Злость

Глава 19. Злость

«Так хочется поцеловать»

Дождь всё не прекращался.

При таком ливне пробки на дорогах неизбежны, и сегодняшний день не стал исключением. Поймать такси тоже оказалось непросто.

По дороге к машине Лу Цаньжань стала свидетельницей ссоры хозяина ресторана “Чжэнцзи” с какими-то людьми.

Гневный пост Чжу Хуасинь в Сяохуншу был удалён после жалобы владельца, но публикация в студенческой группе набрала множество просмотров. Из-за этой ли череды инцидентов или нет, но дела у “Чжэнцзи” резко пошли на спад. Садясь в машину, Лу Цаньжань видела, как хозяин ресторана дерётся с двумя мужчинами — один был лысым со шрамом на голове, второй тоже выглядел опасно, словно какой-нибудь бандит.

Как страшно.

Но после встречи с Чэнь Ваньли стало ещё страшнее.

Прошло уже больше суток, а синяки на лице Чэнь Ваньли так и не сошли. Хотя он больше не осмеливался дурно говорить о Лян Юаньчжэне в присутствии Лу Цаньжань.

Чэнь Ваньли прекрасно понимал то, чего другие люди могли и не осознавать: Лу Цаньжань хоть и держится вежливо, но если её по-настоящему разозлить, то она может разорвать с ним все связи и никогда больше не общаться.

В глубине души она была очень стойкой, но почему-то постепенно обросла мягкой оболочкой.

Странно, ведь в детстве она не была такой “покладистой”.

В присутствии Чэнь Ваньли разговор Лу Цаньжань с владельцем студии прошёл гораздо более гладко. Он охотно вернул часть арендной платы в качестве скидки за ущерб и заранее сообщил Лу Цаньжань код доступа на площадку.

— Из-за ливня сегодняшнее бронирование отменили, — сообщил хозяин Лу Цаньжань. — А вам для подготовки нужно время. Можете передвигать тут всё, как хотите. Завтра в десять вечера я приду с проверкой, и, если всё будет в порядке, верну вам залог.

К счастью, дождь прекратился, как только хозяин ушёл.

Лу Цаньжань велела Чэнь Ваньли переставить горшки с розами, повреждёнными грозой, на край задней клумбы, чтобы они служили фоном. А завтра в семь часов цветочный прокат должен был доставить свежие растения.

 — Не понимаю я вас, девчонок, — ворчал Чэнь Ваньли, принимаясь за работу. — Едва услышав про аренду цветов, я понял, что это плохо кончится. Помнишь, кто ещё заказывал цветы для возлюбленной в проливной дождь? Гэтсби для Дэйзи*! И чем всё закончилось? Его застрелили, а она…

Прим. пер. Гэтсби и Дэйзи – герои романа Ф.С. Фицджеральда «Великий Гэтсби». Гэтсби любил Дэйзи всю жизнь и устраивал широкие романтические жесты, чтобы завоевать её взаимность, в том числе заказывал для неё огромное количество цветов, но был отвергнут и в итоге погиб из-за своей любви.

 — Если тебе нечего сказать, то закрой рот, — рассердилась Лу Цаньжань. — Не надо кликать беду.

— Ну прости, Лу Цаньжань! — громко извинился Чэнь Ваньли. — Я просто не понимаю, почему ты волнуешься больше своей подруги? Это ведь не Лян Юаньчжэн будет признаваться тебе в любви. Стоит ли так переживать?

Лу Цаньжань как раз размышляла на что можно будет потратить возвращённый залог и ответила Чэнь Ваньли, не поднимая головы: «Я помогаю своей лучшей подруге. Разве я не помогала и тебе тоже, когда профессор Чэнь тебя наказывал?»

Чэнь Ваньли проворчал: «Да-да, все люди тебе друзья. И ты вечно хлопочешь о них, а о себе совсем не думаешь».

Сказав это, Чэнь Ваньли выпрямился и озадаченно протянул: «Кажется, те двое снаружи уже давно за нами наблюдают».

— Что?

Лу Цаньжань обернулась посмотреть. Двое мужчин поспешно развернулись к ней спиной. У одного из них на затылке был заметный шрам — как у того человека, что дрался с хозяином ресторана “Чжэнцзи”.

