с палками вместо мечей, орали, смеялись, падали, поднимались и снова бежали куда-то. Обычные дети.

«И с каких пор я стал столь сентиментальным?» — поймал я себя на мысли.

«Я решил измениться, — напомнил я себе. — Нельзя всю жизнь просидеть в четырёх стенах».

Вздохнув, я встал, отряхнул штаны и пошёл к калитке. Меч я снял с пояса и оставил дома. Рейнольд, когда уходил, сказал: «Если пойдёшь с детьми играть, оружие оставь. Нечего пугать народ, ещё ненароком поранишь кого». Я послушался.

На улице пахло сеном и нагретой пылью. Я шёл не спеша, разглядывая дома, мимо которых проезжал только с родителями. Деревня оказалась больше, чем я думал. Дома тянулись вдоль дороги, кое-где виднелись колодцы, лавки и сараи. Люди сновали туда-сюда, кто-то нёс вёдра с водой, кто-то вёз на телеге дрова.

Компания детей собралась на развилке, у старого колодца. Человек восемь, от трёх до десяти лет примерно. Они играли в какую-то свою игру — бегали, что-то кричали, размахивали палками. Я остановился метрах в двадцати, наблюдая.

И тут один из них меня заметил.

— Смотрите, это сын начальника стражи! — выкрикнул мальчишка лет семи, с вихрастыми рыжими волосами.

Игра мгновенно остановилась. Все головы повернулись в мою сторону. Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Знакомое чувство из прошлой жизни. Когда ты в центре внимания, и хочется провалиться сквозь землю. Нет, хочется просто убежать и забыть, что ты вообще находился в такой ситуации...

Это пожирающее чувство неловкости, оно словно душит тебя, при этом не давая терять сознание...

«Спокойно, — сказал я себе. — Ты ребёнок. Просто ребёнок. Веди себя как ребёнок, не веди себя как холодный идиот. Дети в таких возрастах довольно чувствительны к такому».

— Привет, — выдавил я.

Рыжий подошёл ближе, разглядывая меня с любопытством.

— Ты чего один ходишь? Ты ж вроде с нами никогда не играешь.

«Тут он прав, мне можно было выходить гулять самому уже в четыре года. В деревне все свои».

— Да так... — я пожал плечами. — Скучно дома.

Сзади послышался шёпот. Кто-то перешёптывался, кто-то хихикал. Я кожей чувствовал эти взгляды. Хотелось развернуться и уйти обратно, к калитке, в безопасный дом. Но я пересилил себя.

— Меня Лиам зовут, — сказал я, глядя на рыжего.

— А я Кир, — он ткнул себя в грудь. — Мы тут в разбойников играем. Хочешь с нами?

— Хочу, — ответил я, удивляясь сам себе.

«Это... слишком неловко».

Кир кивнул и махнул рукой остальным. Компания загудела. Кто-то был не рад новичку, кто-то просто пожал плечами.

Игра продолжилась. Правила были простые: две команды, «разбойники» и «стража». Разбойники прячутся, стража ищет и ловит. Я попал в стражу.

Первые минуты было неловко. Я не знал, как себя вести, куда бежать, что говорить. Просто топтался на месте, пока остальные носились вокруг. Кто-то толкнул меня плечом, кто-то крикнул «чего встал?», и я наконец побежал.

Оказалось, бегать за другими детьми не так уж сложно. Тело, натренированное отцом, слушалось хорошо. Я быстро догнал одного из «разбойников» — мелкого парнишку, который даже не успел пискнуть, как я коснулся его рукой.

— Пойман, — сказал я.

Дальше пошло легче. Я поймал ещё двоих, потом ещё одного. Движения получались сами собой — резкие и точные. Сказывались месяцы спаррингов с отцом.

«Отец, я беру свои мысли назад. Спасибо тебе за эти страдания».

— Эй, смотрите! — заорал кто-то. — Этот мелкий всех ловит!

Игра закончилась ближе к вечеру. Я сидел на бревне, вытирая пот со лба, когда ко мне подсела девочка примерно моего возраста. У неё были каштановые волосы и очаровательные жёлтые глаза. Как и подобает ребёнку, никаких форм у неё не было, но за её улыбкой скрывалось нечто...

— Ты хорошо бегаешь, — сказала она. — Меня Кури зовут.

— Лиам.

