Экстра 2. Хранитель

Экстра 2. Хранитель

Для Лян Юаньчжэна упорный труд сам по себе не представлял cложности.

Тяжелее всего было осознавать, что ему приходится прилагать в три раза больше усилий лишь для того, чтобы встать на одну стартовую черту со своими сверстниками.

Но он на неё встал.

Он начал бежать.

И бежал быстрее других — однако этот путь не подразумевал любовь.

На протяжении всего этого забега Лян Юаньчжэн так и не ступил на дорожку, предназначенную для любви.

И он был в долгу перед матерью Лу Цаньжань, госпожой Лу Цифэн.

Осознание этого обстоятельства пришло к нему через три дня после просмотра «Прибытия», на третий день после того, как к нему пришла любовь.

— А? Ты разве не знал? — удивилась школьная учительница, говорившая с Лян Юаньчжэном по телефону. — Я видела ролик ТикТоке, который выложил кто-то из вашего университета, ведущий там объявлял имя Лу Цаньжань. А её саму почему не было видно?... А-а, за кулисами помогала, ха-ха, понятно. Её родители в своё время пожертвовали школе немало книг, да и сейчас продолжают помогать частным образом… Кхм, госпожа Лу довольно скромна, и об этом нигде не писали и сильно не афишировали.

Ещё в седьмом классе Лу Цаньжань заметила, что некоторые её одноклассники экономят на еде в столовой. Школьные столовые в то время ещё не прошли реформу и были похожи на университетские: ученики подходили к разным окошкам, чтобы взять блюда, которые хотели.

Две девочки даже объединились и брали одну порцию на двоих, по очереди расплачиваясь своими карточками*.

 *Прим. пер.: В школах и университетах Китая студенты расплачиваются специальными пластиковыми карточками, небольшую сумму на которые перечисляет школа, а остальное ученики докладывают самостоятельно. До реформы ученики в столовых подходили к разным окошкам (с рисом, мясом, овощами и т.д.), где каждое блюдо имело свою цену, и итоговая стоимость обеда зависела от выбора ученика. Это могло приводить к неравенству, т.к. не у всех хватало денег на полноценное питание. Реформа подразумевала введение стандартизированного питания в виде комплексных обедов или шведского стола по фиксированной цене.

Дома Лу Цаньжань рассказала об этом родителям. На следующий день госпожа Лу Цифэн нашла время связаться со школой и предложила программу материальной поддержки.

Никаких речей и отбора нуждающихся учеников не требовалось. Она просмотрела общие данные по расходам в системе и стала ежемесячно перечислять по восемьсот юаней на карточки питания тех учеников, кто тратил в столовой меньше всех.

Лян Юаньчжэн был одним из тех, кто получал эти деньги.

От природы он был высоким и к тому же переживал переходный возраст, так что постоянно хотел есть. Он питался четыре раза в день: завтрак и поздний ужин ел дома, а в школе обедал дважды, съедая четыре пампушки или три миски риса.

— Я всегда думал, что это деньги школы, — сказал Лян Юаньчжэн. — А это была госпожа Лу?

— Да, — с удовольствием подтвердила учительница. — Но она очень скромна и не хотела огласки… Всё это время пособия выдавались от имени школы, хотя на самом деле деньги жертвовала именно госпожа Лу… Поэтому, когда Цаньжань решила поступать в университет А, я и связалась с тобой; надеялась, что ты сможешь помочь… Жаль, что в итоге она так и не поступила на медицинский.

Нет, не жаль.

Лян Юаньчжэн знал, зачем пошёл в медицину: ради уважения окружающих, ради пресловутого положения в обществе. Но в момент, когда он узнал правду, его разум опустел. Он обернулся и увидел своё отражение в зеркале общежития: под глазами залегли тёмные круги, а лицо не выражает никаких эмоций. Он точно папоротник, растущий во влажном лесу.

Лу Цаньжань была совсем другой.

Она была подсолнухом, полевым маком, маргариткой, что буйно цветёт при первом весеннем ветерке.

В ту ночь Лян Юаньчжэн долго не мог уснуть.

Оказывается, он занял свою стартовую черту только благодаря доброте и поддержке родителей Лу Цаньжань.

Он должен чувствовать благодарность.

Должен чувствовать только благодарность.

Лян Юаньчжэн не сделал первого шага к Лу Цаньжань. Он спрятал свои истинные чувства за благодарностью, а желания и надежды — за стремлением защищать.

На следующий год он участвовал в весенней спартакиаде в качестве медика-волонтёра, и с первого же взгляда заметил там Лу Цаньжань.

На их факультете девушек было не так много: меньше десятка в группе из тридцати с лишним человек. Для участия в спартакиаде требовалось определённое количество людей, так что почти каждая записалась на какую-нибудь дисциплину.

Лу Цаньжань участвовала в женской эстафете 4x400 метров. Лян Юаньчжэн, стоя на возвышении, наблюдал, как она безостановочно кашляет на беговой дорожке, а её руки и шея покрываются красными пятнами.

Тогда как раз был сезон цветения можжевельника, и он сразу понял, что это аллергическая реакция.

Вот только школьная аптечка была укомплектована не полностью. Всё-таки это были спортивные состязания и все препараты были рассчитаны на спортивные травмы или солнечный удар, а не на аллергию.

Лу Цаньжань, очевидно, тоже не подготовилась. Казалось, она вообще не знала, что у неё аллергия. Ожидая эстафетную палочку, она всё время чесала руки — и уже после пары движений на коже выступили три красные припухшие полосы.

Лян Юаньчжэн немедленно бросился в лазарет за антигистаминными препаратами. Когда он вернулся, Лу Цаньжань, уже закончив забег, послушно стояла в очереди перед временным медпунктом, неосознанно почёсывая руки. Глупая, какая же глупая.