У неё возникло дурное предчувствие. Они были слишком далеко, чтобы она могла увидеть их мысли, а Чэнь Ваньли непрерывно бубнил ей под ухо:

«Я где-то слышал поговорку: то, как ты относишься к другим, отражает то, как ты хотел бы, чтобы относились к тебе. На самом деле, ты тоже жаждешь громкого признания в любви, да, Лу Цаньжань…»

Лу Цаньжань прервала его: «Заткнись. Те двое всё ещё караулят снаружи».

Она раздумывала, стоит ли позвонить в полицию, но опасалась, что вызов может оказаться ложным. Чэнь Ваньли был понаглее: без лишних слов схватил лопату, лежавшую в углу клумбы, и направился к выходу. Лу Цаньжань поспешно протянула руку, загораживая ему путь: «Что ты собираешься делать?»

Чэнь Ваньли ответил: «Против лома нет приёма, слышала такое? Жди здесь, а я выйду и с ними разб… чёрт»

— Необязательно жертвовать собой.

Лян Юаньчжэн с чёрным зонтом в руках открыл калитку сада, спокойно разглядывая Чэнь Ваньли: «Эта штука больше похожа на реквизит для съёмок. Она плохо закреплена, так что, если будешь бить, не держись за край — может отломиться. Лучше держись за рукоятку посередине. Размахивать ею неэффективно, а если ударишь по голове, то получишь тюремный срок. Рекомендую сначала ударить по руке, потом провести скользящий удар по запястью и, используя инерцию, сделать горизонтальный взмах — это самый быстрый способ вывести противника из строя».

Глаза Лу Цаньжань засияли: «Староста!»

Чэнь Ваньли опустил взгляд на лопату: «Откуда ты всё это знаешь?»

— Перед старшей школой я подрабатывал на стройке, и какое-то время пользовался лопатой, — Лян Юаньчжэн небрежно поставил зонт у входа и улыбнулся Лу Цаньжань. — Какая встреча.

Чэнь Ваньли пробурчал: «Я не про это спрашивал! Я имел в виду твои навыки избиения людей…»

И осёкся.

Он заметил, что всё внимание Лу Цаньжань приковано к Лян Юаньчжэну.

Стоило ему появиться поблизости, как Лу Цаньжань, подобно пчёлке, уловившей аромат распустившегося цветка, тут же устремилась к нему.

Лу Цаньжань уже собиралась радостно спросить Лян Юаньчжэна, что он здесь делает, как вдруг вспомнила о своей недавней лжи — буквально несколько минут назад она сказала ему, что ухаживает за простуженной Синьсинь.

Но Лян Юаньчжэн не стал вдаваться в подробности. Он посмотрел на двух мужчин снаружи и спросил Чэнь Ваньли, знаком ли он с ними. Получив отрицательный ответ, он мгновение помедлил, а затем вежливо попросил Чэнь Ваньли сходить в ближайший магазин за водой.

Чэнь Ваньли раздражённо ответил, что если тому хочется пить, то пусть закажет доставку, а он и не подумает никуда идти — как вдруг встретил многозначительный взгляд Лян Юаньчжэна, и его будто обухом по голове ударили.

Чёрт, он что, хочет воспользоваться возможностью и остаться с Лу Цаньжань наедине?

Лу Цаньжань тоже устремила на Чэнь Ваньли умоляющий взгляд: «Сходи за водой, хорошо? Тогда в следующие выходные я попрошу маму приготовить твою любимую рыбу в кисло-сладком соусе».

Чэнь Ваньли неохотно пробурчал: «И свиные рёбрышки тоже».

— Хорошо.

До ближайшего мини-маркета было меньше ста метров. Чэнь Ваньли ушёл, прихватив с собой лопату, оставив Лу Цаньжань наедине с Лян Юаньчжэном и надписью «злость» над его головой. Прежде чем она успела придумать, как извиниться за обман, Лян Юаньчжэн с улыбкой спросил её: «Чэнь Ваньли ходит к тебе домой, чтобы поесть?»

— Да, — ответила Лу Цаньжань. — А я в детстве часто ходила к нему.

Дождь прекратился, но ветер всё ещё дул. Воздух был наполнен свежим естественным ароматом влажной земли, мокрой листвы, опавших лепестков, распускающихся и уже распустившихся цветов. 

