Танец с тенью

Глава 5: Танец с тенью.

После десяти секунд неловкой тишины я ринулся в атаку.

Ноги сами выбросили тело вперёд, мана ударила по каналам, разгоняя кровь быстрее обычного. Меч свистнул в воздухе, целя демону в горло — самое уязвимое место, как учил отец.

Демон даже не дёрнулся. Просто качнулся в сторону, и клинок прошёл в сантиметре от его шеи.

— Ого, — усмехнулся он. — А ты шустрый. Для человека.

Я развернулся на пятках и рубанул горизонтально — снова мимо. Демон едва отпрыгнул назад, приземлился на корточки и тут же рванул вперёд, целя когтями мне в лицо.

Я едва успел подставить меч. Удар пришёлся по лезвию, высекая искры. Меня отбросило на пару метров, но я смог устоять.

— Неплохо, — повторил я его же слова.

Демон ухмыльнулся.

— И когда только человеческие дети так зазнались?

Он атаковал снова. Быстрее. Когти мелькали в воздухе, оставляя за собой едва заметные чёрные шлейфы. Я блокировал, уворачивался, отступал. Меч звенел от каждого удара, а руки начинали неметь.

Айна что-то крикнула сзади, но я не разобрал слов. Все мои мысли сосредоточились на одной точке — на этой твари, что прыгал передо мной, как огромная блоха.

Демон сделал ложный выпад влево, и я купился — тут же получил удар ногой в бок. Я отлетел к дереву, ударившись спиной, сполз по коре.

— Лиам! — закричала Айна.

— Я в порядке, — прохрипел я, поднимаясь.

Болело. В боку что-то хрустело при каждом вдохе, но рука сжимала меч по-прежнему крепко.

— Сдохнешь же, — лениво прокомментировал Мару. — Он не просто быстрее тебя: он быстрее, сильнее и, что главное, опытнее.

— И что предлагаешь?

— Не лезь напролом. Думай.

Я выдохнул и встал в исходную стойку.

Демон ждал. Он не нападал — он играл. Как кот с мышью.

— Наигрался? — спросил он. — Тогда давай серьёзно.

Он исчез.

Реально исчез. Просто растворился в воздухе.

Я крутанулся на месте, пытаясь уловить движение, но вокруг было пусто.

— Сзади, — выдохнул Мару.

Я упал на колени, и когти прошли там, где только что была моя голова. Перекат, прыжок в сторону, меч наотмашь — пусто.

Демон появился метрах в трёх, довольно ухмыляясь.

— Быстро реагируешь. Для человека.

— Ты повторяешься, — ответил я, восстанавливая дыхание.

Он засмеялся — сухо и неприятно.

Потом атаковал снова, наносил удар за ударом, но к моему удивлению, неожиданно остановился. Он посмотрел в сторону той мембраны, эльфийского барьера, и цокнул языком.

— Видимо, времени больше не осталось. Пора заканчивать.

С последними словами... Мой живот был пробит его рукой насквозь.

Кхк.

Я выплюнул гущу крови.

«Что... Что произошло? Как? Слишком быстрый!»

— Уж прости, сопляк, но времени у меня не осталось.

Словно разочаровавшись, демон отбросил моё тело на пару метров в сторону и направился к эльфийке.

— А-а-а! Лиам! Лиам!

Она не выдержала и разрыдалась в истерике. Но не потому, что её сейчас похитят, а потому что Лиам, возможно, был убит. Её первый друг вне дворца. Первый настоящий друг. Дорогой ей человек.

Демон просто проигнорировал её, взял за шкирку и уже готовился убегать, но... Он вздрогнул, его тело напряглось, словно он оказался в битве с каким-то эльфийским дедом. Он почувствовал, будто у него вновь нож перед горлом.

Он отбросил девчонку в сторону и отпрыгнул на десять метров от тела Лиама. Все его инстинкты били тревогу.

Он взглянул на безжизненное тело Лиама. Тело начало окутывать энергия голубого цвета — мана. Руки слегка дёрнулись.