Лян Юаньчжэна часто охватывало чувство досады от того, что железо никак не становится сталью.

Трое человек перед ней явно чувствовали себя хорошо: они смеялись и дурачились, пихая друг друга локтями, и никуда не торопились. У Лу Цаньжань же все руки и ноги были красными от сыпи, но она бестолково ждала своей очереди — зачем? Ведь ей помощь нужна была больше всего.

После долгого переутомления людям сложно держать свои эмоции под контролем. Лян Юаньчжэн опасался, что если подойдёт к ней сам, то его холодность может её испугать.

В итоге он не стал вручать лекарство лично, а передал его через другую студентку-волонтёрку.

Лян Юаньчжэн не мог больше смотреть, как она терпеливо ждёт своей очереди.

Как можно быть такой честной?

Ну и характер…

Ну и характер…

Она так строго следовала правилам.

На её фоне Лян Юаньчжэн чувствовал себя почти что грязным.

Стоя в тени деревьев, он молча наблюдал, как волонтёрка подбегает к Лу Цаньжань и останавливает её, протягивая лекарство от аллергии.

Солнце ослепительно светило, и Лян Юаньчжэн, щурясь, прикрыл ладонью глаза, любуясь выражением радостного изумления на лице Лу Цаньжань.

Час спустя Лян Юаньчжэн уже сбился со счёта, сколько раз проверил соцсети в надежде увидеть новую запись от неё. Чтобы не оставлять следов, он никогда не заходил на её страницу напрямую, а бесконечно пролистывал ленту друзей всё ниже и ниже.

Лу Цаньжань: «Я так рада! Сегодня у меня вдруг обострилась аллергия, но, к счастью, одна старшекурсница пришла мне на помощь. Спасибо огромное! Спасибо студентам университета А, медикам-волонтёрам и всем организаторам за ваш труд и преданность делу!»

— Благодари лучше себя, — тихо сказал Лян Юаньчжэн, открывая девять вложенных фотографий. Отыскав её селфи, он приблизил изображение и, убедившись, что сыпь начала исчезать, со спокойной душой сохранил снимок на телефон. — Если что-то подобное случится ещё раз, не стой в очереди, а сразу иди к врачу.

Он попросил ту девушку передать, что сильные аллергические реакции могут поражать дыхательную систему, а значит требуют неотложной помощи.

Вот только прислушается ли она?

… Вряд ли.

В следующий раз она наверняка тихонько встанет в очередь снова.

Мысли Лян Юаньчжэна были полны безысходности.

После окончания своей волонтёрской смены он нашёл ответственного за соревнования преподавателя, предложив ему расширить набор медикаментов и, учитывая сезонные обострения и интенсивные физические нагрузки студентов, включить антигистаминные препараты во все школьные аптечки.

Спустя две недели и пять написанных им заявлений, это предложение всё же приняли.

Помимо этого, у него больше не было возможности передать ей лекарства.

И он надеялся, что такой “возможности” больше никогда не представится.

В виду своей профессии, Лян Юаньчжэн ни за что бы не хотел видеть Лу Цаньжань в больнице.

Пусть она всегда будет здоровой и энергичной, всегда сияет красотой и жизнерадостно смеётся со своими подругами.

Но и этому желанию не суждено было сбыться.

Когда Лян Юаньчжэн перешёл в отделение неотложной помощи, его куратором стал заведующий Сюэ.

У заведующего Сюэ был скверный характер, он срывался на всех подряд и был известен своей строгостью к студентам, но зато у него можно было многому научиться.

Трудолюбивый, умный и внимательный к деталям Лян Юаньчжэн быстро заслужил его признание.

Постепенно заведующий Сюэ, принимая пациентов, стал всё чаще оставлять Лян Юаньчжэна с собой. Он не загружал его грязной работой, а стремился действительно научить, давая разбирать сложные случаи.

Однажды в апреле заведующий Сюэ отравился тушёной курицей с грибами и часто отлучался в туалет. Лян Юаньчжэн как раз остался в приёмном покое один, когда услышал три тихих, робких стука в дверь.

Лян Юаньчжэн отозвался: «Войдите».

Но человек снаружи затих.

Лян Юаньчжэн повысил голос: «Войдите».

Спустя пять секунд дверь нерешительно приоткрылась. Лян Юаньчжэн поднял взгляд и увидел, как солнечный луч проник в комнату вслед за Лу Цаньжань.

Аромат роз заполнил приёмный покой.

— Что вас беспокоит?

«…» Казалось, она его испугалась. Положив медкарту на стол, она опустила взгляд и склонила голову, тихо отвечая: «Лицо и руки чешутся. Думаю, это аллергия».

Лян Юаньчжэн с первого взгляда понял, что это аллергия.

Аллергическая крапивница.

Он знал всё об аллергиях Лу Цаньжань и противопоказанных ей лекарствах ещё до того, как она приложила карту к считывателю*.

*Прим. пер. В Китае вместо бумажных медицинских карт, повсеместно используются пластиковые карточки с чипами, которые содержат данные о социальном страховании, историю болезни, назначения и прочую медицинскую информацию.

— Хм, — как можно спокойнее произнёс Лян Юаньчжэн, отворачиваясь, чтобы не встречаться с ней взглядом. — Закатайте рукава, я посмотрю.

Ему нужно сохранять бесстрастное выражение лица.

Нужно вести себя как ни в чём не бывало.

Нужно спрятать поглубже… свою любовь к ней.

Примечание автора:

События этой экстры связаны с началом самой первой главы.

Я знаю, что вы все хотите увидеть ;-) Подождите немного, я уже это пишу!