— Знаю, — она улыбнулась. — Тут все знают, кто ты. Твой отец — начальник стражи.

Я кивнул, не зная, что ответить.

— Так почему ты вдруг решил прийти поиграть? Ты ведь особо интереса к этому не питаешь. — С той же улыбкой спросила она меня.

Я застыл, не зная, что сказать.

— Хаха, а ты милашка. Удивлён, что я тебя раскусила?

— Д-да...

— Хаха, не волнуйся, единственные, кто это заметили — это я и Кир. Так почему ты вдруг решил поиграть с нами?

— Нуу... Я понял, что мне нужно меняться. Я хочу научиться общаться с людьми, не испытывая дискомфорта...

«Блин, как же неловко...»

— О? — Она сделала удивлённое лицо. — Вот значит как, научиться общаться... Отлично! — она встала и коснулась указательным пальцем вытянутой руки моего носа. — Я помогу тебе с этим! Это звучит крайне интересно!

— Эм... спасибо? — не зная, что сказать, промямлил я.

— Хааа, у тебя действительно проблемы с этим. Что ж, — она неожиданно коснулась губами моей щеки. — С завтрашнего дня мы каждый день будем играть. Я буду помогать тебе с адаптацией! Нууу, или как там это слово называлось... Что ж. До завтра, Л-и-а-м.

С этими словами она улыбнулась и убежала прочь.

— Эм... И что это было?

Не зная, что делать, я встал и направился домой.

＊＊＊

Я шёл домой и всё ещё чувствовал то место на щеке, которого коснулась Кури. Странное ощущение. Непривычное. В прошлой жизни меня никто не целовал. Даже в щёку.

«Она просто ребёнок. Дети часто так делают. Это ничего не значит».

Но почему-то я всё равно думал об этом всю дорогу. Видимо, меня поразил уровень нашей близости.

Дома уже пахло ужином. Селина хлопотала у печи, Рейнольд сидел за столом и чистил свой меч. Когда я вошёл, оба посмотрели на меня.

— О, а вот и наш гуляка, — улыбнулся отец. — Слышал, ты сегодня с другими детьми играл?

Я замер. Откуда он знает? Мы только недавно разошлись.

— Соседка видела, — пояснила Селина, будто прочитав мои мысли. — Говорит, ты с ними в разбойников играл.

— Ну... да, — я пожал плечами. — Решил выйти, погулять.

Рейнольд одобрительно хмыкнул и вернулся к своему мечу. Селина подошла ко мне, наклонилась и поцеловала в макушку.

— Молодец. Хорошо, когда у ребёнка есть друзья.

Я не стал говорить, что друзьями я их пока не считаю. Просто прошёл к своему месту за столом и сел.

Ужин прошёл как обычно. Рейнольд рассказывал о каких-то проблемах со снабжением, Селина жаловалась, что куры стали хуже нестись. Я слушал вполуха, думая о своём. Так и закончился этот день.

＊＊＊

На следующий день я снова пошёл к колодцу.

Компания была почти та же. Кир махнул мне рукой, Кури стояла чуть поодаль и улыбалась. Остальные дети косились на меня с любопытством, но уже без вчерашней настороженности.

— Лиам, давай к нам! — крикнул Кир. — Сегодня в догонялки играем!

Я подошёл. Кури тут же оказалась рядом.

— Ты пришёл, — сказала она просто.

— Ты же сказала приходить, — ответил я, стараясь говорить ровно.

Она хмыкнула, но ничего не сказала. Только взяла меня за руку и потащила к остальным.

Догонялки оказались простой игрой. Водящий считает до десяти, остальные разбегаются. Кого поймают — тот следующий водит. Никакой стратегии, никаких сложных правил. Просто беготня.

«Стоп, какая к черту стратегия в догонялках? Похоже, на мне сказывается влияние отца».

Я бегал. Ловил. Уворачивался. Пару раз сам попался, пару раз поймал других. Тело работало хорошо — тренировки с отцом давали о себе знать. К концу игры я запыхался, но чувствовал себя... нормально.

В перерыве, когда мы сидели на брёвнах и пили воду из деревянной бочки, ко мне подсел Кир.

— Слушай, — начал он, понизив голос. — А это правда, что твой отец монстров убивает?

Я посмотрел на него. Рыжий, конопатый, с вечно взлохмаченными волосами. Смотрел на меня с таким искренним восхищением, будто я сам был героем.