— Что ж, дальше этим типом займусь я, — отозвалось в сознании Лиама.

«Ага, спасибо, Мару», — проекция Лиама с пробитой грудью, находящаяся в сознании, ответила ему.

Окутанное маной, тело Лиама начало изменяться: часть лица начала осыпаться, словно падающая штукатурка, часть волос также окрасилась в белоснежный цвет. Опершись на меч, Мару, уже управляя его телом, встал.

— Это чувство... Ты определённо Эго. Но... Что это за чувство угрозы, исходящее от тебя?

— О, так ты чувствуешь это? У тебя, значит, неплохое чутьё... — с усмешкой произнёс Мару.

Демон оскалился, но не двигался с места. Его глаза бегали по фигуре стоящего перед ним ребёнка, пытаясь найти объяснение тому, что происходило. Половина лица Лиама теперь напоминала белую маску, волосы на той же стороне головы стали пепельно-белыми, а в глазах горел холодный, недетский огонь.

— Эго артефакта? — демон прищурился. — Слыхал о таких, но видеть не доводилось. Древняя рухлядь, решившая поиграть в героя?

Мару усмехнулся уголком губ.

— Посмотрим, кто из нас рухлядь.

Он рванул вперёд.

Демон едва успел выставить блок — чёрный клинок врезался в его когтистую лапу с такой силой, что искры брызнули во все стороны. Тварь отлетела на пару метров, но тут же восстановила равновесие.

— Что за... — начал он, но Мару уже был рядом.

Удар, ещё удар, третий — серия быстрых, хлёстких атак, от которых демон уворачивался чудом. Кровь из пробитого живота Лиама перестала течь — Мару каким-то образом заблокировал ранение, но долго так продолжаться не могло.

— Ты быстрее, — процедил демон, отпрыгивая назад. — Но тело дохлого мальчишки долго не выдержит.

— На мусор вроде тебя хватит и минуты, — ответил Мару.

Он прыгнул. Меч описал дугу, целя демону в шею. Тот ушёл вниз, попытался подсечь ноги — Мару перепрыгнул и полоснул по спине. Чёрная кровь брызнула на траву.

Демон взревел.

— Огонь! — выкрикнул он, выбрасывая руку вперёд.

Из его ладони вырвался сгусток чёрного пламени. Мару ушёл в сторону, но огонь задел плечо. Запахло горелой плотью.

Мару скрутился в воздухе, приземлился на корточки и тут же откатился в сторону — на то место, где он только что был, обрушился ещё один огненный шар.

— Магия? — усмехнулся Мару. — Думаешь, у меня её нет?

Он выбросил руку вперёд.

— Воздушный клинок!

Невидимая волна разрезала воздух, врезалась демону в грудь, разрывая одежду и кожу. Тварь отшатнулась, зажимая рану.

— Откуда... — прохрипел он. — Откуда эго артефакта знает магию? Вы ведь используете только врождённые силы!

Мару снова атаковал.

Бой превратился в дикий танец. Два силуэта метались по поляне, сталкивались, расходились, снова сшибались. Деревья вокруг покрывались глубокими порезами — следами от меча и когтей. Айна забилась под корни старого дуба и смотрела, зажав рот руками, чтобы не закричать.

Мару наседал. Его удары были точны и безжалостны — он не тратил силы на лишние движения, и каждый взмах меча нёс смертельную угрозу. Демон отступал.

— Каменные копья! — выкрикнул он, топая ногой.

Из земли рядом с Мару вырвались острые шипы. Мару взлетел в воздух, используя магию ветра, создав под собой небольшой воздушный поток, перекувырнулся и приземлился прямо перед демоном, вкладывая в удар всю силу.

Меч вошёл демону в плечо по самую рукоять.

Тот заорал, схватил лезвие рукой, не обращая внимания на порезанные пальцы, и с силой оттолкнул Мару.

— Тварь! — зарычал он. — Ты пожалеешь!

— Уже жалею, — прохрипел Мару, вытирая кровь с лица. — Что связался с таким ничтожеством.