Растения напевали «Наша родина — цветущий сад»*, но Лу Цаньжань видела только бесконечный поток надписей над головой Лян Юаньчжэна:

«Злость»

«Зол»

«Я так зол»

Лу Цаньжань: ……

*Прим. пер. «Наша родина — цветущий сад» — китайская детская песенка, пользовавшаяся популярностью в 1960-80-е годы и часто исполняемая на детских утренниках.

Лян Юаньчжэн, наклонившись, переставлял цветочные горшки, кое-как разбросанные Чэнь Ваньли, аккуратно выстраивая их от большего к меньшему. Не дожидаясь просьбы Лу Цаньжань, он закатал рукава и молча принялся за работу, тщательно устраняя все следы беспорядка.

— Прости, — извинилась Лу Цаньжань за свою ложь. — Я просто хотела приготовить сюрприз для Синьсинь и боялась, что новости просочатся раньше времени.

Лян Юаньчжэн остановился.

— Мне казалось, Чэнь Ваньли куда больше похож на того, кто может проболтаться.

Лу Цаньжань вступилась за друга: «Да нет, на самом деле он неплохо умеет хранить секреты».

— А я? — медленно проговорил Лян Юаньчжэн. — Разве я не могу хранить секреты? Или ты считаешь, что мне нельзя доверять?

Лу Цаньжань замерла.

Она наблюдала за тем, как всё больше надписей «зол» и «очень зол» появляются над головой Лян Юаньчжэна. Впервые они не исчезали после его слов, а, наоборот, стремительно разрастались, словно плющ, заполняя собой всё пространство вокруг.

Лу Цаньжань хотела проанализировать весь этот разговор, но времени не было.

— Прости, — вдруг извинился перед ней Лян Юаньчжэн. — Я просто думал, что, учитывая наши нынешние отношения, ты, столкнувшись с проблемой, в первую очередь позвонишь мне, а не другому мужчине.

Поджав губы, он спокойно заключил: «Извини, видимо, я надумал себе лишнего».

Сердце Лу Цаньжань растаяло, а глаза защипало от слёз.

— Нет-нет, — зачастила она. — Вовсе нет! На самом деле… на самом деле…

Она не знала, стоит ли раскрыть правду и рассказать о сюрпризе, который она готовила ему. Сейчас вокруг не было ни единого целого цветка, ни романтичного лунного света, ни лёгкого ветерка, ни благовоний — обстановка совершенно не подходила для любовного признания.

Лицо Лу Цаньжань залилось краской от волнения.

Вдруг на самом краю надписей «злость», заполнивших всё пространство у привычно спокойного лица Лян Юаньчжэна, появились и другие слова.

«Зол, я так зол, очень сильно зол… Но она такая милая»

«Так хочется её поцеловать»

«Почему ты так на меня смотришь, Цаньжань?»

«Ты и правда умеешь читать мысли?»

Сюжетная пасхалка:

Хозяин ресторана “Чжэнцзи” готов был ругаться последними словами.

Он искренне не понимал, в чём проблема того физрука? Ну съел он испорченную еду, разве это повод нанимать бандитов для расправы?

Да, потом он и сам нанял людей, чтобы проучить физрука. Но разве тот не первым начал, наняв Шрамоголового и Заику? Непонятно как физруку удалось вызволить их обоих из участка, но, оказавшись на свободе, те первым делом снова ввязались в драку с хозяином.

К тому моменту хозяин уже и не думал решать проблему законным путём. Он тоже имел право злиться, верно? Так что он начал следить за этой парочкой и, подслушав их телефонный разговор, узнал, что они готовят какое-то ограбление в это воскресенье — и, судя по всему, добыча была достаточно ценной.

Хозяин стиснул зубы.

Хм.

На этот раз он сыграет роль мудрого воробья, поджидающего богомола*: подождёт, пока они добудут желаемое, а потом не только изобьёт их, но и приберёт к рукам их добычу — раз вещи краденные, они не посмеют заявить в полицию.

*Прим. пер. Здесь имеется в виду китайская пословица «богомол ловит цикаду, не подозревая, что позади него воробей», т.е. на всякую силу найдётся управа, всегда есть тот, кто сильнее.

Хозяин был полон решимости отомстить.

Для ограбления нужно оружие. Хозяин как раз собирался одолжить кое-что у своих знакомых из преступного мира, как вдруг увидел знакомый силуэт.

— Доктор Лян? — удивился хозяин, глядя на человека с большим чёрным зонтом. — Что вы здесь делаете?