— Ну... да, — ответил я. — Он глава стражи. Иногда приходится.

— Круто, — выдохнул Кир. — А ты видел когда-нибудь монстров?

— Нет, — честно ответил я. — Меня пока не берут.

— А меч у тебя есть? Настоящий?

Я замялся. Меч был, но отец велел его без дела не таскать.

— Есть, — сказал я всё же. — Но он дома.

Кир присвистнул и посмотрел на меня с уважением. Остальные дети, услышавшие разговор, тоже подтянулись ближе.

— А покажешь? — спросила какая-то девчонка с косичками.

— Не сегодня, — ответил я. — Отец не разрешает без него брать.

— А твой отец строгий? — спросил Кир.

Я подумал о Рейнольде. О том, как он терпеливо ставил мне стойку, как поправлял руку с мечом, как разрешал синяки мазью мазать. Как смеялся, когда я впервые попал по нему палкой.

— Нормальный, — ответил я. — Справедливый.

Кури, сидевшая рядом, усмехнулась.

— Ты странно говоришь, — заметила она. — Как маленький взрослый.

У меня внутри всё похолодело.

— Это потому что я книжки читаю, — быстро нашёлся я. — Мама говорит, от книжек люди умнеют.

— А-а-а, — протянула Кури, и, кажется, поверила. — Я тоже читать умею. Меня бабушка научила.

— И что ты читаешь? — спросил я, радуясь, что тему удалось перевести.

— Сказки в основном. Про героев, про драконов, про принцесс.

— Скучно, — встрял Кир. — Сказки для девчонок.

— А ты вообще ничего не читаешь, — парировала Кури. — Только по улице бегаешь.

— Бегать полезно! — возразил Кир.

Я слушал их перепалку и вдруг поймал себя на том, что улыбаюсь.

К вечеру, когда солнце начало клониться к закату, мы разошлись по домам.

＊＊＊

14 августа 2055 года.

Утром я проснулся от того, что за окном орали петухи. Обычно я уже привык к этому звуку, но сегодня почему-то выспаться не дали.

После завтрака, когда солнце поднялось повыше и жара ещё не стала невыносимой, я снова пошёл к колодцу.

Компания собралась та же. Кир что-то оживлённо рассказывал пацанам постарше, размахивая руками. Кури сидела на бревне и плела венок из одуванчиков. Когда я подошёл, она подняла глаза и улыбнулась.

— Привет, Л-и-а-м, — протянула она.

— Привет, — ответил я максимально ровно.

— Садись, — она похлопала по бревну рядом с собой.

Я сел. Подбежал Кир, запыхавшийся и красный от беготни.

— Лиам! — заорал он. — Пошли в догонялки! Тут Митяй хвастается, что быстрее всех бегает, а я говорю — ты быстрее!

Я посмотрел в сторону, куда он показывал. Там стоял парнишка лет девяти, плотный, коренастый, с нагловатым выражением лица. Митяй. Кажется, я его видел пару раз на рынке с отцом — тот торговал рыбой.

— И чего? — спросил я.

— Догони его! — Кир аж подпрыгивал от нетерпения. — Он говорит, что тебя легко сделает, потому что ты мелкий.

— Я не мелкий, — возразил я. — Мне пять, как и тебе.

— Ну почти мелкий. Короче, докажи ему!

Я вздохнул. Спорить с Киром было бесполезно — если он вбивал себе что-то в голову, то стоял насмерть. Пришлось идти.

«Боже, видел бы меня Сацу, он бы упал на пол и хохотал, как не в себя. Это было бы в его стиле».

Митяй оглядел меня с ног до головы и усмехнулся.

— Этот что ли? Да он же задохлик. Куда ему до меня.

— Сам ты задохлик, — огрызнулся Кир. — Лиам, покажи ему!

Спор решили просто: добежать от колодца до старого амбара и обратно. Кто первый — тот и победил. Расстояние между этими двумя точками составляло что-то около ста двадцати метров.

Я встал на линию, рядом Митяй пыхтел и разминался, как заправский бегун. Кто-то из старших махнул рукой — и мы рванули.

Сначала Митяй вырвался вперёд — ноги у него были длиннее, шаг шире. Но я не зря два месяца подряд бегал по утрам круги вокруг дома. Дыхание сбивалось, но я держал темп. К амбару мы прибежали почти одновременно, а на обратном пути я добавил.