Демон бросился в атаку. Когти, зубы, магия — всё пошло в ход. Мару уворачивался, блокировал, контратаковал. Тело Лиама работало на пределе — мышцы горели, дыхание сбивалось, но Мару не останавливался.

Очередной удар — и демон отлетел к дереву, проламывая ствол.

— Сдавайся, — сказал Мару, тяжело дыша. — Я дам тебе уйти.

Демон рассмеялся. Кроваво, зло.

— Уйти? — переспросил он, выбираясь из щепок. — Я не уйду. Я должен доставить девчонку. И я её доставлю. Даже если для этого придётся убить тебя дважды.

Он выпрямился. Глаза его горели чёрным пламенем.

— Думаю, мне больше нельзя сдерживаться.

С этими словами его окутала жуткая чёрная мана.

«Проблема. Нужно убегать. Он принял свою полную форму рыцаря ада. Даже если он довольно слаб по сравнению с остальными, в своей полной форме он превосходит нынешнего меня по силе как минимум в пять раз».

По телу демона поползли татуировки. И уже через пару секунд он полностью преобразился в своей ауре. Он стал очень пугающим.

Мару сразу же попытался уйти в сторону, но... В следующий момент по нему пришёлся удар, который едва не рассёк ему левый глаз.

— Ч-чёрт!

Мару сделал кувырок. Этот удар был нанесён обычной ладонью. Когда демон принял свою иную форму, он втянул когти обратно, тем самым вернув ногти в исходное состояние.

— Что такое? Где твоё бывалое высокомерие?

Демон вновь нанёс удар. Мару еле-еле ушёл вбок, но тем не менее удар пришёлся по правой части груди, заставив хлынуть из неё кровь.

Мару же в ответ нанёс удар левой ногой с разворота, ударив пяткой. В том месте, куда он нанёс удар, демон почувствовал что-то неладное и сразу же отпрыгнул на пять метров от Мару. На что в ответ лишь услышал щелчок пальцами и слова Мару:

— Сгори дотла!

Белое пламя объяло рыцаря ада, но почти сразу же потухло.

Демон тяжело дышал, стоя на коленях. Его одежда обгорела, кожа местами почернела, но он был жив. Его глаза горели ненавистью и страхом одновременно.

— Что... что это за сила? — прохрипел он, поднимаясь. — Откуда у какого-то артефакта такая мощь? — он словно задавал этот вопрос самому себе.

Мару не ответил. Он тоже едва держался на ногах. Тело Лиама тряслось от перенапряжения, раны кровоточили, а мана была на пределе.

— Даже если ты сожжёшь меня, — демон сплюнул чёрную кровь, — это ничего не изменит. Меня здесь вообще нет. Я всего лишь копия.

Мару прищурился.

— Копия?

Демон усмехнулся, несмотря на боль.

— Верно. Это моя особая способность. Я способен создавать копии себя, пока жива хоть одна копия, я не умру. Но и у этой способности есть свои слабости. Каждая копия получает лишь часть моих сил. Если создать одну копию, то сила поделится на два — и у копии, и у оригинала. Если создать три копии, то каждый получит лишь треть силы.

Он шагнул вперёд, занося руку для удара.

«Значит, это лишь половина его силы».

Мару поднял меч, понимая, что это бесполезно. Сил почти не осталось. Айна за спиной плакала навзрыд.

И в этот момент...

Время словно замерло.

Что-то изменилось в воздухе. Демон замер, не закончив движение. Его глаза расширились.

Демон был рассечён надвое. Его тело разошлось пополам, кровь начала заливать всё вокруг. Он был мёртв, а тело начало исчезать, словно призрак.

Возле этого уже мёртвого демона стоял высокий эльф в белоснежной робе, расшитой серебряными узорами. Длинные белые, нет, серебристые волосы — точно такого же оттенка, как у Айны — ниспадали до пояса. Лицо казалось молодым, но глаза выдавали возраст. В них плескалась такая глубина, какая бывает только у тех, кто прожил не одну сотню лет.

— Дедушка... — выдохнула Айна.