Тело слушалось. Ноги несли сами. Я обогнал Митяя метрах в десяти от финиша и влетел в толпу детей, чуть не сбив пару мелких.

— Есть! — заорал Кир громче всех. — Я ж говорил!

«Боже, и в чём я только участвую».

Митяй подошёл, тяжело дыша, и посмотрел на меня уже без усмешки.

— Ну ты шустрый, — признал он. — Откуда скорость такая?

— Тренируюсь, — ответил я, стараясь не выглядеть слишком довольным.

— С отцом?

— Ага.

Митяй кивнул, хлопнул меня по плечу (довольно больно, надо сказать) и отошёл к своим. Конфликт был исчерпан, даже не начавшись.

— Молодец, — раздалось сзади.

Я обернулся. Кури стояла с венком в руках и смотрела на меня всё с той же улыбкой.

— Держи, — она надела венок мне на голову. — Победителю.

— Спасибо, — сказал я, чувствуя себя глупо. Венок из одуванчиков на голове — зрелище то ещё.

— Тебе идёт, — засмеялась она и убежала к девчонкам.

Я снял венок, повертел в руках и почему-то не выбросил. Просто положил рядом, когда снова сел на бревно.

«Видимо, я к ней отношусь так, потому что она довольно близка ко мне. Блин, сложно ориентироваться в собственных чувствах, когда толком не знаешь о них».

＊＊＊

День пролетел незаметно. Мы играли в догонялки, потом в прятки, потом опять в разбойников. К концу дня я знал по именам почти всех.

Кир был везде и всюду. Он организовывал игры, разнимал мелкие ссоры, подначивал тех, кто ленился. Без него компания, наверное, просто разбрелась бы кто куда. Он словно был вторым Сацу. Самое интересное, что он разнимал даже старших.

Кури держалась чуть особняком. Она играла со всеми, но часто просто сидела в стороне и наблюдала.

Ближе к вечеру, когда солнце начало золотить верхушки деревьев, мы сидели на брёвнах и просто болтали. Точнее, болтал в основном Кир.

— А я слышал, что через два дня фестиваль будет! — сообщил он важным голосом. — Родители сказали, что пойдём всей семьёй.

— Там маги будут! — подхватил Митяй. — Из столицы приезжают! Я в прошлый раз видел — они огненные шары кидали и дракона из пламени вызывали!

— Правда? — загорелся Кир.

— Честное слово!

Я слушал и улыбался про себя. Помню тот фестиваль, я видел его уже дважды. В первый раз, когда мне не было и года, и во второй — в два года. Помню огненного дракона в небе и своё потрясение. Интересно, сейчас это зрелище произведёт на меня такое же впечатление?

«Стоп, а почему фестиваль проводится сейчас? Он же должен проводиться в следующем году!

— А разве фестиваль не в следующем году?

— Ты не слышал? — с удивлением спросила Кури. — Из-за того, что королева забеременела, фестиваль перенесли на этот год! — восторженно пролепетала она.

— Вот как...

＊＊＊

Вечером, когда я вернулся, дома пахло пирогами. Селина пекла — видимо, готовилась к фестивалю.

— Нагулялся? — спросила она, увидев меня.

— Ага. — Я сел за стол и взял пирожок с капустой. — Мам, а мы на фестиваль пойдём?

— Конечно, — она улыбнулась. — Ты же знаешь, мы всегда ходим. Рейнольд уже отпросился со службы на этот день.

— А можно я с друзьями там встречусь?

Селина удивилась. Видимо, не ожидала, что я сам предложу что-то такое.

— С какими друзьями?

— С теми, с кем играю. С Киром, с Кури, с остальными.

Она помолчала, потом улыбнулась шире.

— Конечно, можно. Только чтобы мы знали, где ты, и чтобы далеко не уходил. Фестиваль — дело хорошее, но людей много, всякое бывает.

— Хорошо, — кивнул я.

Рейнольд, вошедший в этот момент, услышал конец разговора.

— Друзья, значит? — он хмыкнул и потрепал меня по голове. — Скоро совсем самостоятельным станешь.

— Я уже самостоятельный, — буркнул я, отодвигаясь от его руки.

— Ага, ага, — засмеялся отец. — Тогда завтра на тренировке покажешь, какой ты самостоятельный. Приседания удвоим.

— Рейнольд! — возмутилась Селина. — Не трогай ребёнка, дай поесть спокойно.

— Ладно, ладно, — он поднял руки в примирительном жесте и сел за стол.

＊＊＊

15 августа.

Утро началось с тренировки. Рейнольд, как и обещал, удвоил приседания. Сто раз. Потом отжимания — семьдесят. Потом бег — четыре километра. Потом взмахи мечом — по сто пятьдесят каждой рукой.

К концу я еле стоял на ногах, но отец был доволен.

— Хорошо идёшь, — сказал он. — Ещё пара лет — и можно будет брать тебя в настоящий спарринг. С настоящим оружием.

— А сейчас что, ненастоящее? — спросил я, кивая на деревянные палки, которыми мы фехтовали.

— Сейчас ты ещё мелкий, — усмехнулся он. — Не дорос.

Я хотел возразить, но сил не было. Просто поплёлся в дом, съел тарелку каши и рухнул на кровать.

Проснулся только ближе к обеду. Селина сказала, что дети уже собираются у колодца и спрашивали про меня. Пришлось собираться и идти.

День выдался похожим на предыдущий. Те же игры, те же разговоры, те же лица. Кир опять всех организовывал, Кури плела венки и загадочно улыбалась.

Ближе к вечеру разговор снова зашёл о фестивале.

— А вы знаете, что в этом году обещали что-то особенное? — сказал Митяй. — Мой батя слышал от кузнеца, что из столицы приедет сам глава гильдии магов!

— Врёшь, — не поверил кто-то.

— Честное слово! Не знаю, правда, зачем ему в нашей дыре...

— Может, посмотреть, как мы живём? — предположила Кури.

— Ага, посмотришь тут, — фыркнул Митяй. — Тут смотреть не на что. Деревня как деревня.

— Мне нравится, — тихо сказала Кури. — Здесь хорошо.

Митяй хотел возразить, но посмотрел на неё и почему-то промолчал.

Я слушал и думал о своём. О магии, о которой столько читал, но так и не мог пользоваться. О том, что на фестивале снова увижу магов в деле. И может быть, пойму что-то новое.

— Лиам, а ты чего молчишь? — спросил Кир.

— Думаю, — ответил я.

— О чём?

— О фестивале и о магах.

— А-а-а, — протянул он. — Ну, увидим ещё. Главное — весело будет. — но тут он что-то понял. — Лиам, ты хочешь стать магом?

Я задумался и ответил:

— Хочу. Магия удивительна...

Он посмотрел на меня странным взглядом, а после подошёл и похлопал по спине.

— Я верю в тебя!

«И что это было?»

＊＊＊

16 августа.

Последний день перед фестивалем.

Тренировка была легче — отец сказал, что перед праздником незачем выматываться. Пара кругов бега, пятьдесят приседаний, немного взмахов мечом — и свободен.

Я пошёл к колодцу, но компания была какая-то вялая. Все думали о завтрашнем дне, никто не хотел активно играть. Посидели, поболтали, разошлись по домам пораньше.

Кури догнала меня уже у самой калитки.

— Лиам, постой, — сказала она.

Я обернулся.

— Ты завтра точно придёшь?

— Сказал же, приду.

— Я просто... — она замялась, что было на неё непохоже. — Просто хочу, чтобы ты пришёл. Чтобы все пришли, но ты особенно.

— Почему?

— Не знаю, — она пожала плечами. — Ты интересный. Не как все. Мама всегда говорила, что мои глаза необычны! И в тебе я вижу некий свет, поэтому я к тебе так привязана.

Я не знал, что ответить. Так и стояли молча.

— Ладно, — сказала она наконец. — До завтра, Л-и-а-м.

— До завтра, Кури.

Она убежала, а я зашёл в дом.

«И что значит это её "особые глаза"?»

— Что, уже проводил кого-то? — хитро спросила Селина, которая, как обычно, всё видела из окна.

— Мам, — только и сказал я.

— Ладно, ладно, молчу. Иди ужинать.

Я начал уходить и краем уха услышал:

— О боже, моего сыночка хочет увести девушка, что же делать, что же делать!

— МАМА!

Крикнул я и закрылся в своей комнате.

＊＊＊

17 августа.

Фестиваль Адара.

Кто бы знал, что этот день перевернёт всё.